Чтение онлайн

Рокки никак не прореагировал на провокацию Ларри, – Мне неизвестно, что произошло в тот вечер, но знаю точно, если полиция начнет беспокоить нас, ты должен будешь покинуть Норидж.

Ларри и сам хорошо понимал это, но пока не представлял, куда ему податься. При наличии Огненного Кольца, он мог легко перемещаться в пространстве, приводя в изумление людей непосвященных. Интересно было бы знать, насколько прессе удалось привлечь внимание читателей к его персоне? Несмотря на новшества, введенные в Норидже, одной из своих старых привычек, его владельцы, вряд ли, изменили. Так и есть, пройдя в библиотеку, Ларри обнаружил стопку свежих газет за несколько последних дней. Просматривая номера «Таймс-сквер», «Хитроу-авеню» и «Новости недели», Ларри не обнаружил ничего из того, что напоминало бы о недавней трагедии. Всех перещеголял «Ежедневный пророк» – печатное издание, которое Ларри никогда не оставлял без внимания.

Вчерашний номер этой газеты не пожалел места для его фотографии, почти семилетней давности. В то время Ларри учился в выпускном классе школы волшебства и чародейства. Испуганные глаза, которые казались еще больше сквозь круглые стекла очков, полуоткрытый рот, видимо, Ларри что-то хотел сказать. Он даже не мог припомнить, в какой момент была сделана эта неприглядная фотография. Ниже стояла подпись: «Война Алой и Белой Роз закончилась смертью». Все поплыло у него перед глазами, он уже не сомневался, что этот пасквиль написал кто-то из его завистников. Очень быстро исполнились пророческие слова литературного агента Ларри: «Враги будут рады вашим ошибкам, они обнаружат их раньше, чем вы. Зависть рождает злобу, и все это может обернуться против вас». Самое главное, не поддаваться эмоциям, повторял про себя Ларри, но за шесть лет пристального к себе внимания прессы он так и не научился спокойно реагировать на некорректное к себе отношение. Ларри горько вздохнул. Когда-то он сам давал советы: «умей прощать друзей, врагов и просто прочих, своим воззреньям вопреки». Другим советы давать легче, чем самому себе. Автор статьи, в которой Ларри был назван преступником, некто «Merly». Какое странное имя, скорее всего, это – псевдоним. Если этот писака желал причинить Ларри боль, то ему это удалось. «Сочинять романы и убивать Ларри Ланкастер научился одновременно. Если первое он делает с вдохновением, то второе – по необходимости. Предсмертные страдания его жертв рождают в воображении автора сцены для его следующего романа. Может быть, он получит название «Убийство по списку?» Что за глупость! Почему люди так снисходительны к прессе? Она питается выдумками и домыслами самих читателей. Ларри раздумывал, стоит ли ему давать опровержение в «Ежедневный пророк». В библиотеку заглянула Патти, она плотно затворила за собой дверь, и для пущей убедительности, постояла, прислушиваясь, а не следует ли за ней кто-нибудь по коридору? Безразлично взглянув в ее сторону, Ларри продолжал знакомиться с прессой.

– Ларри, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь, – он кивнул головой, скорее из вежливости, чем в знак согласия. Патти продолжала, – Для того, чтобы я смогла помочь тебе, ты не должен от меня ничего скрывать. Расскажи мне, пожалуйста, в подробностях, что случилось вечером 22 июля?

– Это очень долго рассказывать, Патти. Клянусь памятью моих родителей, я никого не убивал. К тому времени, как я обнаружил танцовщицу из «Уютного уголка», она была обречена, по крайней мере, мне так показалось. Я хотел ей помочь, но опоздал.

Ларри закрыл глаза. Он вновь и вновь возвращался в ту ночь. Что-то очень важное все время проходило мимо его внимания, чья-то мелькнувшая тень или ему это только показалось? Одними предположениями полиции и Патти ничего не докажешь.

– Ларри, не знаю, почему, но я тебе верю. Надо сделать так, чтобы тебе поверили и другие. Что ты запомнил о погибшей?

– Я несколько раз видел ее раньше. Она очень красивая и хорошо танцует…

Вспоминая, Ларри посмотрел в окно, откуда открывался вид на пруд с лебедями. Жаль, что проницательность подвела его на этот раз, он не заметил, как опустились уголки губ Патти, на высоком лбу залегли морщины обиды.

Неужели я ничего не значу для него, размышляла она, искоса наблюдая за Ларри. Подобные мысли возникали у нее каждый раз, когда они с Ларри оставались вдвоем. Кого она любила больше: своего мужа или его? Измерить любовь невозможно, но можно попытаться заставить сердце замолчать. Рассудительность опять взяла вверх над остальными чувствами Патти

– Обычно сказанное перед смертью играет большую роль в раскрытии преступления, -

Патти не сводила проницательного взгляда с задумчивого лица шурина. После того, как тот еще раз повторил слова, сказанные перед смертью Инессой, Патти уверенно произнесла, – Искать придется именно в этом направлении. Ланселот – довольно редкое имя, в Лондоне проживают не много человек, которые его носят. Не исключено, что Ланселот – иностранец… Ларри, если бы у нас был любой предмет, принадлежавшей погибшей, мы находились бы в двух шагах от разгадки этой тайны.

– Когда видишь чужие страдания, не думаешь ни о чем подобном. Образ Инессы я до сих пор храню в памяти. Не пойму, почему мы должны выполнять за полицию ее работу?

– Вот именно, расследование – дело полиции, и она постарается,

как можно скорее, найти виновника смерти несчастной.

Патти права, играть в прятки с полицией, у него не было никакого желания. Но что же делать?

– Знаешь, Ларри, мне пришла в голову блестящая мысль. Не знаю, насколько она выполнима.

Патти посвятила его в свои планы, способствовать осуществлению которых надлежало самому Ларри. План Патти сводился к следующему. Она должна была сыграть роль новой танцовщицы из «Уютного уголка». Слушая ее, Ларри ничуть не сомневался, что у Патти все получиться. Ее красота неоспорима, так же как и ее способность к перевоплощению. К тому же, в ночном клубе могли оставаться какие-нибудь из вещей, принадлежавших убитой. Но как убедить Рокки в необходимости отсутствия его обожаемой супруги в Норидже, какую причину для этого придумать?

Ларри весь вечер ломал над этим голову. Отсутствующий вид троюродного брата и реплики невпопад собственной супруги, насторожили Рокки. Они что-то от него скрывают, но он не даст им себя обмануть. Самый простой выход – отказать от дома Ларри. Сразу же все неприятности сойдут на нет. Патти не надо будет забивать свою прекрасную головку всякой чепухой. Пять с половиной лет они с ней жили в браке, может быть, его трудно было назвать идеальным, но Рокки никогда не надоедало любоваться этим безупречным изгибом шеи, жгучим взглядом черных глаз, красивыми линиями рук и точенными ножками. С каждым новым днем любовь Рокки возрастала, вместе с его ревностью к любому, кто завладевал вниманием Патти. Рокки трепетал от одной мысли, что эта божественная женщина может принадлежать еще кому-нибудь, кроме его самого. И сегодняшний вечер он собирался начать с упреков.

– Молчи, ты представить себе не можешь, как раздражает меня новый лакей. Он постоянно что-нибудь забывает. На твое имя пришло письмо, а этот разгильдяй не помнит, где оно. При слове «письмо» Рокки насторожился. Со дня на день он ожидал приглашения в Лондон для подписания договора на проведение персональной выставки в Национальной картинной галерее. Если все произошло именно так, как об этом поведала Патти, лакею будет отказано от места.

– Я сегодня же поговорю с ним, дорогая.

– Это письмо, наверное, касалось твоей выставки. Я думаю, тебе стоит посетить главного распорядителя – мистера Корвитца, и заодно нашего нотариуса, – Патти умоляющим взглядом посмотрела на супруга.

До Ларри, который был сторонним наблюдателем разговора между супругами, стал доходить смысл затеи изобретательной Патти. Раздираемый желанием присутствовать при заключении договора лично и, одновременно пытаясь обуздать свою ревность, Рокки нервно постукивал костяшками пальцев по столу. Почему вдруг Патти заговорила о нотариусе, надеется на внесение в завещание новых пунктов? Нет, его братец, Ларри ничего не получит. Пускай сам о себе заботиться. Хотя, один подарок Рокки ему может сделать. – Для начала, Патти, я созвонюсь с мистером Корвитцем.

– Это надо сделать, как можно скорее, – Патти намеренно выдержала паузу, – А может быть, Рокки, нам стоит посетить господина распорядителя вместе?

Не получиться. Рокки ни за что не желает, чтобы Ларри оставался в Норидже один, с прислугой. Он способен на все, что угодно. В прошлый раз, когда Рокки вместе с Патти отдыхали на Канарских островах, Ларри, на правах хозяина, пригласил в поместье всякий сброд. Последствия этих посещений весьма плачевны: из оружейной комнаты были похищены два кинжала, штучное охотничье ружье, работы известного мастера. Расспросы Рокки не к чему не привели, Ларри не мог вспомнить, что за компания весело проводила время в доме.

Каким образом Патти собирается провести мужа вокруг пальца? Рокки не настолько глуп, Ларри в задумчивости тыкал вилкой по тарелке.

– Ларри, – произнесла Патти елейным голосом, а, может быть, ты окажешь нам любезность и проведешь переговоры с мистером Корвитцем?

Глаза Ларри округлились от изумления, что она такое говорит? Рокки только и мечтает, чтобы Ларри убрался из Нориджа. Отмечая про себя, как на глазах меняется выражение лица Рокки, Ларри успокоился, великий последователь Тициана не позволит ему принимать участие в переговорах.

– Если бы мне был безразличен успех моей выставки, я обратился бы к моему непутевому братцу. Нет, я не могу рисковать.

Как же быть? На выразительном лице Рокки отобразилась целая гамма чувств. А тут еще Патти настоятельно советует ему самому отправиться в Лондон. Последнее наблюдение, которое сделал Рокки, утвердили его в принятом решении. Он не даст себя одурачить, – Знаешь, мне пришла в голову неплохая мысль. В Лондон поедешь ты, а я распоряжусь, чтобы тебя достойно встретили.

– Это слишком серьезно. Лучше было бы, если в Лондон отправился ты сам, – по непроницаемому лицу Патти нелегко было определить истинное отношение к поручению Рокки.