Чаша терпения
Шрифт:
— До самого Петербурга?!
— Да.
Он достал из кармана два крохотных картонных квадратика, показал ей.
— Едемте,
— Петр Ильич! Что вы говорите? Опомнитесь. Месяц назад я приняла здесь медицинский пункт.
— Тогда я не еду. Я остаюсь с вами.
— Это невозможно.
— Почему?
— Не надо спрашивать. Вам надо ехать.
Варламов опустил голову.
— Когда вы вернетесь в Петербург? — спросил он.
— Через год. Когда получу отпуск.
— Хорошо. Я буду вас ждать. Позвольте мне… Вы как-то говорили, что Наташа все ждет отца…
— Да. Она не видела его… никогда.
— Вы
можете… Я скажу Наташе, что отец — я! Мы будем вас ждать вместе.— Да. Ждите.
Они простились.
До встречи оставался год.
Как он пройдет для них?.. Быстро или нет?.. Прошумит, подобно вешнему дождю, или будет тянуться, как осенние тяжелые тучи?..
— Ничего, — говорила себе Надежда Сергеевна. — Все впереди!
Неужели опять все начиналось сначала? И счастье, и страдания? Неужели еще все действительно впереди?! И сумрачное небо Петербурга, и милая, золотая от солнца Азия?..
— И борьба! Борьба впереди! — снова говорила она себе. — Боже, как хорошо, как интересно жить!