Чародей из Атлантиды (иллюстр. М. Мисуно)
Шрифт:
Голда улетела. Непоседливый Том забрался на спину Полкану, и они вдвоем отправились погулять к ближайшей роще, откуда неслись чудесные фруктовые ароматы. И тогда Страшила задал Гудвину давно мучивший его вопрос:
— Объясните, дорогой Великий и Ужасный, как вы превратились из призрака в настоящего человека? Что-то я не пойму этого.
— А я не могу понять, откуда вы узнали, что я навещала вас в Канзас-сити, — недоумевала Элли.
Гудвин грустно улыбнулся:
— Ответ на твой вопрос, Страшила, очень прост. Когда вы первый раз увидели меня на горе Времени, вы были еще жителями Волшебной страны и лишь несколько минут провели в земле Мертвых.
— Вот ужас! — воскликнул Страшила. — Выходит, если бы сейчас каким-то чудом здесь оказался Гуд, то он не смог бы со мной даже поздороваться?
— Увы, нет, — вздохнул Гудвин. — А ответа на твой вопрос, Элли, я и сам толком не знаю. Я не меньше десяти раз побывал в земле Мертвых, когда был еще правителем Изумрудного города. И хотя я никогда в ней долго не задерживался, здесь осталась моя тень. Она сгущалась, сгущалась, к наконец я как будто раздвоился. Настоящий Гудвин улетел на воздушном шаре в Канзас и прожил остаток своей жизни в покое и достатке. В то время я был лишь его тенью и почти все время пребывал в полудреме. Во снах я видел все, что происходило с Гудвином в Канзас-Сити. Но когда этот Гудвин умер, я вдруг почувствовал себя настоящим человеком из плоти и крови и сразу же проснулся!
— Кажется, это называется переселением душ, — задумчиво сказала Элли, глядя на чудесное звездное небо. — Друиды… Насколько я помню из книг, жрецы древних кельтов верили в бессмертие души и в то, что души умерших время от времени воплощаются на Земле в телах вновь родившихся людей. Ну, наверное, вам про это слушать неинтересно…
— Почему же неинтересно? — возразил Страшила. — Очень даже интересно! Я вот иногда думаю: а почему в вашем Большом мире огородные пугала неживые, а у нас в Волшебной стране — живые? И не просто живые, а очень даже разумные! И я однажды додумался до того, что во мне, наверное, поселилась душа какого-то человека, который давным-давно жил в краю Торна. Мне даже иногда кажется, что я кое-что вспоминаю про свою прошлую жизнь…
— А ведь ты сказал интересную вещь, Изумрудик! — воскликнула Элли. — Я тоже не раз размышляла, почему в Волшебной стране почти все животные имеют душу, словно люди, и не могла понять, в чем тут дело. Даже матушка Виллина не знала этой великой тайны!
Гудвин вдруг улыбнулся:
— А вот я, кажется, догадываюсь, в чем тут дело…
Но тут послышался лай Полкана, который первым разглядел в звездном небе Голду.
— Я нашла путь в деревню-призрак! — заверещала радужная птица, делая круги над головами Элли и Страшилы. — Скоро должна взойти луна. Нам надо спешить!
Все торопливо пошли к желтой дороге. Пройдя по ней около километра, они свернули, следуя за Голдой, в сторону большой рощи. Едва путники обогнули ее, как над далекими холмами появился желтый краешек луны.
— Вперед! Вперед! Вперед! — кричала Голда, кружась довольно высоко над землей. — Я что-то вижу впереди!
Действительно, впереди между двумя холмами стал вырисовываться еле заметный контур какого-то высокого здания, похожего на башню.
— Это Стеклянная башня! — вдруг завопил Том, сидевший на спине Полкана. — Где-то я уже видел ее… Вперед, мой верный конь!
И Полкан, громко лая, понесся через равнину в сторону далеких холмов.
Страшила вдруг схватился руками за грудь — там, где у людей обычно находится сердце.
— Мне тоже знакома эта башня… — прошептал он.
Элли взяла его за руку и буквально потащила за собой.
Последним,
тяжело сопя, бежал Гудвин. Он был слишком толстым для забега на такую длинную дистанцию, но отставать от своих молодых друзей не хотел.А луна тем временем очень быстро поднималась над горизонтом. Серебристое сияние залило холмистую равнину. Стеклянная башня с каждой минутой становилась все более и более зримой. Она была очень большой и напоминала китайскую пагоду, увенчанную золотистым шпилем. У основания башни виднелись закрытые двухстворчатые ворота.
Полкан с Томом на спине первым подбежал к башне и стал носиться взад-вперед, громко лая. Спустя некоторое время к нему присоединились Элли и Страшила. Оглянувшись, они с ужасом увидели, что Гудвин еще не преодолел и половину пути от рощи до башни.
Голда выписывала в воздухе головокружительные пируэты и верещала:
— Опоздает, опоздает… Как только луна поднимется над горизонтом, деревня-призрак снова исчезнет!
Страшила посмотрел на тяжело дышавшую Элли и вдруг хлопнул себя ладонью по мягкому лбу:
— Элли, да что же ты стоишь и ничего не делаешь? Ты же волшебница! Возьми да перенеси Гудвина к башне!
Юная Хранительница произнесла заклинание, взмахнула рукой, но ничего не произошло.
— Увы, моя волшебная сила не действует в этой стране, — со вздохом призналась она.
— Как не действует? — удивился Страшила. — А кто же помог мне первым добежать до замка атлантов? Разве не ты?
Элли покачала головой.
— Наверное, это сделал Гудвин, — предположила девушка. — Ну конечно, он просто забыл, что обладает хоть и небольшой, но магической силой! Как же ему подсказать, чтобы он воспользовался своим волшебством сейчас?
И Элли начала махать правой рукой, словно размахивала невидимой волшебной палочкой.
То же самое стали делать и Страшила, и даже Том. А Голда, не выдержав, полетела навстречу Гудвину.
Пожилой толстяк так удивился, увидев это, что остановился.
— Чего это они машут руками? — тяжело дыша, пробормотал он. Оглянувшись, он увидел, что луна уже почти полностью поднялась над горизонтом. Еще минута — и Стеклянная башня исчезнет до нового полнолуния!
И вдруг Гудвин все понял.
— Тьфу, да я же совсем забыл, олух, что по книгам атлантов научился кое-каким колдовским штучкам! — воскликнул он.
Гудвин тотчас произнес магическое заклинание и с такой скоростью рванулся вперед, что аж ветер засвистел.
Он оказался возле ворот Стеклянной башни в тот самый момент, когда луна окончательно поднялась над далеким горизонтом. И тотчас холмистая равнина, по которой только что бежали путники, исчезла, а на ее месте появился глухой, мрачный лес.
— Успели! — с облегчением вздохнул Гудвин. — А где же Голда?
— Она полетела вам навстречу и, кажется, осталась в Невидимой земле, — огорченно ответила Элли.
Гудвин развел руками.
— Это я во всем виноват, — смущенно признался он. — Что-то с годами я стал туго соображать… Но не думаю, что Голда будет уж очень сердиться на меня. Она терпеть не может странствий и приключений!
Гудвин подошел к башне и постучал кулаком по воротам.
Спустя некоторое время из башни раздались странные звуки, похожие на звон гонга. Они сложились в слова: