Цена слов
Шрифт:
Арсений не медлил, дёрнул за ручку передач, но двигатель чихнул и заглох.
– Мать твою!
– Быстрее! – щёлкнул автоматом Олег. Между деревьев мелькнули ловкие тени. Арсений терзал ключ в зажигании, пытаясь оживить двигатель, но тот только кашлял ядовитым топливом и вхолостую сипел.
– Всех богов вспомнишь, а всё едино!
Олег хотел резко ответить, но в этот миг по машине ударили первые пули. Выстрелы выбили из металла яркие искры, из леса застрекотало сразу несколько автоматов. Стрелки укрылись в густом подлеске и вели по каравану прицельный огонь.
– Господи-Иисусе! – заорал Арсений, пригибаясь
– Что ж они делают, сукины дети?! – крикнул Арсений, провожая взглядом напарников, что мчались прочь на всех оборотах.
– Жизни свои спасают, вот что! – громко ответил Олег. Весь огонь нападавшие перевели на последний, заглохший броненосец. Скиталец даже не попытался открыть пассажирскую дверь. Весь корпус звенел от попаданий в навесную броню. Несколько пуль уже пробили металл и сухо врезались в ящики.
– Сдохнем мы тут! – орал Арсений, а машина всё не заводилась. Олег схватил шофёра за куртку и с силой встряхнул его, чтобы привести в чувство:
– Если дочь и жену увидеть хочешь, вытаскивай нас отсюда!
Паника в глазах Арсения успокоилась. Ударив кулаком по приборной доске, он с новой силой налёг на зажигание. Будто почувствовав настроение хозяина, двигатель, наконец, зарычал и завёлся. Арсений поддал газу, сумел вывести машину с обочины и пули зазвенели по кузову яростней, будто не желая отпускать ускользающую добычу. Только теперь Олег выставил автомат в приоткрытую дверь и дал короткую очередь. Из зарослей в рассыпную бросились лохматые силуэты. Он знал, где и каким образом машину попытаются перехватить снова и всякий раз предугадывал нападение. Только благодаря его знаниям внедорожник смог вырваться из западни, которая стала могилой для двух других караванов.
Выстрелы смолкли далеко позади, машина всё ещё набирала ход, хотя в двигателе что-то непрерывно стучало. Всё что было не прикрыто бронёй – оказалось прострелено, и только каким-то чудом колёса выдержали. Арсений вцепился руками в обод руля, его до сих пор колотило.
– Ты как, вести можешь?
Наёмник вздрогнул и ошалело посмотрел на Олега:
– Целый я! Целый… Что это за лиходеи на нас напали? Патронов им не жалко и на броненосцы полезли... Но не обломилось им нынче! Пусть знают, что не всякий им по зубам!
Словно дожидаясь, пока водитель так скажет, из-под капота вырвались белые клубы дыма. Пар от перегретого двигателя закрыл почти весь обзор.
– А беды-то нас не оставили! – досадливо воскликнул Арсений. – Радиатор накрылся, сейчас охладитель выкипит и привет!
– До Китежа не доедем? – упавшим голосом спросил Олег.
– Куда там!.. А тебе сильно в Китеж надо?
– Надо. Ради Китежа в караван и подписался, – скиталец прижал к груди руку, проверяя что-то в кармане плаща.
– Доедешь, не волнуйся. Сейчас повернём в Чудь, она уже близко. В эту общину часто кто заезжает, там и запчасти найдутся. В Чуди нас подлатают и снова в путь. Сильно спешишь?
– Не знаю, может и зря еду и ничего не найду, – неясно отозвался Олег. – Но я должен побывать в озёрном городе – это точно.
Арсений не стал больше расспрашивать и понял, что больше ничего скиталец ему не откроет. Хорошо было и то, что они хотя бы живыми и целыми вырвались из
засады.Ещё долго пришлось ехать по грунтовой дороге на умирающем двигателе. Машина могла заглохнуть в любой момент, скорость сильно упала. Арсений всерьёз начал опасаться погони, но, кажется, броненосец никто не преследовал.
Чудь скрывалась среди густых заповедных лесов. Местные давно славились как хорошие охотники на всякого зверя. Частокол в три крепких ряда оберегал от захватчиков и не однажды выручал Чудь во время Зимней Войны между Китежем и Тавритой. Тогда чудцы поддержали город на озере и жестоко поплатилась за это. Из-за близости к Таврите, Чудь осаждали, но взять не смогли. Однако и в мирное время было чего опасаться, особенно когда лето стало длиннее: слишком много голодных бродяг сбивались в жестокие шайки. Даже охотиться в лесу – и то стало опаснее, ведь одиноких охотников ждали не только хищные звери, но и грабители. Теперь чудцы ходили на охоту большими артелями, а всё прочее время отсиживались за стенами, не жалуя к себе чужаков. Вот и продырявленную машину из Аруча ласково никто не встречал.
Стоило Арсению остановиться перед обколоченными железом воротами, как с проездной башни на них навели пулемет.
– Чего надоть?!
Высоко держа охренный жетон над головой, Арсени открыл дверь и встал на подножке.
– Караван Китежский, пропустите!
На жетоне был отчеканен знак Берегини – угловатая руна, пересечённая в верхней части чертой. Это бы открыло ворота Китежа, но как поступят сторожа Чуди сложно было сказать.
– Одна развалюха – энто и есть караван? Подозрительно как-то... Разворачивай лучше отседова, пока я не шмальнул!
– А говорили, что чудцы даже на Лесных Духов охотятся. Видимо, врут. Двух путников в городище пропустить побоялись. Пулемёт со страху, смотри, не урони, – громко сказал Олег, выходя из машины. С деревянной башни над воротами высунулась давно нестриженная голова. Сторож задиристо ухмыльнулся жёлтыми донельзя зубами.
– О, словоблуд припёрся, сказалец!.. Что, дёшевы нынче твои байки, коли к караванам прибился? Жрать-то охота небось, верно сказываю?
– С Долгим Летом люди сами друг к другу хаживать стали и новости узнавать. По щелям не сидят, тремя патронами в коробе на чужих не потряхивают.
– Тише ты, ащеул проклятущий! – зашипел на него бородач с башни. – Военная тайна, а ты на весь свет растрепал! Кругом уши разбойников, да разведчиков!
– Вот и мы напоролись. В лесу у вас такое творится, что Святибор гневаться будет. Нас прямо в пути обстреляли. Десять автоматов – не меньше.
– Это кто?
Олег помедлил с ответом. Скрывать правду было опасно: могли заподозрить и не пустить. Чудь слыла крепкой общиной, но сторожа у неё – мужики нервные. К каждой новости, которая казалась им ненадёжной, они относились с пристрастием.
– Навь.
У бородача челюсть отвисла. Такого он точно не ожидал. Опомнившись, сторож махнул приезжим рукой.
– Заводите…
И ворота с глухим стоном открылись.
– Ловко ты, – улыбнулся Арсений, возвращаясь за руль.
– Не раз бывал тут за последние восемнадцать Зим. В лесной глуши новости о внешнем мире долго доходят, но и здесь моих сказов давно не слушают. Скитальцы перевелись, никто нашим делом больше заниматься не хочет.
– Поэтому подался охранять караваны?