Чтение онлайн

– Контроль, помнишь, ты спрашивал о том, типе что был одет, как объект?
– Контролю тогда вдруг пришло в голову, что их противник мог просто нацепить чужое лицо.

– Ну?

– Буквально полчаса назад полиция задержала его за неприличное поведение. Он голым и обдолбаным гулял по городу.

– И что?

– Город - Чарлзтон.

– В Чарлзтоне космопорт, значит, он покинул планету.

– Или хочет, чтобы мы так думали, -

сказал Язык.

– Или хочет, чтобы мы так думали, - согласился Контроль.

Черноволосый крепыш отдыхал в одном из далеко не самых элитных баров станции. Поэтому и одет мужчина был соответственно: синие джинсы, джинсовая же рубашка, закатанная по локти, мятая жилетка с кучей кармашков и петель явно досталась ему от какого-то техника и была изрядно поношена. А бар..., на уровне он был одним из лучших, но соседство с трущобами, до которых была одна остановка лифта вниз, давало о себе знать.

Главное, здесь не воняло ни антисептиком, ни богатыми ублюдками. Крепыш сильно устал от богатых ублюдков, лицо ему качественно отремонтировали, внутренних повреждений он не получил, но осадок остался, а этот бар хоть создавал нужный контраст.

Крепыш сосал через трубочку отвертку. Он сильно сомневался, что в коктейле была водка, скорее уж спирт, а в том, что сок порошковый, не сомневался вовсе. Тем не менее отвертка была порядочного вкуса в отличие от местного пива, что светлого, что темного.

Еще крепыш смотрел игру, и это тоже помогало отвлечься. Сборная Марса по хоккею позорно сливала матч Венере. Да, это не бейсбол, вот там марсианам равных нет во всей федерации.

Мягко завибрировал комм в кармане. Крепыш хотел досмотреть смогут марсиане хоть одну шайбу забросить или нет, но не взять комм было нельзя.

– Да?

– Действуем по четвертому плану.

– Когда?

– Сейчас!
– ответил раздраженный женский голос.
– Время отдохнуть у тебя еще будет.

– А отпуск?

– По четвертому плану, Жозе!

Жозе сунул комм обратно в карман, свистнул дроиду-официанту и достал биткошелек. Когда он уходил, дроид укатил с недопитым стаканом отвертки и крепышу подумалось, не подают ли они коктейли по второму кругу. Он-то не видел, чтобы ему смешивали.

– Да ну и фиг с ним, - решил Жозе. Достал из кармана таблетку-катализатор и кинул в рот. Минут через пятнадцать кровь полностью очистится от алкоголя, а вот мочевой наполнится жидким огнем. Не самое приятное чувство.

Жозе вернулся в арендованную квартирку. Снял джинсовую робу и облачился в костюм. Предстояло опять поиграть с богачами. После костюма пришла очередь автогримера. Жозе разложил небольшой чемоданчик и нажал на пару клавиш в его внутренностях. Поднялся экран. Жозе поелозил пальцем по сенсорной мышке и выбрал заготовленную ранее программу. Экран опустился, а вместо него выскочила большая проволочная маска. Крепыш сунул в нее лицо и зажмурил глаза. Прозвучал звуковой сигнал о начале работы. Проволока зашевелилась, зашуршали сервоприводы, и на лице Жозе, как на листе в принтере начали появляться легкие синяки. Не от ударов, а беспробудного пьянства. Об этом, кстати, имелись записи в нескольких дорогих барах

и даже один протокол задержания. Прозвучал еще один сигнал и Жозе выключил гримера, сложив его в чемоданчик.

Коллегу он встретил в лифте. Они завязали глупый разговор для чужих ушей. Блондинка, вдруг вспомнила что-то, полезла в сумку и не таясь передала ему большой золотой перстень. Он сделал вид, что обрадовался возвращению потерянного и сразу же нацепил перстень на палец.

Двери лифта открылись и на пороге замер Кэнес Эссп. Крепыша он узнал мгновенно. Тем более, что блондинка была с ним. Он не успел ничего сказать, как крепыш схватил его за воротник и втянул в лифт. Почувствовав угрозу, остальные пассажиры поспешили покинуть кабину.

– Ты что...
– Крепыш от всей души вмазал Кэнесу в челюсть, припечатав голову того до стены. Двери лифта закрылись, а Первый зам безвольной куклой сполз по стенке. На его скуле отчетливо отпечаталась монограмма с перстня.

– Не надо больше!
– Блондинка совершенно натурально повисла на руке Жозе, а лифт начал движение.

– Почему? Ты ведь видела, как этот урод меня разукрасил!
– гнев в его голосе был вполне натуральным.
– Да я его в порошок сотру!

– Но ты ведь сам начал.
– Двери лифта вновь открылись, и избивать Кэнеса стало поздновато.
– Милый, - блондинка шепнула на ухо крепышу, - давай просто улетим, как собирались.

– Ладно.

– С ним все в порядке?
– спросил, не заходя в кабину, пожилой ивари. За его спиной маячила пара столь же озабоченных пассажиров.

– Я его вырубил, - честно ответил Жозе.

– Пожалуй, я поеду следующим, - сказал старик. Люди за его спиной не проронили ни слова, но было видно, что со стариком они согласны на все сто.

– Ну, так заберите и это дерьмо.
– Крепыш без видимых усилий подхватил Кэнеса под подмышки и передал на руки старику. До приватных доков крепыш с блондинкой добрались без проблем. Так же без проблем они сели в яхту, по документам принадлежащую отцу Жозе и отчалили от станции Ио.

Кэнес был в ярости. Когда он очнулся, то сразу же незаслуженно вздрючил начальника безопасности станции, мужчину, вдвое старше его. Наверное, потому, начальник дождался, пока Жозе Мануэл де Алмейда со спутницей взойдут на борт яхты, и только потом сообщил, что нашел его. На борту яхты Кэнес полномочий не имел, а до знакомого таможенника дозвониться он просто не успел.

Злость крепла целый день, и к вечеру Кэнес уже был готов взорваться. Вокруг то и дело появлялись идиоты с дурацкими разговорами о том, как должен вести себя настоящий мужик. Где бы он не оказался, по ТВ крутили передачи о том, каких мужчин предпочитают женщины, или ток-шоу об изменах. Вся эта информационная дрянь хоть как-то, хоть чуть, да находила аналогию в жизни Кэнеса. Особенно в ситуации, в которую он угодил совершенно недавно. Апогеем стала встреча в лифте. Два идиота среднего звена опять философски рассуждали о бабах, только на этот раз женщина лысого таки бросила. Заявила, что он не мужик, раз обещания не исполняет. Этот идиот обещал билеты на спектакль в театр, но вместо этого спустил все деньги в покер, а до получки ни один шакал не одолжил. А главное он твердо верил, что это у него просто черная полоса и он ничего не мог сделать.