Быть собой
Шрифт:
Орки по понятным причинам не горели желанием тереться рядом с фортом людей, лишь один отряд отбитых на всю голову зеленокожих вот так сходу на это отважился. Остальные обитали южнее и вскоре я встретил первый отблеск костра, заметный демоническим зрением с высоты. Правда те кто его жёг слегка разочаровали, три разведчика это не очень много разведчиков. Но я не привередлив, к тому же чем больше у орков проблем на их земле, чем лучше, не так ли?
Так что спустившись на землю, я одел на себя личину молодого колдуна, проверил хорошо ли видны на кожаной безрукавке клановые знаки и пошёл на свет огня. Ступать тихо нужды не было, так что часовой меня вполне себе срисовал, разбудив товарищей, а самый старший из их группы громко крикнул:
— Стой!
— Это я, Габлук — последовал мой ответ, когда я вышел к кругу света от огня — А вы подходите. Да, духу вы нравитесь.
— Какому духу? — спросил матёрый орк, поудобнее перехватив топор. Тех своих сородичей, что могут ворожить, зеленокожие конечно уважают, но я специально себя вёл так, чтобы насторожить их. К тому же был из другого племени. Оба конечно входили в союз, но тем не менее.
— Тому, путь к которому показал Бандулук. Да, Бандулук — сделал я ещё несколько нетвёрдых шагов, будто кивая своим мыслям.
А потом резко прыгнул вперёд, схватив левой рукой топор противника, а правой пробив его грудь. Удобно, когда ладонь на ходу можно превратить в острый клинок копья. Правда товарищи мертвеца, у которого из спины показалась моя конечность, не оценили перформанса и попытались меня зарубить. От одного я закрылся трупом, а второго, самого молодого, пнул в живот. Он отлетел в сторону, согнувшись пополам, а у меня появилась возможность плотно заняться его товарищем. Двигался он куда медленнее тех бугаев, которые доставили мне столько проблем, так что я без особого труда подставил под новый удар мёртвое тело, а затем со всей силы толкнул его вперёд. От столкновения с мясным снарядом орк потерял равновесие. А я тут же прыгнул ему на грудь, присев на корточки, схватил зелёную голову и резко распрямился, оторвав её. А потом повернулся к стонущему молодому дикарю, пытающемуся подняться и забормотал:
— Голова, мозг. Грудь, сердце. Пузо, печень. Печень, печень, печень…
— Нет — с надрывом ответил он, попытавшись нанести мне удар топором.
Но я перехватил его руку, а кулаком дал под дух. Однако смерть парня в мои планы не входила, так что удар вышел лишь болезненным. Кулак был мной внимательно осмотрен, после чего я с недоумением повторил удар, заставив бедолагу опять застонать. Он пожалуй дошёл до кондиции, так что я схватил его за лицо приблизил к своим глазам, проговорив с максимально безумным взглядом:
— Духи предков и боги розовокожих защищают тебя, да. Но не бойся, дитя, я к тебе обязательно ещё вернусь и ты тоже сможешь послужить нам. Да, хорошо послужить.
Сказав последнюю фразу, я отбросил от себя молодого зеленокожего и продолжил шагать на юг как ни в чём не бывало, пока окончательно не скрылся из виду и не взлетел. Это конечно был не налёт на очередного колдуна, но получилось тоже ничего. Чароплёт, якшающийся с демонами, был духовным лидером только одного племени, хоть и главного. Бросить на него тень было хорошей идеей, а то выйдет очень неприятно, если он станет мучеником своего народа, а его методы повсеместными. В идеале его вообще должен бы прикончить какой-нибудь орк за какую-нибудь пакость. Но эта идея была ещё в фазе обдумывания.
А вот разведчики были в фазе убывания. Я уничтожил ещё три группы, всякий раз оставляя по одному испуганному выжившему, который должен будет рассказать весёлую историю своему вождю и племенному шаману. Или колдуну. Способ пропаганды конечно был максимально топорный, но зато быстрый. К тому же не уверен, что к болотным дикарям применим изящный подход. Это же не эльфы с интригами, которые тянутся столетиями. Тут всё должно быть чётко и ясно, ученик колдуна Красных Змей связался с тем же духом, что и Бандулук, тот наделил его огромной силой в обмен на жертвы и возможно отнял разум. Значит это очень злой и опасный дух, а главный колдун племенного союза тоже в зоне риска. Чё делать будем, если крышей поедет и надо ли ждать этого момента?
Но до хитрого колдуна пока что было далековато, а я наконец наткнулся на крупное скопление зеленокожих. Отряд
в сотню с небольшим воинов шёл на север с вполне понятными целями и им следовало помешать. Покружив над стоянкой, я определился, у какого костра спит чароплёт. В конце концов на немолодом зеленокожем было слишком много амулетов, а рядом с ним дрыхло аж трое здоровяков. Но до них дело дойдёт попозже, сначала следовало заняться основным блюдом и лишь затем переходить к гарниру.Прикинув вес противника, я сделал ещё пару кругов вокруг лагеря, а затем спикировал на свою жертву. На мне был «костяной» шлем и кожаная броня, которая весила меньше псевдометалла. Так что приземлившись на ноги жертвы, я сломал их с отчётливым хрустом, заставив орка взвыть. А потом схватил его за горло и взлетел вновь. Не высоко, не так чтобы быстро, но вполне успешно и словил лишь три метательных топорика. Колдун же от боли и спросонок так и не смог воспользоваться магией за то время, пока мы не приземлились за пределами лагеря. А потом стало слишком поздно. Шлем раскрылся и мои челюсти сомкнулись на его горле. Пять секунд и сама его суть стала принадлежать мне.
От лагеря к нам тем временем побежало с десяток орков, но при виде них я только оскалился, достав из ножен вампирский полуторник, который давно надо было проверить в настоящем деле. Зеленокожие видят в темноте получше людей, но не намного, а эти ещё и забежали в темноту от света костров. Я же себя в ней чувствовал как рыба в воде и просто облетел преследователей сбоку, зайдя им в тыл. Меч, способный пробивать мою броню, снёс голову первому орку практически без усилия, лишь когда лезвие проходило позвоночник я почувствовал лёгкую попытку сопротивления, предсказуемо не увенчавшуюся успехом. В детстве крапива и то сильнее сопротивлялась палке в моих руках. А зелёная голова полетела вперёд отдельно от падающего тела, когда я уже сносил следующий череп. Противники умирали быстро и почти без звука, лишь на пятом мертвеце бегущие впереди почуяли неладное и один из них развернулся, тут же заорав:
— Он сзади!
Я же мгновенно стал невидимым, отпрыгнув в бок. Ещё один просчёт, провёл немного времени с людьми и уже привык, что растворяющийся в воздухе соратник может их как-то напрячь. Впрочем судьбу этих орков моя мелкая оплошность не изменила. А вот три наконец добежавших бугая меня изрядно развлекли. Они вломились в лес, гортанно ревя, но добежав до мёртвых сородичей так и не обнаружили противника, а я опять зашёл с тыла и снёс голову замыкающему. Его бычья шея была попрочнее, но тоже ничего не смогла противопоставить вампирскому мечу. Однако его товарищи оказались более бдительными и опытными, чем торопливая первая группа, они тут же развернулись, а не увидев противника, встали спина к спине, сжимая в руках двуручные секиры. Один из них спустя пару мгновений крикнул:
— Покажись, тварь!
Я как раз успел с помощью вампирской левитации подлететь к ним сбоку, не касаясь земли и не тревожа ни одной веточки или листа на ней, а потом совершил длинный выпад в стиле фехтовальщиков шпагой, попав точно в висок крикуна. Его товарищ на одних рефлексах, не видя врага, ударил своей секирой, заставив меня отскочить назад, задействовав в том числе и крылья, что создало поток воздуха. Орк взревел, попытавшись продолжить идти вперёд, размахивая топором вслепую, но после резкого отступления, я опять зашёл во фланг и сделал один точный выпад в висок.
Остальной же лагерь переполошился, но пока что более опытные и хладнокровные воины удерживали молодых и горячих парней, а когда рёв последнего телохранителя стих, немолодой зеленокожий с сединой в широком и коротком ирокезе на голове крикнул:
— Гузано! Крамда! Витру! Что там?! Ответьте!
Я набрал в лёгкие воздуха, быстро пошарив по памяти колдуна и прокричал, подражая голосу одного из его телохранителей:
— Мы его прикончили, Тунка! Прикончили!
— Кто это был? — мне казалось, что я сыграл вполне натурально, но опытный вояка всё равно не спешил шагать в темноту на голос — Тащите его сюда.