Брошенный мир
Шрифт:
– Так я же и говорю, его убил предводитель орков, человек в красном плаще. Его потом схватили и казнили. Эти, верзила с бычьей головой и эльфийский принц.
– Когда это произошло?
– подавленным голосом спросил магистр.
– Пять дней назад.
– Врешь!
– отрезал Зван.
– Пять дней назад мой отряд бился с армией орков под руководством того самого человека в красном плаще, и было это совсем в другом месте!
– Вы магистр, Вам виднее, - уныло ответил Рони Глуд.
– А только ничего я не вру. Я ведь знал когда-то этого предводителя. Он из Троера, и прежде служил в нашем ордене. Его зовут Билл Геретс.
– Ах, вот оно что, - задумчиво произнес Зван.
– Маскарад устроили,
– А потом появилась эта распутная белокожая девка. Она-то, как я понимаю, и была вампиршей! Царицей Ночи ее звали. Приставала ко всем подряд, а кого поцелует, тот и сам становился вампиром. Сначала этого никто не замечал, а вот когда обращенных проклятущей царицей в вурдалаков стало уже много, они и сами начали нападать на тех, кто еще оставался нормальным. В лагере началась паника. Кто успел, те бежали из форта, а вот что стало с остальными, я не знаю. Наверное, они тоже превратились в вампиров.
– А что с Глиндом и принцем?
– Да будь они прокляты!
– взорвался Рони.
– Эта парочка спокойно наблюдала за тем, как гибнет их армия, и даже пальцем не пошевельнули, чтобы помочь нам. Их-то самих вампиры не трогали, и я так полагаю, что сами они все это и подстроили! И убийство Барбагана, заступника нашего, да и девку эту гулящую тоже они притащили!
То, что рассказал Рони Глуд, не укладывалось в голове магистра. Смерть Барбагана, превращение троерской армии в клан вампиров - все это вполне можно было счесть за бред безумца, но что-то подсказывало Звану, что солдат не врет. Он и в самом деле был смертельно напуган, да и не пьян вовсе. В рассказы про оборотней тоже ведь поначалу никто не верил, считали их суеверными выдумками, смеялись над рассказчиками, а вон оно как все обернулось-то!
– Почему ты встречал меня с факелом?
– спросил он.
– А как же! Они, вурдалаки эти, только огня и боятся!
– Откуда знаешь?
– Так они какое-то время преследовали нас, тех, кто успел вырваться из форта. Многих поймали, а спасшиеся только огнем и отбились. Обычным оружием их убить очень сложно, только если попадешь прямо в сердце. Так на них ведь и броня очень приличная надета, особенно на эльфах.
– Куда они направляются?
– Точно сказать не могу, но судя по всему в Троер.
– Час от часу не легче!
– пробормотал магистр.
– А ведь Лестер ничего не знает о грозящей ему опасности! Он решит, что возвращается наша победоносная армия и гостеприимно распахнет перед ней ворота. И тогда...
Что случиться потом, даже страшно было себе представить! Город, который стал для него родным домом, город, в котором живет так много родных и друзей, превратится в легкую добычу вампиров. Их милые, дорогие сердцу лица исказятся злобным оскалом, и они, так же, как и те, кто уже попал в эту ловушку, разбредутся по всему Лиросу в поисках все новой и новой добычи. И так до тех пор, пока весь этот мир не превратится в безжизненную, населенную злобными упырями пустыню!
Так кто же придумал столь чудовищный план?! Кто такие эти пришельцы, обрекшие Лирос на страшную гибель?! Почему Барбаган и Лестер отнеслись к ним с таким доверием? Почему не почувствовали подвоха? И как бороться с ними, если даже столь могущественный бог, как Барбаган, не устоял в неравной схватке?! Сможет ли Лестер в одиночку противостоять этой новой угрозе, а если нет, то где искать союзников в борьбе? Ответ, в общем-то, был, ведь Зван как раз и направлялся в Троер с предложением мира от Волая, второго брата Лестера. И был еще Орикс, фигура пусть и неоднозначная, но очень сильная. Захочет ли его господин связывать себя с недавними противниками, или предпочтет попытаться самостоятельно справиться с новым
врагом? Однозначного ответа на этот вопрос у магистра не было, но он все же решил действовать на свой страх и риск.– Вот что, Рони, - сказал он.
– У меня есть для тебя поручение чрезвычайной важности, от выполнения которого будет зависеть очень многое.
– Я готов следовать за Вашей Светлостью куда прикажете.
– Следовать за мной как раз не надо, - ответил Зван.
– Насколько я помню, отряд капитана Семертса пару раз нес дежурство возле Одинокой долины? Ты бывал там?
– Приходилось.
– Дорогу помнишь?
– А как же.
– Так вот, ты отправишься туда...
– Помилуйте, Ваша Светлость! Эти мерзкие оборотни сожрут меня с потрохами!
– Чушь! Даги не едят людей. Да, это во многом очень странное племя, но случаев людоедства среди них еще не было ни одного. Все это досужие вымыслы. Кроме того, мы заключили с ними перемирие. Я как раз направлялся в Троер, чтобы сообщить Лестеру об этом событии.
– Так может, Вы сами тогда вернетесь к оборотням, а я отвезу Ваше послание в Троер?
– с надеждой в голосе спросил Рони.
– Нет, - сказал, как отрезал Зван.
– Во-первых, тебя вряд ли сразу пустят к Лестеру, а над твоим рассказом о вампирах так и вовсе посмеются. И, во-вторых, если ты думаешь, что поездка в Троер сейчас безопаснее, чем в Одинокую долину, то глубоко ошибаешься. Сомневаюсь, что ты вообще доберешься туда живым и невредимым.
– Ваша правда, - немного подумав, согласился Рони.
– А Вам самим не боязно ехать в Троер?
– Ничего не боятся только дураки, - назидательно произнес магистр.
– Скажу только, что у меня шансов попасть туда гораздо больше, чем у тебя. Я обладаю кое-какими магическими знаниями, доверенными мне господином Лестером, да и опыта у меня несравненно больше, чем у тебя.
– Значит, в Одинокую долину?
– вздохнув, спросил Рони.
– Боязно как-то, Ваша Светлость, к оборотням-то...
– Ты можешь мне не верить, Рони, но сейчас там самое безопасное для тебя место. Во всяком случая на ближайшее время.
* * *
Магистр Зван из укрытия наблюдал за тем, как мимо него проходит армия. Здесь были и пришлые эльфы, и свои, ребята из Троера, многих из которых он знал лично. Вроде бы ничего необычного, армия как армия, но один вид проходивших мимо него воинов навевал на магистра какой-то животный ужас. Никто не разговаривал между собой, никто не улыбался, не шутил. Их позы были неестественно застывшими, напряженными. Невольно складывалось впечатление, что это не живые существа, а самые что ни на есть ожившие мертвецы! Даже кони под всадниками выглядели как-то зловеще, словно выходцы из другого мира. И самое главное - глаза! Они у всех светились в ночи тускло-багровым светом, словно затухающие угольки.
Барбагана среди них и в самом деле не было. Впереди всех ехали огромный детина с бычьей головой, некий мужчина в черном плаще с капюшоном, опущенным так, что лица практически не было видно, и бледнокожая девица, одетая в черное платье, усыпанное серебристыми блестками. Наряд ее был предельно нескромен, но держалась девица с таким надменным высокомерием, словно была очень важной особой. Должно быть, это и была та самая Царица Ночи, о которой говорил ему Рони Глуд.
Если до этого момента у магистра еще и были какие-то сомнения относительно правдивости рассказа солдата, то теперь они исчезли окончательно. Это была злая сила, беспощадная и смертельно опасная, и остановить ее было необходимо любыми средствами. Магистра вампиры не замечали и даже не чуяли. Здесь, конечно, Звану очень помогло отводящее заклинание, которому обучил его Лестер после первого визита в Одинокую долину. Оно было рассчитано на оборотней, но и в случае с вампирами пока тоже неплохо действовало.