Бронзовая лилия
Шрифт:
Я прошла вслед за Франциско через столовую, которая была очень близко к гостиной, и обратила внимание на современный дизайн. Все цвета были относительно одинаковыми, и декоратор явно отдавал предпочтение мрамору. Даже стол был мраморным. Я прикоснулась к нему, ощущая прохладную гладкость, когда мы проходили мимо. В конце концов, он открыл дверь. По крайней мере, в спальнях были двери, которые могли закрываться.
— Здесь ты останешься.
Это была такая нетронутая спальня, какую я когда-либо видела. За серой кроватью сверху деревянная обшивка покрывала стену, как изголовье. Она совпадала по цвету со стеной. Два коричневых ночных столика обрамляли аккуратно
Комната была огромной, но на стенах ничего не было. Нигде не было видно ни одной картины.
— Спасибо. — У меня были манеры. — Красиво.
Он снова пожал плечами.
— Да, но Алехандро она нравится.
— О. — Мне не следовало удивляться, но я удивилась. — Это его комната?
— Ты его жена. У нас есть помощники, которые приходят и уходят. Не стоит, чтобы наследника престола, так сказать, видели спящим отдельно от жены, словно он живёт в пресловутой конуре. Не волнуйся, красавица, вы будете не более чем соседями по комнате. Я могу тебе это обещать.
Это было внезапно, что меня прямо передернуло от того, о чём я собиралась его спросить, он схватил меня.
— Тебе нужна помощь чтобы снять это платье.
Он не ошибся, но я перевела дыхание, прижавшись к его груди, и на три секунды потеряла способность думать.
— Да... нужно. — Заставить мой мозг снова включиться было легче сказать, чем сделать. — Но мне не во что переодеться. У меня куча одежды, но ни одной из них нет здесь.
Франциско постучал ногой.
— Наверняка их отправляют прямо домой, минуя это место. Хм. Ладно. Ну, тебе придётся одолжить что-нибудь на время у одного из нас. Хавьер самый низкорослый, ты можешь носить его одежду. — Это правда, он самый
низкий, но не настолько, а все они были значительно выше меня. Я буду выглядеть как ребёнок в одежде отца. Это нормально. Пока что.
— Хорошо. Спасибо.
Он снова схватил меня. Мне действительно следовало бы возразить против того, как он меня держит, но я не могла заставить себя сделать это. Во Франциско было что-то очень сильное, и это не имело никакого отношения к большому пистолету, который он носил с собой. Скорее всего, это было связано с оружием внутри его штанов, если судить по энергии его большого члена.
Быстрыми руками он расстегнул пуговицы, на застегивание которых утром у двух молчаливых женщин ушло несколько минут. У меня перехватило дыхание. Франциско, что неудивительно, явно умел обращаться с женской одеждой. Скольких он успел раздеть?
Это не имело значения. Я не была девственницей. Мужчина, который знает что делать, делает лучше.
Стоп. Что я делаю? Я не собираюсь спать с Франциско. Он брат моего мужа. Мое платье упало до щиколоток, и он поднял меня, оставив платье в беспорядке на полу.
Усадив меня на пол, он не скрывал, свой блуждающий по моему телу взгляд, рассматривая мою почти обнаженную фигуру. Я задрожала, и не в плохом смысле. Нет, эта дрожь была от предвкушения. Возможно, я собираюсь переспать с братом моего мужа. Но на самом деле, какое мне было до этого дело? Я поговорила с Алехандро один раз. Его даже нет рядом.
Он не сделал ни одного движения в мою сторону, но его глаза потемнели, и на мгновение у нас обоих перехватило дыхание.
— Ты чувствуешь, что между нами? Эту энергию. Она настолько ощутима, что мне хочется её разорвать. — Его произношение внезапно стало более выраженным. Казалось, что он действительно может разорвать меня словами. И я могу позволить
ему. Я могла бы быть в ранах, в крови от этого.Я тяжело вздохнула.
— Я чувствую это. Я должна прикрыться. Держаться подальше от этого беспорядка.
— Беспорядок — это единственный способ, который я знаю, как быть. В хаосе есть притяжение. В нем есть истина. — Он погладил меня по щеке. — И, хотя мы едва знаем больше, чем имена друг друга, я уже знаю, что ты - женщина, которая долго пыталась уплыть от тьмы, даже если тебе следовало бы принять эту природу в себе. Неужели ты ещё не поняла, в чём сила?
Я поцеловала его. Прямо в его губы. Соблазнение бывает разным, и он заманил меня. У меня не было иллюзий. Это будет большая грёбаная проблема. Позже. Но я здесь, в Мексике, замужем за незнакомцем, и его очень горячий брат хочет меня так же сильно, как и я его. Я ничего не должна Алехандро. Я выполнила сделку, которую моя семья заключила без моего согласия. Если Алехандро это не понравится, он мог завтра же отправить меня обратно домой в Чикаго, и мне стало бы от этого только лучше.
Он поцеловал меня в ответ, но не с такой бешеной энергией, как я хотела. Вместо этого поцелуй был медленным, тщательным, словно он впивался в меня, пока целовал. Языком он облизал мою нижнюю губу. Затем, так же резко, как и
схватил меня, положил меня на кровать. Франциско, конечно, не возражал против того, чтобы управлять моим телом, когда он считал нужным это делать.
Он вытащил свой пистолет из-за пояса и положил его на тусклый, подходящий ко всему коричневый стол у окна.
— Сними мою одежду. — Он не спрашивал. Он явно инструктировал меня о том, что ему нужно.
Я никогда раньше не была с мужчиной, который действительно знает, чего хочет в постели. В основном мы, казалось, пробирались через это, пока не кончали. Или не кончали, в основном, в моем случае, пока я не позаботилась бы о себе позже. Но мне явно нравилось, когда он приказывал мне, потому что от одного его голоса у меня сползали трусики.
Это были тонкие, едва заметные белые стринги бикини, которые должны были быть такими маленькими, потому что иначе платье бы цеплялось за них. Я ненавидела нижнее белье бикини. Я бы предпочла не носить его, чем иметь его в заднице. Только это не очень хорошо сработало бы с командой незнакомых мне женщин, которые одевали меня сегодня утром.
Через мгновение я бы просочилась сквозь них.
Я приподнялась на колени, чтобы подойти к Франциско достаточно близко, чтобы снять с него одежду. Я начала с его пиджака. Он был действительно хорошего качества, поэтому я обращалась с ним бережно, аккуратно сложив его и положив на другую сторону кровати.
Мой будущий любовник внимательно наблюдал за мной. Он хотел этого, и если это была какая-то сексуальная потребность — быть раздетым мной, — то он получит хорошее представление. Может быть, это как-то связано с заботой? Или, возможно, ему просто нравилось доминировать. В любом случае, я готова.
Я приподнялась, опираясь на колени. Его рубашка, которая была плохо заправлена и частично расстегнута, была из мягкого хлопка. Она имела V-образный вырез, показывая мне верхнюю часть его груди. Он не был волосатым, по крайней мере, там. Я провела руками по его коже, прежде чем снять с него рубашку, и у него перехватило дыхание. Да, это был ритуал, и пока всё выглядело, будто я делаю правильно. Я не была изящна в том, как снимала с него рубашку. Я не была так осторожна с рубашкой, как с его пиджаком. Вместо этого я просто бросила её на другую сторону кровати.