Бравая Служба
Шрифт:
– А что будет, если уйдут? – вопросом ответил кормщик.
– Будет фрегат без крыс! – гордо заявил я.
– Полтора месяца в пути, команда нервничает, это раз, – снова завел свою шарманку огр. – Когда крысы с корабля бегут – очень плохая примета, это два.
– Глупо верить в суеверия. Обычно крысы бегут, если течь незаметная есть в борту, – обыденно парировал я. – А тут абсолютно ясно, от чего такое на этот раз может случиться.
– Тебе общаться с духами никто не мешает, хоть и не верят этому особо-то, – продолжил гнуть свою линию кормчий. – И ты с уважением относись к морским поверьям…
Далее мы продолжили ленивый спор, потом в полемику вступили мои друзья (причем Лия и Дехор были на стороне кота, а Хоб и Васиз за крыс, то есть за суеверия), затем в дискуссию втянулись
Рыжик из трюма не вышел даже на завтрак, чего с ним никогда не случалось – обычно проще было повернуть вспять реку, чем заставить кота свернуть с дороги к камбузу. Все мои попытки привести рыжего охотника в чувство и заставить делать дело, ради которого мы пересекли полпланеты, разбились о стену недопонимания – Рыжик просто не представлял себе то, что можно бросить охоту на самом интересном месте. Железный характер и выдержка природного хищника пересилили мою слабую волю, и я покорно ждал на палубе у трюма погоды, постоянно сопровождаемый обиженным взором телескопических глазок квурка.
В конце концов все кончается – закончилось и наше ожидание. На секунду мне показалось, что в воздухе раздалась барабанная дробь, как перед выходом на арену цирка главной звезды представления, и из трюма торжественно вышел Рыжик. В зубах рыжий охотник крепко держал тушку огромной одноухой крысы, размахивая ею в воздухе, как победным флагом. Половина присутствующих на огромной палубе фрегата (а там собралась практически вся команда) радостно завопила, приветствуя великий кошачий подвиг, достойный увековечивания в любых хрониках противостояния котов и мышей. Другая половина скептически нахмурилась, ожидая дальнейших неприятностей. Все заключавшие пари и делавшие ставки в импровизированно организованном тотализаторе (жители Приморья не могут без этого) ринулись получать свои выигрыши. На палубе поднялся такой шум и гвалт, что я снова почувствовал себя почти как на площади Порт-о-Тролля во время боя, но на этот раз я выступал всего лишь в качестве группы поддержки.
«Вот!» – гордо сказал Рыжик, подойдя ко мне и продемонстрировав свой трофей.
«Я тобой горжусь», – улыбаясь, ответил я и почесал победителя за ухом.
После этого рыжий герой гордо прошествовал мимо расступившейся команды фрегата и торжественно положил у ног главного кока серое доказательство своей доблести. Глава корабельного камбуза в этом противостоянии был всей душой на стороне кота (крысиные банды часто совершали набеги на святая святых любого повара – продуктовый склад), поэтому он удостоил победителя высшей кухонной награды – торжественно вручил огромный копченый окорок, раз в десять превышающий вес побежденной крысы. Кот принял вознаграждение с прирожденным аристократическим достоинством и радостно побежал ко мне.
«Ну, теперь-то мы можем осмотреть остров?» – поинтересовался я, когда Рыжик уселся у моих ног и с удовольствием принялся за вкусную награду.
«Сейчас, подкреплюсь чуть-чуть, а то всю ночь охотился, устал немного», – ответил кот, не отрываясь от своего увлекательного занятия.
– Собираемся и плывем на берег, – объявил я.
Кормчий солидно кивнул, а члены нашего отряда засуетились.
– Поглядим, что это за твари рогатые, – прогудел Дехор, помахивая новой булавой. – Заодно в деле испытаю новое оружие.
– Разомнемся, – деловито добавил Хоб, и боевые приграничники довольно осклабились.
– Ква-тастрофа!!! – раздался в этот момент квакающий вопль квурка.
Влик стоял на палубе и указывал куда-то вниз тоненьким пальчиком, снабженным перепонками. Телескопические глазки квурка на этот раз достигли полного совершенства в сложном искусстве выпучивания. Все, кроме Рыжика, ринулись к борту фрегата, и корабль чуть дрогнул, немного просев на левую сторону, обращенную к берегу. Событие, происходящее за бортом, было достойно преданий Средневековья – без помощи волшебной дудочки крысы покидали корабль и бросались в воду. Сплошной поток серых тел, похожий на живой ручей, стекал из всех щелей «Гордости Приморья» в соленую воду. Правда, в отличие от крыс из средневековой
легенды, корабельные воришки тонуть не собирались, и серый поток морских пиратов устремился к близкому берегу.В принципе, в этом нет ничего удивительного – обычная серая крыса хоть и не слишком любит воду, но тем не менее может без особого труда плыть около семидесяти двух часов. Меня гораздо больше интересует другой факт – как мастер-дудочник из жуткой сказки умудрился утопить в обычной речке полчища крыс со всего города? Тут имеется два варианта: первый – дудочник был великим пловцом и непрерывно водил за собой крыс по реке туда-сюда более трех суток; второй – мастер мог дышать под водой или имел водолазное снаряжение. Правда, во втором случае остается загадкой, как средневековый музыкант при этом умудрялся продолжать играть на дудке? Ну ладно, не будем вдаваться в тонкости, уподобляясь форумным правдолюбам, – пусть легенда останется легендой.
На фрегате тем временем поднялся жуткий гвалт. Орали все. Команда была на грани бунта – исход крыс разжег нешуточные страсти. Кое-кто начал даже бросать нехорошие взгляды на Рыжика, но когда Дехор, при всей своей толстокожести обладающий невероятным чутьем на любую опасность, несколько раз рыкнул, махнув пятидесятикилограммовой булавой, недовольные перенесли свое внимание на менее опасные предметы окружающей обстановки.
– Отвезу кота на остров, сам тут разбирайся, – сказал я кормщику.
Менар кивнул недовольно, после чего мы стали спускать на воду малый шлюп, больше не реагируя на кипящую возмущением команду судна. Через пять минут наш отряд уже плыл на небольшой лодке к близкому берегу – кроме нас, на борту находились два мичмана-огра и гоблин, корабельный маг стихий, – все болельщики Рыжика, до этого выигравшие в тотализаторе неплохие суммы и довольно поглядывающие на рыжую звезду, не обращающую ни малейшего внимания на восхищенных поклонников.
Высадившись на берег, мы оставили у лодки членов экипажа и двинулись в глубь острова. Впереди простиралась сухая холмистая местность, сплошь поросшая густым кустарником, с периодически встречающимися проплешинами южных лесов. Я не торопил Рыжика, давая тому возможность почувствовать окружающую атмосферу, но меня не покидало победное чувство – мы наконец-то нашли то, что нужно. Понятно, что остров размером с Великобританию за небольшую прогулку полностью осмотреть невозможно, но этого и не требовалось. Мы не так давно уже успели побывать на почти таком же огромном участке суши – рыжему эксперту тогда хватило пятиминутной прогулки по берегу для того, чтобы выдать свое твердое «нет». Теперь же мы бродили около получаса, а пушистый специалист все никак не мог вынести окончательный вердикт.
«Коты тут жить могут, но очень много опасностей – ты должен будешь помогать защищать котят и поляну прайда», – наконец определился Рыжик, после чего выжидающе уставился на меня в ожидании ответа.
«Куда ж я от тебя денусь», – ответил я, не удержался и передал образ выводка маленьких зелененьких котят, которых защищает огромный орк с рыжей шевелюрой.
Кот шутку оценил, толкнул меня мягкой лапой, и мы остановились.
– Определились, устраивает этот остров, – ответил я, обращаясь к своей команде. – Полдела сделано, осталось совсем немного.
– И что еще надо сделать? – добродушно прогудел огр.
– Мелочи, – отмахнулся я. – Уплыть отсюда, потом с духами посоветоваться на острове, потом обратно домой на другой край света добраться, потом кота в кошачий лес доставить, потом целый прайд сюда через полмира перетащить – и все!
– Ну, это несложно, – согласился Хоб, и мы, естественно, заржали, как целый табун лошадей.
Обратная дорога к шлюпке показалась мне гораздо короче – мы весело пикировались, кидались в тролля ветками, а кот и гоблинка затеяли догонялки (хотя Рыжик, я думаю, поддавался). Подойдя к берегу, мы застали необычную картину – члены команды, которые должны были нас ждать и встречать, чутко наблюдая за окрестностями, стояли лицом к воде, соответственно к нам спиной. Подойдя к лодке, мы не стали предъявлять претензий за плохую караульную службу по одной причине – как статуи застыли рядом, открыв рот и смотря на бухту. А там было на что посмотреть.