Братство
Шрифт:
— Я, в отличие от некоторых, хотя бы школу закончил, — съязвил Кулио.
Смерть встала и через спинку трона обратилась к душам усопших:
— Посмотрите на него. Хорошенько запомните его лицо. Запомнили? Именно этот человек виновен в вашей гибели! Именно он заставил вас страдать! Из-за своего самодурства! Из-за нарциссизма и гордыни!
Море безмолвно колыхалось, омывая костяные ножки трона. Руки тянулись вверх, но безжалостные багряные волны возвращали их на дно. Тысячи мимолетных взоров вспыхивали, укоризненно тлели и вновь гасли.
Степан заметил, как шеф побледнел.
— Я просто хотел вернуться
— Как интересно, — сухо промолвила Смерть и повернулась к Кулио: — Тогда позволь тебя спросить, дурила, кто же виновен? По чьей вине я вышла из-под печатей и погрузила Землю в хаос? На меня перекинуть стрелки не получится: мне по должности положено причинять боль и ввергать в забвение. А вот ты, хороший парень, ты ответь! И постарайся убедить в этом всех, кто нас сейчас слышит!
— Я не виновен! — срываясь на хрип, проорал Кулио и рванул светящиеся нити так, что они впились в запястья.
По жилистым рукам потекла кровь.
Степан готов был от отчаяния рвать на себе волосы.
— Он действительно не виноват! — выкрикнул он. — Вам не за что упрекать Кулио! Этот человек хотел как лучше! У него была возможность улететь к себе в Просторы, но он вернулся! Пожертвовал самым дорогим, что у него было, тем, ради чего в течение долгих лет пытался совершить невозможное: спасти негибнущий мир! Он пожертвовал возвращением на родину, чтобы искупить вину! Он не отвернулся, когда Земле по-настоящему понадобилась помощь! Да неужели вы до сих пор не поняли, что для этого человека наша планета тоже стала родным домом?
Журналист выдохся.
Море безмолствовало.
— Фигассе телега, — хмыкнул Кулио. — Если выживем, поступай на курсы адвокатов. Положительная характеристика — с меня.
Смерть мелко, по-девчоночьи, захихикала. Это добило Степана.
Он уперся подбородком в грудь. Он не хотел больше ничего видеть. Он проиграл.
Они проиграли.
Братство проиграло.
Всё бесполезно…
— То, что сейчас сказал мой друг — неправда, — с горькой усмешкой произнес Кулио. — На самом деле… я виновен в ваших муках. И никаких оправданий этому нет.
Степан исподлобья глянул на Смерть и увидел, как торжествующе заблестели ее ясные глаза.
— Но я знаю, — продолжил Кулио, — я верю, что мою ошибку можно исправить. Потому что иначе не может быть… Потому что наши сердца еще бьются. Ваши сердца еще не остыли. И никому не под силу остановить все человеческие сердца до единого. Никому! Хотя бы одно из них все равно будет продолжать биться!
Степану показалось, что багровое море еле слышно вздохнуло.
— Какая трогательная речь, — раздался насмешливый голос. — Если убрать пафос, получится вполне драматично.
Степан вздрогнул. Это аристократическое произношение он не мог спутать ни с чьим на свете.
— Кто это? — Смерть приподнялась на троне, оглядываясь. — Вообще-то, мы никого не звали.
— К вашим услугам, морской волк Маньякюр, — издевательски отрекомендовался пират, стоя у открытого портала. — Давно не виделись, сударыня. Извините, что не спешу облобызать вашу ручку. Брезгую.
Камзол Маньюякюра был идеально выстиран и выглажен, а воротник с манжетами накрахмалены. Обнаженная фамильная шпага зловеще поблескивала в багряном свете. Шелковая повязка на глазу чернела
как тьма Марианского желоба.Темные маги немедленно встали стенкой, прикрывая Смерть от возможного нападения. Степан обратил внимание на то, что Маг Шу слегка пошатывается.
— Маньякюр! — воскликнул Кулио. — Ты что, решил пощеголять гардеробом в такой неподходящий момент?
— Не совсем, дружище! — Маньякюр отсалютовал ему шпагой.
— А чего приперся в таком случае? — не понял Кулио.
— Известно чего: покуражиться немного над тобой. Потом уже спасти, конечно. А как речь твою услышал, вообще растрогался!
Кулио скривился:
— Это я в состоянии аффекта говорил. Стёпа вот перед этим — завернул так завернул!
— Верю, креветку мне в глазницу! — расхохотался Маньякюр. — Журналист, привет!
— Здравствуй, Маньякюр! — радостно улыбнулся Степан. — Как сам?
— Терпимо. Вот только геморрой стал мучить в последнее время. Главное, сам не пойму, с чего такая напасть? Вроде образ жизни не сидячий, да и морской воздух на пользу…
— Геморрой?
Маньякюр молниеносно обернулся. Кулио со Степаном вывернули шеи, чтобы увидеть появившихся из нового портала Киборга и Викинга.
— Маньякюр! — пророкотал Викинг. — Неужто эти сетевые слухи про тебя — правда? Неужто, блин, ты все же подхватил триппер?
— Геморрой — не триппер, — фыркнул морской волк. — Опять ты все напутал…
Викинг почесал дрыном в затылке. Озадаченно произнес:
— Там два «р», тут два «п» — какая разница…
— Что это вы тут делаете?
— Как чего? — Викинг недоуменно оглянулся на Киборга, который приветственно махал бластером Степану. — Мир спасаем. Ну и корефанов… того… заодно…
— Это я их спасаю, — ревниво возразил Маньякюр.
— Ребята, не ссорьтесь, — примиряюще крикнул Степан. — Спасайте нас вместе. Мы так рады, что вы вернулись!
— Я бы не утверждала наверняка, — грубо вмешалась Смерть. — Перед тем, как я всех уничтожу, не мог бы кто-нибудь объяснить, откуда здесь взялись эти комики?
— Можно я растолкую? — прозвучал тихий, внушающий уважение голос.
Все обернулись. Из третьего портала вышел Самурай.
— Понимаете, — издалека начал он, — всё дело в цепи неизбежных случайностей и зачастую флюктуативного поведения материи в точках полифуркаций. Ух ты… впервые я сам не понял, что сказал! Но не в этом суть. Вот ты, негодная проказница, например, совершила классический промах. Все, конечно, подчас ошибаются… кстати, здравствуй, Кулио… Но ты, глубоко неуважаемая Смерть, ошиблась глупо: недооценила противника и переоценила союзника. Кстати, тебе известно, где сейчас наш общий знакомый Мох?
— Конечно! — гневно всплеснула руками девочка. — В отсеке Г-34 с температурой семьсот градусов по Цельсию!
— Да если бы он был там, нас бы не было тут! — захохотал Викинг.
Маг Шу тихонько икнул. Смерть скользнула по нему морозным взглядом и, повернув голову к Самураю, вкрадчиво поинтересовалась:
— И где же Мох?
— Слинял он из пекла.
— Как так?
— Они недавно с заведующим Г-34 в сауну вместе ходили, ну вот тот его и отпустил по старой дружбе. И в настоящий момент при помощи знакомых из числа высокопоставленной нечисти Мох открывает порталы всем Братьям. Лысый сильно на тебя обиделся… Даже мерзавцев предавать — плохо.