Чтение онлайн

Дрожащими руками я открывала его, чувствуя, как он стоит за моей спиной, как часто дышит. Я сглотнула, увидев красивый и изящный лук. Подняв его, провела рукой по гладкому дереву. Он был идеальным, таким идеальным, и я заметила на нём свою букву имени. Повернулась к нему, с любовью смотря на него.

— Тогда, тогда ты уже решил, что сделаешь его? — прошептала я, и он нежно провёл по моей щеке, кивая головой.

— Спасибо, спасибо, Логан, — прижалась я к нему, чувствуя, как сильно он обнял меня. Я схватилась за него, закрывая глаза. Мы стояли так несколько минут, и родители не мешали, давая нам насладиться

этим моментом.

— Моя Серена, с днём рождения, родная, — прошептал он. Я улыбнулась, кивая головой, и в моих глазах читалась бесконечная благодарность.

— Я люблю тебя, Логан, как люблю! — отстранившись, я прошептала эти слова, и он смахнул мои слезы. Мы сели на место, и я не могла налюбоваться своим новым луком. Он был не просто подарком, а символом его любви, его заботы.

— Вечером стрелять пойдём, — подмигнул мой волк, и я улыбнулась, кивнув. Переплела наши руки, чтобы чувствовать его.

— Логан, вы устали, вижу это по глазам, мне приятно, что не смотря на это вы тут, сказала мама. Логан усмехнулся, подмигнув мне.

— Ради вашей дочери я готов на всё, с ней вся усталость пропадает, сказал он,поцеловав в руку.

— Куда решили поехать? — папа обратился к Логану.

— В мой клан, — ответил Логан. — Я построил его.

— Сам? — папа вскинул бровь, удивляясь. Его лицо выражало искреннее восхищение.

— Сам, — подтвердил Логан, и в его голосе прозвучала гордость. — Хотел сделать место, где моей ведьме будет безопасно, он подмигнул мне, и я почувствовала, как тепло разливается по моему телу от его слов.

— А если не разрешу поехать? — спросил папа, и в его голосе прозвучали нотки вызова. Логан мгновенно напрягся, и я ощутила его злость всем телом.

— Пап, — начала я, но папа смотрел лишь на Логана, не отрывая взгляда. Я сжала руку Логана, пытаясь успокоить его, чтобы он не реагировал слишком остро.

— Она моя, — твёрдо произнёс Логан, его голос был низким и властным. Папа усмехнулся, кивая ему, словно признавая его правоту.

— Рад, что такой борзый, значит точно защитишь мою дочь, хотя ты и так уже это доказал, сказал отец, улыбнувшись.

— И не раз докажу, я словами не бросаюсь, увидите, отчеканил Логан, вскинув голову вверх.

— Верю, ведь вижу тебя насквозь, ты прям светишься рядом с ней, словно ничего и не видишь вокруг, Логан усмехнулся, закидывая мясо в рот.

— И никого не буду видеть, ваша дочь только в моём сердце, моя душа принадлежит ей, сказал Логан, его палец поглаживал мою тыльную сторону ладони.

Папа усмехнулся, кивнув мне, словно одобряя мой выбор, я облегченно вздохнула, словно груз упал с плеч.

Но я всё равно чувствовала, как напряжён Логан, как он волнуется, словно готовый в любой момент ринуться в бой.

Проводив родителей, я облегчённо выдохнула. Они ему понравились, он им понравился, значит, не будут противиться.

Стоило мне развернуться, как я оказалась в плену глаз Логана. Между нами повисло молчание, наполненное невысказанными чувствами. Он преодолел расстояние между нами в несколько шагов. Я подошла к нему, погладив по груди, по плечам, и прижалась к нему, закрывая глаза, чувствуя его тепло и силу. Тут же оказалась в хватке его мощных рук.

— Мне так

приятны слова, Логан, я не ожидала, правда, — прошептала я, чувствуя, как он начинает качать меня, словно в танце, медленно, нежно.

— Сам от себя не ожидал, Серена, — ответил он, его голос был глухим от волнения.

— Люблю тебя. — Он вдыхал мой запах, и я вздрогнула, взглянув на него, чувствуя, как его любовь обволакивает меня.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я, и он поцеловал меня. Этот поцелуй был нежным и просто невероятным, полным глубокого чувства. Каждые его прикосновение вызывало мурашки, а сердце бешено колотилось в груди.

Pov. Логан

Серена спит у меня на коленях, мирно посапывая. Я же наблюдаю за тем как сменяются виды. Скоро доедем до моего клана. Улыбнулся, заметив как Серена вздрогнула, когда мы наехали на яму. Погладил её по голове, успокаивая. Она же начала дрожать.

Наклонился, держа её в руках, как же она изменила мою жизнь, как украсила её. Был лишь один смысл раньше бои, только бои были у меня на уме. А теперь всё занимает она. Вся моя жизнь теперь принадлежит только ей. Она мой дом, моя семья, моя любовь.

Взглянул на свою руку, и метка вспыхнула ярким, тёплым светом – от переполненных к ней чувств. Это было физическое проявление моей безграничной привязанности. Наклонился к ней, поцеловав в макушку.

— Вставай, соня, — шепнул ей, целуя за ушком, чтобы разбудить её мягко, без испуга. Серена вздрогнула и медленно открыла глаза, всматриваясь в меня. Я сглотнул, утопая в этой нежности, в этой любви, что сияла в её глазах. Только она могла мне её дать, только она могла показать мне, что это такое. Любить, любить меня, сироту без любви, того беспризорника, который никогда не знал истинной привязанности.

— Уже приехали? — спросила она, сонно потягиваясь, и попыталась встать. Я усмехнулся, посадив её обратно к себе на колени. Серена ойкнула, не ожидая этого, её тело расслабилось в моих руках.

— Ещё нет, просто решил сразу тебя разбудить, чтобы готова была, — сказал ей, целуя в щеку. Она смутилась, прижавшись ко мне, положив свою голову мне на плечо.

— Выспалась? — спросил, гладя её по волосам, чувствуя мягкость каждого локона.

— Не очень, но спасибо, что дал поспать, — сказала мне, посмотрев вновь, и в её глазах мелькнула благодарность.

— Я и должен охранять твой сон, родная, всегда, — сказал ей, сжимая её крепче. Это не просто слова, это клятва, которую я дал себе.

Она заманчиво улыбается, глядя на меня, и в её взгляде мелькает озорство.

— Что? — спросил, не понимая причину её веселья.

— Ничего, просто было смешно, когда ты с папой общался, — сказала она мне, и я почувствовал, как напряжение вновь вернулось. Я усмехнулся, поддавшись вперёд, чтобы быть ближе к её лицу.

— Тебе смешно, а мне совершенно нет. Он собирался оставить тебя там, — сжал её сильнее, вспоминая тот момент, когда отец Серены испытывал меня. Моя внутренняя ярость, хотя и скрытая, была так же сильна, как и тогда. Он не понимал, что она моя, и никто не имеет права удерживать её от меня.