Борьба за будущее: Интроекция
Шрифт:
— Катапультировать! — тут же приказала Кацураги.
— Никак нет, капсула не успеет отстрелиться прежде, чем исчезнет АТ-поле, — и тогда...
«Состояние пилота критическое!»
Слышались душераздирающие вопли Синдзи, иногда среди них можно было расслышать просьбу о помощи и мольбы о пощаде. Тройка операторов застыла от осознания происходящего. Хьюга и Аоба быстро пришли в себя и начали искать решение возникшей проблемы. У Ибуки же в горле встал ком, и она еле сдерживала себя, чтобы не пролить слёзы. Отвлекали её от дурных мыслей только приказы Акаги.
«Должен быть выход! — не унималась Мисато. — Всегда есть выход! Думай!»
Обстрелять Ангела из всего, что имелось, — не вариант. Его АТ-поле настолько сильное, что пробить даже N2-бомбой вряд ли удастся. Тем более RAZER-3 войдёт в зону поражения только через пару минут, а там они или вытащат Синдзи, или для него уже всё будет поздно. Что уж говорить про разрушения в Токио-3.
«Думай!»
Потребовать у Акаги поднять уровень синхронизации и ещё больше обколоть наркотой Синдзи, чтобы он смог переместиться дальше за склон? Не вариант, нервная система пилота просто не выдержит, он и так накачан стимуляторами сверх допустимого.
«Думай!»
Мисато тяжело выдохнула.
Со следующим вдохом попыталась выровнять дыхание и мыслить рационально. Ангел не отвлёкся на атаку с воздуха наверняка потому, что истребители-бомбардировщики, чтобы обезопасить себя, наносили удары с максимально допустимой дистанции. На такой дистанции, при которой этот хренов луч тупо не достаёт.
«Думай».
Если отвлекать Ангела, то чем-то, что будет стрелять вблизи. БПЛА? Не вариант, слишком скудный и маломощный боезапас — чёртова тварь даже не обратит внимания.
На языке Мисато вертелся неприятный ей ответ: приказать экипажам танков открыть огонь. И вот тут в полный рост встаёт моральная дилемма: если Рамиил всё же обратит на них внимание, то взамен одной оборвутся сотни жизней солдат, имеющих д'oма семьи — жён, детей... Только ради того, чтобы дать маленькое окно во времени и с неясным результатом катапультировать Синдзи. Как командир, она должна быть готова к такому решению и принятию на себя всего груза ответственности. И это единственный видимый ей на данный момент выход. Однако пока ещё есть немного времени...
«Думай».
Акаги с Майей в этот момент судорожно просчитывали какие-то варианты вместе с MAGI. Даже у суперкомпьютеров предложений не было, кроме как продлить на пару минут агонию пилота. Тем самым просто оттянуть неизбежное.
«Думай».
Хьюга вместе с Аобой о чём-то лихорадочно спорили на повышенных тонах, отдавая порой противоречивые команды операторам второго звена. Те из-за этого действовали медлительно и ошибочно. Если верить одному из крупных мониторов —
они удалённо пытались что-то сделать с предательскими тормозами на подъёмнике, автоматика которых по какой-то совсем фантастической случайности решила, что противовес оборвался из-за повреждений в шахте посторонними предметами, а не намеренно отстрелен по команде из комцентра.«Бинго!»
Чтобы убедиться в осуществимости своего замысла, Кацураги глянула на состояние АТ-поля «Евы-01», которое было полностью сфокусировано в одной точке перед лучом Ангела и ничего больше не прикрывало.
— Всем боевым единицам, — громогласно объявила Мисато, — огонь по шахте К-14!
— Но там же «Ева-01»! — выкрикнула Акаги.
— Выполнять!
— Чего рот раскрыли, оглохли?! — гаркнул Хьюга, и все операторы начали судорожно передавать координаты союзным войскам.
Через всего какой-то десяток секунд над «Евой-01» начали рваться сверхмощные бомбы, ещё через какое-то время вся местность озарилась вспышками от крупнокалиберных снарядов артиллерии, стиравших весь квартал с лица земли. В какой-то момент шахта вместе с «Евангелионом» скрылись за разрывами и дымом. Даже до комцентра доносились приглушённые звуки и дребезжание от разрывов — настолько плотный вёлся огонь.
Ещё какая-то пара десятков секунд нескончаемого огня — и энерголуч резко дёрнулся вниз, врезавшись в землю. Мигом позже Ангел прекратил атаку и трансформировался в свою первоначальную форму октаэдра, вернув себе монолитность и величественность. Будто ничего и не было.
«Цель прекратила атаку!»
«'Ева-01' вместе с обломками платформы рухнула в шахту К-14!»
Две хорошие новости одновременно — слишком жирно для такого чёрного дня.
— Немедленная рассинхронизация! — командовала Акаги, непривычно на повышенных тонах. — Начать в три шага доплеровское охлаждение LCL!
«Пилот потерял сознание!»
Затаив дыхание, Кацураги наблюдала, как на мониторах выводится изображение развалившегося в беспамятстве красного как рак Синдзи. Его тело обвисло в ложементе, лицо безмятежно, изо рта тянулась слюна... Всё это ни о чём хорошем не говорило.
На другом мониторе были видны груды обломков, в которых затерялся дымящийся «Евангелион», начисто лишённый грудной брони. В остальных местах она или обуглена, или оплавлена. Объединяло все части то, что везде были следы осколочно-фугасного воздействия — натуральное решето. А тем временем техники в жаростойких костюмах уже облепили «Еву» и поливали её спецсредствами.
— Снять ионизацию, системы жизнеобеспечения перевести в реанимационный режим!
— Состояние пилота критическое, — голос Майи дрогнул, — пульс нитевидный!
— Два кубика адреналина, массаж сердца по моей команде! — Рицко помедлила, пока контактный комбинезон вколет своему хозяину очередную порцию стимулятора. — Разряд!
Тело пилота слегка дёрнулось, но сам он в сознание так и не пришёл. Мисато боялась, что если его не убил Ангел, то химия, введённая в Синдзи в бесчисленном количестве, точно вызовет острую интоксикацию и окончательно добьёт.
— Есть пульс!
— Извлечь капсулу! Экстренный сброс LCL!