Боец тишины
Шрифт:
– Меня с врагами, а не с кошками биться посылают! Она мне подготовку к операции срывает!
– Оставь кошку в покое! Знаешь же, что жена у меня болеет, – в больнице лежит! Знаешь, что мне не с кем Мурку оставить было! Я кошку на себя взял, а ты!.. Не трогай ее!..
– Какая Мурка, какая жена, когда о враге речь заходит, когда судьба Отечества в наших руках?!
– Слава, ты одинок и свободен, как ветер в поле, – тебе позволительно только о судьбе Отечества думать! А у меня на руках – жена больная и кошка безумная!..
Я с трудом отдышался и, отдирая от себя кошку, так и стремящуюся обточить об меня когти, шикнул на нее. Она зло зашипела в ответ и – притихла… постаралась, правда, спастись, вырвавшись и скрывшись, но я ее отловил. Черт… Мы, известно, с разведчиками службы госбезопасности извечные соперники, но я начинаю жалеть, что операцию проводить поручили мне – разведчику главного
– Товарищ Снегирев, доставлю я вам вашу Мурку в добром здравии и трезвом уме… Только на объект ее не пускайте… Под ногами ведь путается…
– Вот и ладно, вот и договорились… Молодцом ты сегодня, Слава… А Мурка… Давай, в общем, ее ко мне…
– Сейчас буду… Только свет не отключайте в боковых тоннелях…
Снегирев отрубил связь и… свет. А я… не стал спешить. Просто, сейчас я ловлю каждую возможность остаться в одиночестве и отдохнуть от общества Снегирева. Самое время выяснить, что в Москве случилось за эти сутки, – ведь Москва совсем близко… и в этом огромном грязном городе всегда что-то случается. Включил компьютер и вышел на незащищенную линию. Сейчас подключусь к компьютеру одного порядочного человека из столицы – одного из моего списка серых людей, созданного и хранимого моей памятью как раз на такой случай. Средний юрист средних лет, ведущий дела средних граждан – то, что надо. Госбезопасность такими серьезно не занимается… даже, когда следит, не особо утруждается. А главное, – этот человек с техникой не в ладах. Он и не догадывается, как рискованно все время держать компьютер подключенным к сети. Просто, сейчас, когда он на работе, я не только просмотрю всю его квартиру глазами его компьютерной камеры, не только прочту все данные на его жестком диске, но и пролезу в сеть через его линию.
Подсоединяюсь к его компьютеру, к его камере… Так, безумно дорогие часы в золоте валяются на ободранном столе, вся облезлая стена в дипломах и грамотах… и фотографии с более-менее известными людьми виднеются. Отлично, его тщеславие не только мелко, но и ущемлено – это лучшее доказательство его усредненности и моей безопасности. Что ж, начну подставлять его под пристальные взгляды вражеских разведчиков и дружеских спецслужб запросами на закрытую информацию… а когда подставлю, – отстану от него и найду другого такого. Таким ведь ничего не будет – слежку временно установят – и все… а мне, коль меня засекут, – не особо весело будет. А вот и цель – просматриваемая разведчиками врага, социальная сеть и Интернет-пророк, вещающий в ней к радости сплетников и недругов. Только вот вещает он в последнее время – дезу, скормленную ему госбезопасностью…
– Слава!
Черт… Неужто Игорь Иванович Загоройко?! Неужто приехал мне сказку на ночь рассказать?! Я отключился от связи, закрыл компьютер и засунул за ворот куртки, готовясь встретить командира.
– Слава!
– Слава Отечеству, товарищ генерал! А я тут с кошкой воюю.
– С какая кошкой?!
– С полосатой тигрицей Муркой, товарищ генерал, – с домашней барышней полковника Снегирева, шляющейся ночами по секретным объектам главного разведуправления.
– Слава, у меня голова болит, мне не до твоих… Свет включи.
– Светом у нас товарищ Снегирев ведает, но у него с техникой дела не заладились.
– Экраном посвети…
– Нет у меня при себе вещей с экраном.
– Я синий свет видел.
– Степан Петрович перепутал с освещением что-то…
– Не начинай… не со мной, Слава. Ты в сеть выходил, несмотря на то, что я сказал… что я – запретил.
– Да ладно, Игорь Иванович… Я кодекс разведчика соблюдаю – своим вопросов не задаю… а знать все, что здесь, в моей стране, творится, – я обязан.
– Слава!
– Я ж осторожно…
– Только беды с тобой…
– Да, только со мной все не беда.
– Верно, у тебя все – не беда… а мне, пока кто-то из нас концы не отдаст, спокойно не спать.
– У меня те же трудности с бессонницей, товарищ генерал.
– Никогда не знаю, когда тебя наказывать, а когда – награждать…
– Вот отчего вы меня не наказываете и не награждаете никогда…
– Включи фонарь… а то, хоть глаз выколи.
– Нет у меня фонаря – аккумулятор сдох. И у компьютера аккумулятор скоро сядет. Остаются прицелы винтовки и автомата с ночным виденьем.
– Сойдет и так…У меня нет времени… есть только плохие вести.
– Принесли их мне лично…
– Знаешь, что это значит?
– Знаю, Игорь Иванович. Готов ко всему, так что говорите все, как есть.
– Слава, у меня плохие известия… как всегда.
– Когда
все, как обычно, – все не так уж и плохо.– И это – верно… В общем, все меняется – все, Слава…
– Ясно. Наш враг не дремлет, но и у нас – бессонница.
– Верно все, верно… Поездка в Британию отменяется… летишь – в Уганду, не отставая от их вирусологов. Знаешь, что это значит…
Значит это, что британцы и их “великие туповатые товарищи” – наши старые скрытые враги – близки к отчаянью. Они обнищали и обтрепались, ведя секретную войну со всеми остальными странами… тайком внедряясь в их власти, ослабляя их тишком и незаметно вгрызаясь в них невидимыми зубами захватчиков. Рассчитывали они на полное непротивление их незримому захвату, но – просчитались, как все, кто законы физики в расчет не ставит. Противодействие последовало за их действиями, как и за всеми всегда следует, – в виде такого же тайного давления и таких же тихих столкновений. Их силы иссякли – стратегия исчерпала себя, атаки ослабли. Теперь все их недодумки и недоделки по их странам бьют негашеной отдачей. Пришло время, – и посеянный ими хаос стал порядком жестче прежнего. Они – враги, выдающие себя за друзей и считающие, что скрытое не откроется, окружили себя врагами со всех сторон. И теперь мы все рушим их планы… и они – паникуют. Сейчас мы – Россия, Осколки ЕС и Китай – способны разнести порядок в их странах на куски в считанные секунды… разрушить их экономику, стереть в порошок их менталитет, а следом – и систему власти. Но мы не спешим. Просто, они знают, что это – их последний вздох… и этим – они опасны. Сейчас Британия и их “туповатые товарищи” в отчаянье и готовы на все… а главное, – на глупости. С территорий наших стран мы их шпионов и приспешников в шею вытолкали. Они не в силах справиться с нашими хакерами и атаковать наше виртуальное пространство. Поэтому они стали стараться просто уничтожить нас… не открыто, конечно, – то, что они запускают на наши земли свою искусственную заразу строго засекречено. Но у нас – крайне сильные бактериологи и серьезные вирусологи. Так что запускают они инфекции экспериментальные – те, о которых, включая их, никто еще ничего не знает. Поэтому их вакцины не всегда действуют, и вирусы, считай, вольны гулять на все четыре стороны. Поэтому я должен ждать поездки не в Британию, где инфекции изобретают и в лабораториях испытывают, а в Уганду, где их впервые выпускают на свободу и на людей натравливают. Просто, вне лабораторий вирусы себя часто не так, как требуется, ведут. В период, пока их проверяют, исследователям нередко приходится на полигон наведываться. Специалистам проще на месте в случившемся сориентироваться и ситуацию исправить – свои недочеты ликвидировать и новые вакцины создать… ведь, когда встает такая задача, ее следует в кратчайшие сроки решать. За этим я в Уганду лететь и должен – за новым вариантом вакцины от нового неуправляемого вируса.
– Знаю, товарищ генерал. Да все не беда… Я все сделаю.
– Отлично. Сейчас бригаду строителей на объект вышлю – за ночь со всем справятся. Утром посмотришь и начнешь сразу… второй маршрут – водопровод. А вечером я на базе буду – сообщу детали, и вопросы по делу обсудим.
– Ясно.
– Да еще, Слава… Тебе ближнего боя не избежать. Огнестрельное оружие не обсуждается… и об ядовитых веществах речи не идет. В общем, думай, как драться будешь.
– А вы сколько противников насчитали, Игорь Иванович?
– В моих планах четверо – не более будет. Остальных обойдешь, думаю. Все, больше ничего – все завтра…
Глава 2
День другой, а мысли те же, что и бессонной ночью. Вынул из-за ворота застегнутые ножны и раскрыл вороненую застежку. Всмотрелся в остро заточенное под скос на конце лезвие своего заказного клинка из голубой стали с антибликовым покрытием. Перекинул нож в руке, еще более вдумчиво вгляделся в обтянутую нарезанной кожей рукоять и… скрутил набалдашник. Этот штырь с винтовой нарезкой предназначен не столько тупой железке, сколько… такой же рукояти, тонкой гарде и узкому лезвию – второй боевой поверхности моего клинка. Это лезвие коротко, но удлинено за счет кривизны – сильного скоса в заточке. Этот клинок вышел из рук невзрачного немца с кельнских окраин – оружейника старой закалки, пропадающего в музейной пыли, но знающего себе цену. Немцу я заплатил столько, сколько он запросил, сознавая, что его оружию в моих руках цены нет. Этот клинок ценен, как моя жизнь, как смерть моего противника… Как знал, что мне скоро в серьезную рукопашную вступить придется! Как знал, что скоро четверых человек прикончить предстоит, не применяя ядовитые вещества и подобные облегчающие мне жизнь средства! Эх, Игорь Иванович, не просто мне с британскими бойцами в броне и респираторах справиться будет!