Бочка наемников
Шрифт:
– Понял? – спросил Шона.
– Нет.
– Ты, наконец, подметил мою манеру боя и ушел еще до удара. Иначе тебе просто не хватило бы скорости.
– Сомнительно.
– Сейчас будет тот же удар.
Я его пропустил. И следующий, и тот, что был после. Скорость кэпа поражала.
– Теперь в связке. – Шона сделал обманку левой и я не легко, но ушел от правой.
– Кажись, понимаю.
– Хорошо если так.
В голове зашумело как на скоростной трассе, липкий холодок обозначил связь с кукловодом. Под препаратами связь ощущалась иначе. Я даже не сразу разобрал вопрос. Не так. Вопрос прозвучал только тогда, когда я захотел его слышать.
– Повтори.
– Тебе что, по башке двинули? На вопросы не реагируешь, в ушах гудит, картинка паскудная.
–
По внутренним ощущениям обещанный час действия препарата давно прошел, Вольф притянул жратвы и вся команда за исключением Ясмин и Каната, устроившись поудобней, наблюдала за цирком на матах. Мозги варили, тело двигалось, я давно не ощущал такой собранности. Шона уже подвыдохся и тут я его подловил. Не ударил, мягко толкнул раскрытой ладонью ниже солнечного сплетения. Толчок хоть и вышел плавным, но отбросил капитана на метра полтора. Шона среагировал мгновенно – перекатился по инерции и вскочил на ноги, но мелькнувшее на его лице удивление я заметил.
– Шайзе! – изумился Вольф.
– Офигеть, - прокомментировала Мари.
И это меня добило – эмоции прорвались сквозь пелену препарата. Улыбка выползла на лицо и кэп замер.
– Когда закончилось действие препарата?
– Еще немного держит, - оценил я свое состояние.
– Тогда хватит. – Шона с удобством рухнул на маты, жестом пригласив меня сделать то же самое. – Как ты дерешься с Хоссом, что при этом чувствуешь?
– Сложный вопрос… Азарт, наверное.
– Я наблюдал за вами. В бою на клинках ты спокоен и собран, а эмоции проявляешь только после боя. – Кэп повернулся к зеленому. – Я прав?
– Думаю да, - согласился ящер.
– Смотри, грубо говоря, бойцы делятся на два вида: те, что черпают силу в эмоциях, и те, которым они мешают. На деле все намного сложнее, но одно точно – тебе эмоции мешают. Отказаться от них – не вариант, даже обуздать не выйдет. Эмоции – это ты сам, а с собой можно только договориться. Найди ту тонкую грань где эмоции не мешают. Как тот азарт, что ты чувствуешь в бою в Хоссом. Ведь до поры он не вмешивается, а просто наблюдает. – Шона замолчал, позволяя мне переварить сказанное.
Он прав, трижды прав, но как это сделать? С клинками получается само по себе. Я хочу победить – мужчина должен побеждать! Прежде всего мешает страх – страх неудачи, страх причинить боль другому и почувствовать ее самому. Это как иголка шприца, что пугает здорового мужика. В детстве я резал себе пальцы лезвием, чтобы прочувствовать и перебороть страх такого рода. Не помогло, он есть, он сидит во мне и не уходит, лишь ненадолго отступает в момент неизбежности, когда шаг уже сделан. Как при жиме лежа, когда я представляю падение в бездонную пропасть. Шаг… дыхание перехватило и дальше только цифры повторений: раз… два… три… Голова чиста, мышцы напряжены до предела, и ты не задумываясь делаешь то, что должен. Я почти упал в то состояние, но был вырван голосом Вольфа.
– У него сейчас пар ушами валить начнет.
– Дай угадаю, ты из эмоциональных? – спросил я.
– Ага. Мне проще, я прибью любого, кого захочу прибить.
– А потом обожрешься как свинья, - добавил Хосс, чем вызвал нестройный смешок команды.
Капитан подождал пока все отсеются и спросил.
– Идею уловил?
– Да, - кивнул я.
– Отдыхай.
Отдых не задался. Буквально через полчаса меня накрыл жесткий и весьма неприятный откат – начало мутить. Капитан приказал Асоль наблюдать, но лечить только в самом крайнем случае. Как он сказал – чтобы отбить желание пользоваться этой дрянью постоянно. Примерно так же отец отучивал меня пить. Результат был похожим, через полчаса я вовсю обнимал унитаз, стараясь не захлебнуться. И надо же было в этот момент опять припереться кукловоду. Из-за постоянных спазмов глаза заволокло слезами, и сперва он ничего не понял, но характерный звук рвоты ни с чем не спутаешь. Урод промычал что-то
о том, что нам надо поговорить… позже… Я не слушал, был занят.Обед я по понятным причинам пропустил, но самочувствие, спасибо Вольфу с Ясмин, нормализовалось. Эта пара сварила мне укрепляющего бульону розоватого оттенка, и будь я здоров, ни за что не рискнул бы его пробовать. Бросив взгляд на варево в чашке, я сразу же перевел его на немца. Вольф не моргнул, но после первого глотка, заметно успокоился и смылся до того, как я спросил об ингредиентах. Впрочем, такого желания у меня не возникло.
На ужин я пришел сам. Канату нездоровилось, он отсутствовал, как и Ясмин, но она была занята мышцами для брони. Остальные обсуждали фильмы под суп-пюре и чесночные пампушки. Вольф восхищался тремя разными версиями «Властелина колец», что успел увидеть уже в этом мире. Эрнан фанател от вестернов по книгам Луиса Ламура, а Хосс предпочитал исторические драмы. Мелкие высказались за аниме, а женский коллектив дружно стоял за романтические комедии и современные боевики одновременно. Я сдержано поддержал девушек с комедиями, но во главу стола поставил фантастику. Вспомнил «Скользящих» и «Квантовый скачок», «Вавилон 5» и «Светлячок», ну и конечно же «Зведные врата»! Пока мы все недружно спорили, молчал только капитан, но и он сдался под общим напором, выдав названия нескольких фильмов местного производства. Как мне объяснили – это были драмы.
После ужина детям было разрешено поиграть на компьютере, а Асоль с Эрнаном до того, как пойти в мастерскую, так красноречиво перестреливались глазами, будто не имели около десятка лет супружеского опыта. Капитан откланялся, не сообщая о планах, Мари утянула Хосса в ангар к скаутам, так что чай мы пили вдвоем с Вольфом. Как оказалось, фантастику он тоже смотрел.
– Знаешь, у нас тоже «Звездные врата» были.
– Да? История та же? Война со змеями-паразитами, захватывающими человеческие тела и выдающими себя за египетских богов?
– Египетских? У нас были Греческие.
– Да ладно! У нас первым злодеем был Апофис – бог-змей.
– У нас – кто-то из титанов. Деталей я не помню, суть ведь всегда в них.
– Тут ты прав. А команда ЗВ-1 у вас какая была?
– Я же говорю, де-та-лей, не помню.
– Ну хоть что-то ты помнишь?
– Де-та-ли, друг они такие. Их мало не бывает. – Как ребенку растолковал Вольф. – Давай ты мне расскажешь свои, может я чего и вспомню.
Вольф нес околесицу, да еще и с такой серьезной рожей что…
– Черт. Я понял. Поговорим о другом, а детали «Врат» я вечерком попытаюсь вспомнить.
– Хорошо, но мне тоже в ангар надо броню проверить.
– Иди. И я пойду. – Пойду придумывать детали. Три часа всего осталось. – О, Вольф!
– Чего? – немец развернулся уже в дверях, под мечом.
– Куда мы дальше летим?
– Я узнаю.
Чертовы детали не придумывались. Мелькнула идея поискать варианты в шпионских боевиках, но по здравому рассуждению была тут же отброшена. Душа жаждала действия, и я бы с удовольствием позанимался в зале. По графику следующая тренировка – спина, для становой тяги страховка не нужна, но по тому же графику следующая тренировка только завтра. В этом деле гораздо хуже перетренироваться, чем недотренироваться. Ей богу, тягать железо легче, чем гонять по кругу одну и ту же мысль.
И все же мне удалось загнать эту заразу в самый темный закуток своего сознания и там разделать на составляющие. Хотел было записать на листе, но решил не рисковать и остался лежать на кровати. Как бы не раздражало ожидание, но форсирование событий сейчас мне не на руку – это раз. Второе – документы. У меня слово документы плотно ассоциируется с бумагой и папками, но блин, мы живем в цифровом веке, документы должны хранится на облаке! Отставить облако, как я его воровать буду? Флешка. После того, как кукловод выдаст мне следящие устройства, Канат должен картинно работать с флешкой. Так, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что она важна. Да и сами устройства – большой вопрос. А ведь и правда, я не техник, всучить мне могут что угодно. Не хотелось бы занести на Бочку какой-то смертельный вирус или бомбу. Устройства пойдут третьим пунктом.