Чтение онлайн

лезвия, чтобы рубить, а только лишь острый конец для того, чтобы колоть (Примечание: Исходный текст "that has no edge to speak of but only a point").

Сначала мы носили шпаги обычным способом, но это представляло собой разновидность

художественной гимнастики. Пан Владимир стал первым, кто стал носить ее через левое плечо.

Он поместил конец лезвия в ножны длинного кинжала на своем поясе, а остальную его часть

прикрыл тонкой кожаной трубкой, прикрепленной к перемычке, перекинутой через его левое

плечо. При необходимости,

он мог быстро извлечь шпагу, хотя и возникали сложности с тем, чтобы вернуть ее на место. Тем не менее, это был гораздо более удобный способ носить шпагу, чем, если бы она просто путалась под ногами. Подобное, высокое ношение меча стало одним

из наших отличительных знаков. Таким же, как и наши забавные прически.

Видите ли, я считаю, что каждая элитная военная организация, известная человечеству

имела забавные прически. Норманы, которые завоевали Англию, носили прическу, которая

выглядела так, как будто они надели на голову берет, немного наклонили его в сторону и затем

сбрили все, что не было им прикрыто. Казаки брили свои головы за исключением конского

хвоста, который висел у них с левой стороны. Монголы выбривали большую часть верха

своей головы, оставляя хвост в середине своего лба, перед ушами, а также небольшое

количество волос сзади.

Я не понимал психологию данного типа ерунды, но очевидно, что нам тоже нужна была

забавная стрижка. Какое-то время я думал выбрать стрижку в виде ирокеза, но затем решил, что современная военная стрижка будет выглядеть более странно, чем любая другая, а также

потребует значительно меньшего времени для своего обслуживания.

Мы проводили много времени, обучаясь рукопашному бою, поскольку воин должен

оставаться воином, даже если он безоружный или голый.

Но через две недели я должен был уехать и заняться объездом других заводов.

Там всегда имелись технические проблемы, при возникновении которых, несколько моих слов

сберегали сотни человеко-часов, а также управленческие проблемы, которые может решить

только босс. Во время своего отъезда, я назначил ответственным пана Владимира, дав ему

ежедневное расписание, которому он должен был следовать. Он следовал ему так хорошо, как только мог. В свою очередь, даже будучи в дороге, я пытался придерживаться программы

тренировок, хотя это и было сложно сделать.

142

Особенно я не хотел скупиться на мальчиков в Орлином Гнезде. Эти дети были такими

искренними, что я чувствовал моральное обязательство предоставить им всю помощь, которую

только мог. Их нисколько не беспокоило, что один из них уже умер в воздухе. Они полностью

осознавали возможность дальнейших жертв и, в типично польской манере, готовы были

заплатить эту цену. Это не было невежественным чувством "это не может случиться со мной".

Они знали, что это может с ними случиться! Они просто чувствовали, что награда стоит

своей цены и шли

дальше. И это двенадцати- и тринадцатилетние мальчишки! Если бы только

в НАСА были такие герои!

Что я мог для них сделать, кроме того, чтобы их любить и помогать им любым способом, которым я только мог?

В настоящее время я посадил их на планеры и разработал пусковое устройство, которое

будет построено на большом коническом холме недалеко отсюда.

В Углегорске было достаточное количество каменноугольной смолы, поэтому

мы запланировали асфальтовую взлетно-посадочную полосу на равнине под холмом.

Со временем, были добавлены другие взлетно-посадочные полосы, чтобы они могли

приземляться независимо от того, куда дует ветер пока, в конце концов, не была полностью

залита асфальтом половина квадратной мили. Это не только дало возможность осуществлять

посадку при любом ветре, но и в солнечные дни это приводило к возникновению прекрасного

восходящего потока на мили вверх!

Самой большой проблемой оказались стойки крыла. Чтобы быть наиболее

эффективными крылья планера должны быть очень длинными и тонкими и мы должны были

их поддерживать, не имея преимуществ авиационного алюминия. Затем мы придумали своего

рода синтетический бамбук. У меня был огромный токарный станок, который мог прокручивать

восьмиярдовый еловый ствол. Мы расточили коническое отверстие у него в середине внизу, вставили длинный железный конус в отверстие и повернули его наружу от ствола и, таким

образом, толщина доски составила половину вашего маленького пальца. Затем железный конус

удаляли, и деревянные диски вставлялись в каждую половину ярда. Данная сборка имела

поразительное соотношение прочности к массе. Две таких сборки соединялись вместе встык

в районе фюзеляжа и оканчивались в центре крыльев. Все это формировало основу.

Граф Ламберт был частым гостем в Орлином Гнезде, когда я там бывал. Он жаловался, что они сильно продвинулись в изготовлении самолетов, но я ничего не делаю относительно

разработки двигателя, о котором рассказал ему однажды, сказав, что он способен придать

самолету движущую силу.

Проблема заключалась в том, что в моем списке приоритетов было множество

гораздо боле важных вещей, чем прославленный двигатель газонокосилки. Там было

изготовление оснастки для массового производства доспехов, разработка скорострельной

казнозарядной пушки и мы также должны быть в состоянии производить снаряды, пули, порох, мечи, ботинки и кучу других вещей. У меня даже не было надежного источника свинца

и цинка, не говоря уже о сере!

Но граф Ламберт и мальчики объединились против меня и выжали из меня обещание.

Я начну работать над двигателем, как только они построят двухместный планер, который

сможет оставаться в воздухе не меньше часа. Зная связанные с этим проблемы, я не думал, что мое обещание серьезно нарушит мои планы.