Блейд
Шрифт:
— Скажите мне что-нибудь еще, — раздалось с другого конца провода. Усталость из голоса исчезла.
Блейз пошарил в памяти. Ничего там не было. Ничего такого, что могло убедить этого упертого мужчину. Потом появилось.
— У старушки был кот. Потому-то она и спустилась вниз. Она думала, что я — это кот… что я… — Он все рылся и рылся в памяти. — Майки! — воскликнул он, — Я сожалею, что ударил ее так сильно. Я точно не хотел, но испугался.
Мужчина на другом конце провода начал кричать. Так неожиданно.
— Он в порядке? Ради Бога, скажите, Джо в порядке?
В трубке послышались еще какие-то
— Не вешайте трубку! — В голосе Джозефа Джерарда (а кто еще это мог быть, как не Джозеф Джерард) слышались панические нотки. — Он в порядке?
— Да, с ним все хорошо, — ответил Блейз. — Вылез еще один зуб. Теперь у него их три. Раздражение на попке от подгузников подживает. Я… то есть мы… мы постоянно смазываем ему попку маслом. Что за проблемы у твоей жены? Она слишком высокого о себе мнения и не может смазать ребенку попку?
Джерард дышал, как прибежавший издалека пес.
— Мы сделаем все, что вы скажете, мистер. Выполним любые ваши условия.
Блейз от этих слов даже вздрогнул. Он чуть не забыл, зачем позвонил.
— Хорошо. Вот что я хочу.
В Портленде телефонистка «AT и Т» [56] докладывала специальному агенту Алберту Стерлингу:
— «Камберленд-Сентр». Телефон-автомат на заправочной станции.
— Понял, — кивнул Стерлинг и потряс кулаком.
— Завтра к восьми вечера приготовьте легкий самолет. — Блейза начала охватывать тревога. Он чувствовал, что слишком уж долго говорит по телефону. — Пусть летит вдоль шоссе №1 к границе Нью-Хэмпшира. Поняли?
— Подождите… я не уверен, что расслышал…
— Лучше бы тебе расслышать. — Блейз попытался имитировать интонации Джорджа. — Не пытайся задерживать меня, а не то получишь своего сына в мусорном мешке.
— Конечно, — пролепетал Джерард. — Я расслышал. Просто все записывал.
Стерлинг протянул листок бумаги Брюсу Гранджеру и рукой показал, будто крутит диск телефона. Гранджер позвонил в полицию штата.
* * *— Пилот увидит сигнальный огонь. Деньги в маленьком чемодане пусть привяжут к парашюту. Пилот должен сбросить деньги прямо над фа… над сигнальным огнем. Ребенок будет у вас на следующий день. Я даже пришлю масло, которым я… мы… мажем ему попку. — Он вдруг понял, что может пошутить. — Причем совершенно бесплатно.
Тут он посмотрел на свою свободную руку и увидел, что скрестил пальцы, когда обещал вернуть Джо. Как маленький ребенок, который лгал впервые в жизни.
— Не кладите трубку! — вскричал Джерард. — Не знаю, правильно ли я вас понял…
— Ты парень умный. Думаю, понял правильно.
Он повесил трубку и бегом бросился прочь от заправочной станции. Он не знал, почему бежит, но не сомневался, что поступает правильно. Потому что по-другому просто нельзя. Проскочил под мигающим огнем на башне, под углом пересек шоссе, гигантскими прыжками преодолел насыпь. А потом исчез среди растущих стройными рядами голубых елей питомника округа Камберленд.
За его спиной на вершине холма появился огромный монстр, сияя белыми глазами. Он с ревом прорезал притихший воздух, выплевывая струю снега. Вместе со снегом с дорожного полотна исчезли и следы Блейза. А когда девятью минутами позже две
патрульные машины остановились у заправочной станции «Экксон», снег практически занес и следы, оставленные Блейзом на насыпи, за которой находился питомник. И когда патрульные стояли у телефона-автомата, освещая фонариками землю, снег и ветер продолжали заметать следы Блейза.Телефон Стерлинга зазвонил еще через пять минут.
— Он здесь был, — доложил патрульный с другого конца провода. В трубке Стерлинг четко слышал свист ветра. Нет, вой. — Был, но ушел.
— Как ушел? — спросил Стерлинг. — Уехал на автомобиле или пешком?
— Да кто его знает. Прямо перед нашим приездом по дороге прошел снегоочиститель. Но я бы предположил, что он уехал на автомобиле.
— Ваши предположения никого не интересуют. Заправочная станция? Кто-нибудь его видел?
— Они закрыты из-за бурана. А если бы и работали… телефон-автомат на боковой стене.
— Удачливый сукин сын, — прорычал Стерлинг. — Чертовски удачливый сукин сын. Мы окружили этот паршивый дом в Апексе — и арестовали четыре порно-журнала и банку горохового пюре. Следы? Или их замел снег?
— Следы остались около телефона, — ответил патрульный. — Снег их, конечно, частично замел, но это он.
— Опять предполагаете?
— Нет. Следы большие.
— Ясно. Дороги перекрыты?
— Все дороги, большие и маленькие, будьте уверены.
— Для вывоза леса тоже?
— Конечно. — В голосе патрульного чувствовалась обида.
Стерлинг извиняться не собирался.
— Значит, деваться ему некуда. Можем мы так сказать, патрульный?
— Да.
— Хорошо. Как только погода улучшится, мы приедем туда с тремя сотнями людей. Все это слишком уж затянулось.
— Да, сэр.
— Снегоочиститель, — фыркнул Стерлинг, — это же надо! — и положил трубку.
К «XX» Блейз вернулся, вымотавшись донельзя. Взобрался на забор и рухнул в снег на другой стороне лицом вниз. Из носа текла кровь. На обратную дорогу у него ушло тридцать пить минут. Он заставил себя подняться, пошатываясь, обогнул угол, вошел в здание.
Его встретили яростные, отчаянные крики Джо.
— Господи Иисусе!
Блейз взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и ворвался в кабинет Кослоу. Камин погас. Колыбелька перевернулась. Джо лежал на полу. С окровавленной головой. Лицо лиловое, глаза закрыты. Маленькие ручонки покрыты пылью.
— Джо! — крикнул Блейз. — Джо! Джо!
Он поднял младенца, побежал в угол, где лежали подгузники. Схватил один, промокнул рану на лбу. Кровь вроде бы текла потоком. Из раны торчала щепка. Блейз выдернул ее и бросил на пол.
Младенец задергался у него в руках, закричал еще громче. Блейз вытер кровь, крепко держа Джо, наклонился, чтобы присмотреться к ране. Хоть и с рваными краями, но без щепки она выглядела не так ужасно. Слава Богу, щепка не воткнулась в глаз. А ведь могла воткнуться!
Он нашел бутылочку и дал ее Джо холодной. Младенец схватился за нее обеими ручонками и начал жадно сосать. Тяжело дыша, Блейз нашел одеяло, завернул в него ребенка. Потом лег на свои одеяла, прижал Джо к груди. Закрыл глаза, и тут же произошло что-то ужасное: весь мир начал ускользать от него — Джо, Джордж, Джонни, Гарри Блуноут, Энн Брэдстей, птицы на проводах, ночи на дорогах.