Благословенная Империя
Шрифт:
— Мне нужно выиграть? — вздохнул Шоуки.
— Я рассчитываю на тебя! — кивнул Алан. — Покажи им чего стоят кариты. А то расслабились тут, упиваясь собственной мощью.
Молодой карит с трудом удержался от того чтобы поморщится. А так хорошо всё начиналось! Проверил клапан подсумка, и чуть качнул головой. Ножи были так себе, и лежали в своём вместилище не слишком удобно, но это было лучшее что удалось отыскать на складах посольства. Собственных могло оказаться маловато для предстоящего поединка, а эти лишними не будут.
В пору о собственной Хризантеме задумываться. Хотя, что тут думать? Ему бы хотелось всё то же самое, но поменьше, ибо таскать тяжело, немного другую форму лезвий, и…
Поймал на себе странный взгляд местного
— Знаешь, я слышал, уважаемые леди, что общались с тобой вчера остались очень впечатлены. И весьма сожалели, что не могут посмотреть на сегодняшний бой.
Шоуки подозрительно прищурился, рассеянно проверяя крепление ножен и подсумков.
Алан, продолжил, улыбаясь всё шире и, в какой-то мере, паскуднее.
— А ещё их интересовало написание твоего имени. Хотят перевести, должно быть. И если ты проиграешь этот бой, то я скажу им, что оно переводится как “чайный куст на склоне”.
Молодой карит потерял самообладание, и поперхнулся вдохом, не в силах выразить охватившее его возмущение каким-либо приличным словом, или фразой. Алан же, улыбаясь, подтолкнул его к дверям, заявляя что всё, пора, и выпихнул Шоуки на арену, вынудив того оставить такой вопиющий шантаж без ответа.
Все взоры обратились на него, но шоуки это не особо волновало. Он злился, стоически пытаясь удержать в себе чувства. Негоже их демонстрировать, тем более что его соперник тоже вышел уже на присыпанный тонким покрывалом снега песок арены.
Хм. А на нём сегодня ещё больше амулетов, и скрытые ножи в сапоге и рукавах. И клинок не побрезговал взять, молодец какой.
Даже пара бусин из небесного металла в кармане завалялась… Шоуки давно подметил, что в этих краях никто почти не носит при себе небесного металла. Он встречается, разве что, совсем небольшими вставками в приспособлениях, контролирующих стационарные магические плетения, например. И, что удивительно — в женских украшениях на приёме. Небольшие пластинки с гравировкой занимали центральную часть в богатых украшениях, вместо каких-нибудь драгоценных камней.
Не удивительно — на то земли и прокляты, что не найти в них благословенного металла.
Вот и сейчас вокруг ни у кого его нет почти, за исключением целой делегации зрителей из Посольства.
Кожу щекотнуло будто невидимой кистью. Холодной и мокрой. Неприятное ощущение возникло на границе невидимого барьера и исчезло, стоило перешагнуть незримую черту. Шоуки вышел на означенное место, и вежливо поклонился распорядителю. Тот отдал последние наставления, напомнил правила, дождался перевода и отступил за пределы душного купола.
Шоуки положил руку на рукоять клинка, перестав “рассматривать” окружающих, и переключившись наконец на противника. Эвон как высокомерно держится, губы кривит в презрительной усмешке. И надо было ему затевать всё это? Столько неприятностей из-за этого типа. Ну ничего, правила не так уж суровы, достаточно вышвырнуть его за черту, либо же обездвижить тем или иным образом, лишив возможности продолжать бой.
Либо вынудить признать поражение. И почему сейчас этот вариант кажется столь заманчивым?
Но тут надо аккуратно, чтобы не демаскировать своё знание языка. Но пора думать и о бое. Отмашку вот-вот дадут.
Шоуки неторопливо обнажил клинок, и отвёл в сторону, опустив к земле остриё. Коснулся мыслю своего духовного сосуда, начиная прогонять духовную энергию по телу, разогревая мышцы и укрепляя связки. Этому он научился не так давно, да и скромные размеры сосуда едва позволяли использовать эту технику, но после поглощения жемчуга ситуация стала не такой уж и плачевной. А скорость ему сейчас понадобится. Вон, противник его тоже прихватил кулаком крупный амулет.
У местных магов и правда есть своя тактика
боя с каритами. Возводить самые простые щиты, послойно, один за другим, так быстро, как это возможно, и пытаться бить по противнику специфическим набором заклинаний.Не нужно строить сложные, изощрённые щиты — напитанный духовной силой клинок всё равно взрежет их с одного удара. Поток духовной силы скомкает и сметёт любые направленные чары не имеющие материальной компоненты. Вся красота сложных и многослойных чар, творимых родовитыми чародеями не стоит и сточенной монеты в битве с каритами. Простые, быстрые, топорные чары — вот то, что позволяет им хоть как-то сопротивляться.
Отмашка.
Шоуки рванул вперёд, в два удара сердце сократив расстояние и рубанул коротко. Угадал с расположением щита, хотя тот явно пытались сделать максимально прозрачным и незаметным. Будто полено ударил, и тут же развернув клинок остриём вперёд коротко ткнул в грудь отшатнувшегося Аскольда. Удар о твёрдое в ладони от тела противника. Клинок соскользнул вниз, пропарывая защиту Аскольда. А вот это, похоже, уже щит создаваемый амулетом — не привычный купол, или полусфера…
Провалился вперёд, быстро делая подшаг и разворачивая корпус. Проклятие бурлит вокруг тошнотворно, то опадая, то усиливаясь. Глаза северянина расширяются, лицо бледнеет, он делает жест и потоки местной душной силы устремляются к нему жадно всасываемые. Шоуки проскочил мимо, рубанув очередной щит, краем глаза заметил подозрительное шевеление под ногами, и отскочил в сторону. На мгновение замер, удерживая клинок в верхней атакующей позиции, и внимательно наблюдая за противником. Тот тоже потратил эти несколько мгновений на передышку и осмысление произошедшего, прекратив пятится.
Смешно, но они просто поменялись местами за эти считанные удары сердца. И только несколько дюжин тонких шипов из смеси снега и песка сейчас осыпались и обваливались на землю между ними, лишившись поддержки. Шоуки бы готов поспорить на что угодно, что остротой они мало чем отличались от стали мгновение назад.
Так вот каково биться с магом…
Глава 7
Удар сердца, и он снова сорвался вперёд, на ходу выхватывая из подсумков ножи, один за другим отправляя вперёд. Пробить защиту мага они не могли, хоть и направляемые его духовной силой, они не были насыщены ею в достаточной степени, зато, ударяясь о препятствие — чётко его обозначали.
Аскольд тоже опомнился после первой сшибки, и начал возводить один за другим невидимые барьеры между собой и противником. И, к неприятному удивлению Шоуки, делал тот это очень шустро и с умом. Вот один нож отскочил от невидимой стены и кувыркнувшись упал в песок, а другой, пролетел совсем рядом беспрепятственно. Шоуки едва успел шатнуться в сторону и задел невидимое препятствие лишь боком, устояв на ногах, и успел увернуться от очередных рванувших вверх песчаных шипов. Маг отступал, отплёвываясь препятствиями, и волоча за собой вперемешку песок и снег, будто собираясь поднять его вал перед собой подобно крепостной стене. Шоуки это не нравилось, и он торопился нагнать противника, тщательно следя за бурлением проклятия вокруг. Его колебания, заставлявшие сжиматься в спазмах желудок на удивление неплохо обозначали моменты когда маг производил на свет очередное заклинание. Вот Шоуки проскочил мимо двух щитов, одного совсем невидимого, другого немного мутного и кривоватого, почувствовал очередное движение “проклятия”, и сцепил зубы, окунаясь в поток огня. Выброшенной вперёд духовной силы едва хватило, чтобы развеять чары и разогнать пламя, жар лизнул кожу, потянуло палёными волосами и тлеющей тканью. Духовный сосуд в груди заныл от такого резкого и обильного выплеска силы, но это последнее, что сейчас волновало Шоуки. В след за пламенем в него летели узкие каменные шипы. Резко вспомнились занятия с лучниками, разве что эти снаряды у него перехватить и отвести бы не удалось, не хватило бы сил.