Благородные устремления
Шрифт:
Игнорирую этот жест и начинаю пить из своей.
– Господин непременно сделает свой собственный выбор, - отзываюсь негромко, - и я предлагаю вам не пытаться указать ему путь - а дождаться момента, когда мы придём с визитом.
– Маленькая неблагодарная дрянь, думаешь, сможешь умилостивить его и сделать своим союзником? Или, может, думаешь, что ваше вчерашнее представление впечатлило меня? Мне ли не знать, что мужчины, как и женщины, порой вынуждены делать вид, что в их семье любовь и гармония?..
– Раз вы так уверены в своём видении нашего брака, вам здесь делать нечего, - протягиваю руку в сторону ворот.
– Ты должна уступить место одной из своих сестёр! В противном случае останешься моей рабыней
– теряет терпение мачеха.
– Как много вы о себе думаете...
– удивляюсь, впрочем, довольно равнодушно, - и почему-то уверены, что я не смогу стать полезной Первой госпоже нашего дома и не лишу вас всей власти - с таким трудом приобретенной!
– У тебя не будет ни одной возможности выступить против меня! В моих силах разрушить всю твою жизнь - даже твой краткосрочный союз с генералом, добытый путём больших стараний в его постели!
Моё лицо невольно искажается от подобной пошлости, высказанной вслух.
– Такова ваша жизнь, третья госпожа Сэйра?
– спрашиваю у неё с лёгким отвращением в голосе.
Лицо мачехи краснеет от гнева, когда она понимает, к чему я клоню - и как использовала её же аргумент.
– Я знаю, что тебе пришло письмо от любовника!
– делает она новый ход, вынуждая меня растерянно поднять брови, - Ты намерилась сбежать, не найдя другого выхода! И я докажу это генералу, тогда посмотрим - как ты запоёшь!
– указав на мой рукав, мачеха вскакивает на ноги и делает рывок в мою сторону, однако, не успевает схватить меня за руку, поскольку её саму хватает моя стража, вовремя подоспевшая под руководством Вэнь.
– Что?! Отпустите меня немедленно! Наложница вашего господина изменяет ему с каким-то проходимцем, а вы меня хватаете?!
– вопит мачеха, пытаясь вырваться, но держат её крепко.
Одни небеса знают, чего мне стоит сдержать себя и сохранить видимость приличия, получив такое оскорбление в лицо, да ещё и прилюдно...
– Выведите её из поместья и больше никогда не пускайте внутрь! Ни через главный вход, ни через проход для слуг!
– отдаю чёткий приказ звенящим от гнева голосом и наблюдаю, как оба стражника коротко кивают, принимая его.
– Да как ты смеешь, мерзавка?!
– визжит мачеха, извиваясь, как змея, в руках сильных мужчин, - Когда твой отец приедет сюда, я переступлю порог поместья - хочешь ты того или нет!!!
– Мой отец, может, и войдёт внутрь с разрешения господина, а тебе придётся стоять у ворот и ждать его возвращения!
– не выдержав давления разрушительных эмоций, срываюсь на «ты», но тут же беру себя в руки - ощутив поддержку Вэнь, положившей ладонь мне на локоть.
– И, вот ещё, что... Запомните хорошо, третья госпожа Сэйра! Если вы продолжите голосить на всё Приграничье обо мне или моём браке - вас вывезут отсюда быстрее, чем вы доберетесь до постоялого двора, посадят на первый попавшийся корабль и отправят домой: генерал очень не любит, когда происходящее в его доме доходит до чужих ушей! Это не шутка и не попытка вас запугать. Спросите у его стражи, которая сейчас держит вас за руки по моему приказу.
Мачеха перестаёт дёргаться и возмущаться, ощутив уверенность в моих словах. Переводит взгляд на одного из стражников и по его бесстрастному лицу понимает, что поддержки точно не получит - даже если сильно попросит.
– Он не поступит так со мной, - бросает мне намного спокойнее.
– Можете проверить. Хоть я и не советую, - сухо отзываюсь.
– Госпожа говорит с вами откровенно, призываю вас к ней прислушаться, - неожиданно раздаётся голос управляющего, после чего он сам заходит на задний двор через ворота для слуг и моих посетителей; приблизившись к мачехе, он вначале кланяется мне, после чего поворачивается к нарушительнице спокойствия.
– Я вынужден был обойти всё поместье, чтобы не нарушить правил и не выйти к вам сразу через крыло госпожи, чтобы сократить время в пути, третья госпожа Сэйра. Я управляющий поместья генерала, и я подтверждаю, что любая попытка опорочить генерала и
После слов управляющего на заднем дворе поместья устанавливается гробовая тишина...
Мачеха бледнеет, глядя на строгого военного, облачившегося по прихоти генерала в одежды слуги, и недоверие на её лице довольно быстро сменяется страхом.
– Вы не посмеете так оскорбить женщину...
– произносит она голосом, лишенным сил.
– Кажется, вы не поняли, что я пытаюсь до вас донести. Это Приграничье, третья госпожа Сэйра, - сухо произносит управляющий.
– Генерал здесь - единственная сила, которой доверено право решать, кто прав, а кто нет, самим Великим Князем! Вся грязь, которая льётся на господина, напрямую задевает и его покровителя... так что советую задуматься о границах допустимого - во благо своей семьи. И во спасение собственной жизни, - серьёзным голосом добавляет он.
Мачеха отступает с потерянным видом и невольно подворачивает ногу - но стражники успевают удержать её от падения. Впервые вижу подобное выражение на её лице и спешу признаться самой себе, что меня это полностью удовлетворяет.
Может быть, я плохой человек?..
– До свидания, третья госпожа Сэйра, - завершает визит управляющий, и стража выводит мачеху за ворота, после чего закрывает мой двор с другой стороны.
Поворачиваюсь к своему спасителю и глубоко кланяюсь:
– Благодарю вас за помощь!
– Госпожа Амай, я очень надеюсь, что обвинение третьей госпожи Сэйра - абсолютно беспочвенно и было произнесено с целью опорочить вас, - холодно отзывается управляющий, не глядя на меня.
– Клянусь, что это ложь. Я верна господину, - произношу собранно.
Я понимаю, что сейчас происходит. Управляющий - доверенное лицо генерала. И он слышал крики мачехи, как, возможно, слышали многие за воротами.
– Я верю вам. Но вынужден просить вас не покидать поместье до прихода господина, - ровно произносит управляющий.
– Я вас послушаюсь, - склоняю голову.
Дожидаюсь, когда он покинет моё крыло... и поворачиваюсь к Вэнь:
– Думаю, пришло время Лулу - выручить нас в последний раз!
– Давай для начала сожжем письмо?
– напряженно предлагает Вэнь.
Киваю почти бездумно, и мы идём в моё крыло, чтобы избавиться от письма, способного навредить мне одним своим существованием...
Как ни стараюсь, я не способна скрыть дрожь в теле от злости и волнения.
То, что творит эта женщина - за гранью моего понимания. И, если её мотивы ещё можно как-то оправдать с точки зрения её собственной логики, то как оправдать отца, живущего с этой бесстыдной крикуньей и делящего с ней общую постель?!
На кого он променял память о моей матери...
Сжимаю зубы, прикрывая глаза и вспоминая год моего отъезда к дальним родственникам. Мачеха была беременна к тому моменту, и с неё пылинки сдували... а я в миг обратилась ненужным придатком от не сохранившейся семьи. Будучи маленьким ребёнком, я смотрела, как отец опускается на колено, чтобы ощутить, как двигается его новая дочь в чреве новой жены, и пропускает момент, когда мой экипаж трогается с места, чтобы увезти меня в другой округ...