Чтение онлайн

Итак, Костя и Эдик…

Если кто-то из этих ребят действительно “задумал недоброе”, то он должен четко понимать, что ему придется обвести вокруг пальца не только возможное следствие (это, вероятно, не так уж и сложно), но и того же господина Нектарова, своего сеньора, ушлого, подозрительного типа, съевшего собаку на подобных разборках. То есть, потенциальный злоумышленник должен проявить исключительную изобретательность, сочинить безукоризненный сценарий с двойной гарантией неуязвимости.

При этом нельзя исключить вариант, что

свой сценарий сочинил каждый из них.

А если это так, если существует два тщательно продуманных и подготовленных сценария, то почему, собственно, их авторы должны трубить отбой при моем появлении? Если план хорош, то мое присутствие никак не помешает его воплощению умного замысла. Вот так-то…

У меня вдруг появилось ощущение, что я ввязался в игру, которая может оказаться мне не по зубам.

А, впрочем, какие у меня основания паниковать, да еще раньше времени, задал я себе резонный вопрос?

Между тем, электричка уже преодолела немалую часть пути. Где-то позади остались промышленные и строительные зоны. По всему чувствовалось, что поезд катит куда-то в глубь малонаселенных пространств. Быстро промелькнут за окнами домики тихого садоводства, небольшой поселок, железнодорожный переезд или просека с высоковольтной линией, и снова к насыпи подступает с обеих сторон бескрайний хвойный лес с проплешинами темных болот.

В какой-то момент я задремал.

Проснулся, будто где-то внутри зазвонил крохотный будильник.

Электричка замедляла ход, въезжая на мост через полноводную реку, чем-то напомнившую мне Неву в ее верхнем течении.

“Свиять”, – произнес чей-то голос.

Я встал и направился к тамбуру.

Высадив десятка два пассажиров, электричка покатила дальше.

Часы показывали половину десятого вечера, но солнце стояло еще высоко.

Я огляделся.

Кроме дощатого навеса, вокруг не виднелось никаких других строений. Рядом с платформой на пыльной грунтовой площадке стоял допотопный автобус с выступающим мотором, какие увидишь разве что в старом кино. В просвете между деревьями виднелся еще один мост – автомобильный. Транспорт шел через него двумя оживленными встречными потоками. Похоже, там проходила мурманская трасса. Сошедшие вместе со мной пассажиры быстро занимали места в автобусе. Выяснив, что он идет в Карповку, я последовал их примеру.

Дорога представляла собой узкую асфальтированную ленту, которая, похоже, ремонтировалась последний раз еще при царе Горохе. Пролегала она вдоль правого берега Свияти, повторяя, естественно, все извивы и повороты реки. С левой стороны по ходу нашего движения тянулась бесконечная стена хвойного леса – мрачного, влажного, заросшего вьюном и кустарником, сквозь который местами проглядывали гигантские серые валуны. Порой дорога заметно отклонялась от реки, тогда лес подступал и с правой стороны, причем местами широкие лапы сосен смыкались в вышине над разбитым асфальтом, образуя своеобразную зеленую аркаду. Но были и такие участки, где дорога буквально прижималась к реке, казавшейся здесь, в природном обрамлении, более полноводной, чем из окна электрички. На противоположном берегу лес выглядел диким и рос еще выше, нависая над самой водой.

Старенький автобус катил не очень-то резво. Нас обогнали пять или шесть легковых автомобилей, под завязку набитых пассажирами. Зато встречных не было вовсе.

Мои спутники клевали носом, очевидно, разморенные утомительной дорогой. Я успел приметить, что все они были знакомы между собой –

в той или иной степени. Поймал я на себе и несколько мимолетных взглядов: что, мол, за птица движется в наши края? Но навязчивого интереса никто не проявлял. По крайней мере, открыто. Очевидно, в деревне привыкли к гостям из города.

Примерно через четверть часа дорога поднялась на небольшой пригорок, за которым картина разительно изменилась.

Чуть впереди река Свиять делала широкий плавный поворот. Лес на противоположном берегу отступил далеко в сторону, освободив место привольному лугу с высокой травой, казавшейся отсюда изумрудной.

На нашем берегу, сразу же за поворотом реки, стояла деревня, не сказать чтобы маленькая и захудалая. Во многих дворах виднелись автомобили, дома были крыты железом и черепицей, причем, на каждой второй крыше разместилась тарелка телеантенны.

Главная деревенская площадь, тоже выходившая к реке и частично замощенная утрамбованным гравием, смотрелась отсюда как на ладони. Езды до нее оставалось, полагаю, не более двух минут.

В этот момент я заметил у дороги покосившийся щит с едва различимой надписью “Пансионат “Прохладное озеро” – 200 метров” и неожиданно для себя изменил свой первоначальный план.

Быстро поднялся и, пройдя вперед, попросил водителя остановить у щита.

Отсюда вглубь леса вела хорошо протоптанная тропинка, терявшаяся среди светлоствольных корабельных сосен.

Правда, сначала нужно было пересечь дорогу.

Я подождал, пока автобус тронется с места.

Пассажиры, все до одного, с любопытством пялились на меня.

4. ТИХИЙ УГОЛОК

Я прошел по тропинке даже меньше двухсот метров, когда лес расступился, как бы подсказывая мне, что я пересек живописную перемычку, отделявшую реку Свиять от озера Прохладного.

Озеро лежало сейчас передо мной во всей своей красе. Своей формой оно напоминало гигантскую стилизованную подкову, обращенную в мою сторону своей выпуклой частью. Густой лес, покрывавший противоположный холмистый берег, отражался в водной глади как в зеркале. Примерно посередине озера над поверхностью воды красовался небольшой островок, на котором росло с полдюжины березок. Идиллическую картину несколько смазывал вид полузатонувшего прогулочного катера, задранный кверху нос которого выступал чуть сбоку от правого мыса островка.

Ближний ко мне – плоский берег озера представлял собой просторную лужайку, окаймленную с трех других сторон березовыми стайками с вкраплениями пушистых голубых елей. Помимо этой естественной границы, территория базы отдыха была отделена от окружающей местности еще и невысоким ограждением из сваренных впритык проволочных секций, выкрашенных синей краской. Ближняя к озеру секция вдавалась в воду на пару метров, опираясь на щербатый бетонный столбик. Впрочем, в ограждении имелись и калитка, и ворота.

Там, внутри, вдоль берега выстроились в два ряда восемь летних домиков, которые лишь близорукому могли показаться веселенькими. На переднем плане виднелся врытый в землю большой дощатый стол с расставленными вокруг него скамейками из тяжелых чурбаков.

В самом дальнем углу лужайки, под лесом, была растянута двухместная палатка защитного цвета. Рядом с ней стоял грузовичок-фургон, оснащенный компактной буровой установкой.

На первый взгляд, лагерь был совершенно необитаем. Но все же я успел заметить, как при моем появлении шевельнулся полог палатки.