Безжалостный край
Шрифт:
«Долго будет эта твоя Большая Вода?» — Неприятное предчувствие захватило душу Александра и не спешило отпускать.
«Сколько я живу здесь», — ответил Пшик.
Бер не удержался и присвистнул. Значит, примерно три месяца, а то и больше. Остался последний, уточняющий вопрос на эту тему:
«Вода льется с неба? И как часто?»
«Да. И долгие дни и ночи пытается она затушить Костер, но ни я, ни мои предки не помним, чтобы ей когда-нибудь это удавалось. Костер всегда вспыхивает вновь. — Пшик продолжал неотрывно смотреть на Александра. Даже его подвижная пара глаз замерла, что бывало редко. — Небесный Костер греет землю, даря тепло новой душистой траве, которая вырастает выше головы, молодые ургуш идут вслед за матерью, прокладывая новые
Услышав последнюю фразу, Бер усмехнулся. Кто скажет, что гноллы тупые? Ишь какой намек подкинул про новорожденных. М-да!..
Александр не поддался на такую простую провокацию и промолчал. Новые сведения заставили его еще больше задуматься. Понятно, что так называемая Большая Вода — всего лишь сезон дождей, к которому люди совсем не готовы. С одной стороны, постоянная жара достала уже всех, однако Александр подозревал, что месяцы дождей, тем более ежедневных, заставят народ молиться о наступлении сухой погоды. К тому же повышенная влажность грозит многими неприятностями, и обычный насморк может показаться сущей ерундой. И это если не считать бытовых неудобств. Надо срочно оповестить всех и начать подготовку к смене сезона. Они в этом мире, по ходу, приходят неожиданно. Как зима в России. Бер хмыкнул. Но пока необходимо решить, что делать с просьбой Пшика. Александр продолжал искать выход из ситуации. Хашш сидел рядом и ждал.
«Скажи, Пшик, а ты хотел бы стать вождем нового небольшого прайда или племени? — задал он вопрос и почувствовал, как на гнолла нахлынула волна удивления, неуверенности и чего-то еще, чему Бер не смог найти определения. — Ну так как? — поторопил Александр. — Представь: ты хозяин собственной жизни, самый уважаемый. Все самки твои. Со временем в племени появятся воины. Они будут подчиняться лишь тебе. Самый лакомый кусок на охоте — твой».
Пшик не смог сдержать эмоций.
«Хочу. Но как? Надзирающие не позволят. Я стану изгоем, и все племена прайда начнут охотиться на меня, если сразу не убьют».
«Не начнут. И не убьют, если ты все сделаешь правильно. Ты не говори никому, что задумал. Постарайся уговорить несколько самок и молодых охотников уйти с тобой. Пообещай им свободу от Надзирающих и Наказующих», — уговаривал Бер, вовсе не будучи уверенным, что именно такую свободу жаждет получить Пшик. Но ведь можно убедить его в этом. Цинично? Да. Однако без лояльных к людям хашш человечеству будет трудно выстоять перед давлением гноллов. Бер это понимал. Стоит прайдам хашш объединиться и послать в поход против зареченцев не несколько сотен, как в прошлый раз, а пять, шесть или десять тысяч воинов! И что тогда? Сколько людей выживет и выживут ли вообще? Кто-то сможет сбежать из города. За жизнь этих жалких остатков человечества Александр не дал бы и ломаного гроша. Возможно, такой сценарий не будет написан судьбой, но почему бы не начать готовиться к худшему? Приготовившись к такому развитию событий, можно его избежать, по меньшей мере, минимизировать потери и выстоять. В любом случае местные опытные охотники и следопыты, их знания родного мира нужны людям вообще и клану в частности.
«Обещай воинам оружие, которого у хашш нет, — Бер вытащил из ножен клинок и показал Пшику, — защиту и богатую добычу».
«Ты хочешь, чтобы я привел воинов к тебе, Великий. Но тогда ты станешь надзирающим над нами», — донес свои сомнения гнолл, чем очередной раз доказал Беру, что аборигены далеко не глупые существа.
Александр поспешил заверить охотника:
«В некотором смысле — да, только в отличие от ваших надзирающих я не стану требовать слепого подчинения. За любую работу я вам хорошо заплачу. Вам не придется испытывать нужду. Разве жизнь у нас была для тебя тяжела? Ты был голоден? Люди обижали тебя? Подумай».
Охотник надолго ушел в себя.
«Нет, — наконец ответил он и тут же заинтересованно спросил: — А большую рычащую повозку подарите?»
Александр
слегка удивился необычной просьбе.«Нужно долго учиться. Дольше, чем управлять шантархом», — попытался разъяснить он.
«Я буду стараться», — пообещал Пшик.
Бер улыбнулся. Возможно, скоро у клана будет необычное пополнение.
На следующий день Бер проводил Пшика за ворота, на прощание подарив ему хороший нож и копье, изготовленное мастерами клана. Осчастливленный абориген припустил, временами подпрыгивая, на восток. Александр смотрел удаляющемуся охотнику вслед и размышлял, вернется ли он или нет. Когда хашш скрылся из поля зрения, Бер вошел под защиту стен, и ворота за ним закрылись, отрезая территорию бывшего детского сада, волею судьбы превратившегося в подобие средневековой крепости, от угрожающего внешнего мира.
— Убежал? — полюбопытствовал Вячеслав.
— Он вернется, — уверенно сказал Александр.
— Ну-ну…
Решив не обращать внимания на скептицизм товарища, Бер сменил тему:
— Быстрицкому сообщили о скорой смене погоды?
— Да, я связался с его секретарем. Он пообещал, что передаст все слово в слово. Только, по-моему, вряд ли они начнут готовиться к дождям как к стихийному бедствию.
— Кто бы сомневался!
— Что будем делать с учениками, навязанными тебе генералом? Отправим обратно или пусть останутся здесь? В последнем случае могут надолго застрять у нас. Если, конечно, гнолл не соврал и не преувеличил. — Вячеслав, который сильно сомневался, что сезон дождей может представлять собой такое уж бедствие, в который раз вопросительно посмотрел на Александра.
— …Чтобы дожди шли так долго? Не может быть! — заявил Никифоров на прошедшем совещании, и его поддержали большинство присутствующих. Александру пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить людей поступить, как он требовал: бросить все дела и начать подготовку к различным неожиданностям. Начиная от возможной протечки кровли и подтопления строений и заканчивая заготовкой дополнительных запасов — продуктов питания, лекарственных средств, которые, к слову, нужно еще выпросить у вэвэшников, и теплых вещей. Ведь зареченцы привыкли к постоянной жаре и многие не имели даже свитера, что уж говорить о плащах и резиновых сапогах. Обеспечить людей теплой одеждой было теперь одной из первоочередных задач и головной болью для Бера.
На сегодня он ограничился тем, что приказал отправить часть людей обследовать крышу и устранить все обнаруженные повреждения. Основную часть работников он отрядил копать отводные каналы. Люди с недовольством отнеслись к приказу начальства, особенно те, кто недавно присоединился к общине. «Какие дожди? Уже давно сухо и жарко, словно в доменной печи!» — возмущались некоторые. Таких Бер утихомирил быстро, пообещав недовольным выдать паек на три дня и выпроводить за ворота. Желающих спорить резко поубавилось.
— Сколько людей ты выделил для охраны наших землекопов?
— Не считая бойцов на стенах, две мобильные группы, — ответил Вячеслав.
— Хорошо. Как думаешь, успеем за неделю?
— Кто его знает? А ты точно уверен…
— Да сколько можно?! Не веришь мне, пойди у Давлетшиной спроси. Она тебе ответит.
— Да верю я тебе, верю. — Вячеслав примирительно выставил ладони вперед.
— А кто не верит? — начал заводиться Бер.
— Все верят, но надеются, что ты просто перестраховываешься.
— Верят, но, видите ли, надеются… — Александр горько усмехнулся. — Не нравлюсь — пусть выберут себе другого руководителя. Меня эти обязанности уже просто достали! Иногда хочется плюнуть на все и заботиться только о себе. А между прочим, это по твоей вине я тут из кожи вон лезу, стараюсь угодить всем и каждому! — неожиданно закончил он.
— Вот здравствуйте! Теперь я виноват… — Никифоров заглянул в пачку сигарет — оставалось всего две штуки — и закрыл, едва сдержав тоскливый вздох. С завтрашнего дня придется бросить курить.