Чтение онлайн

«Ты же не мог точно знать, зачем и куда я отправил Вячеслава?» — Бер с подозрением уставился на гнолла. Тот на секунду замялся с ответом. Неужели застеснялся или стыдно? Вот те раз!

«Ты слишком громко думал. Я услышал», — признался Пшик.

Заявление невольного учителя неприятно поразило Бера. Теперь и думать, блин, нельзя! Александр не на шутку огорчился. Придется придумывать, как добиться того, чтобы никто, вроде Пшика, не смог случайно или, не дай бог, специально копаться у него в голове. Старых проблем навалом, а тут новая подвалила.

Гнолл, видимо, почувствовал перемену в настроении Александра.

«Прости, шхас. Я не хотел тревожить

ум твой. — Пшик низко поклонился и подмел хвостом пыль. — Я ненамеренно услышал голос твоего разума. Учись думать тише».

Бер чертыхнулся. Только нотаций от аборигена ему не хватало для полного счастья.

Версия, что Петровичу Люба как женщина не нужна, полностью подтвердилась. Поэтому Никифоров отринул последние сомнения, и совесть его успокоилась. Он бы все одно сделал, что собирался, но в данном случае у Вячеслава словно камень с души свалился.

Первая фаза операции прошла более чем успешно. Привезли Любу, сдали заказчику. В первую минуту Никифоров испытал огромную досаду, когда женщина кинулась в объятия Петровича. Он было подумал, что Люба соврала и вовсе не собиралась помогать клану, а тем более становиться его членом, возможно даже значимым, учитывая ее потенциальные возможности. Давлетшина тайком подмигнула Вячеславу, мол, все в порядке. Вот же стервозная баба! Чуть до инфаркта не довела. Или до инсульта? А… неважно.

Главный кладовщик кивнул подручным, и несколько дюжих архаровцев начали выносить из ближайшего ангара приготовленную оплату. Наконец вынесли требуемое и погрузили в машины. Самое главное: патроны и две военные радиостанции наличествовали. Майор кивком указал на упаковку с запасными аккумуляторами к ним.

— Премиальные, — улыбнулся в бороду Петрович.

— Премного благодарен за щедрость! — Никифоров вернул улыбку ушлому старому знакомому.

— Зови хлопцев своих. Обмоем счастливое освобождение из неволи моей ненаглядной. — Петрович приобнял Любу за талию.

Женщина счастливыми глазами посмотрела на бывшего любовника. В Никифорове вновь проснулось беспокойство. А вдруг все-таки обманет? С одной стороны все вроде остались при своем и должны довольствоваться этим. Однако полученное вознаграждение еще вывезти надо. Захочет ли Петрович отпустить клановцев с миром?

Если Люба решила поиграть в собственные игры, все равно есть надежда, что рано или поздно она вернется. Ведь в клане осталась ее пожилая мать. Хотя кто знает, какие у них отношения? Может, дочка терпеть не может маму и только рада избавиться от обузы. А что, очень хорошо получается. Старушка пристроена, будет накормлена и напоена. Не выгонять же Полину Егоровну на улицу. Жаль, не додумались прощупать тему раньше. Как всегда, задним умом каждый крепок.

Такие тягостные мысли кипели в голове Вячеслава.

— Спасибо за приглашение. В следующий раз обязательно с тобой посидим, побалакаем за жизнь. А сейчас мы спешим. — Вячеслав развел руками, показывая, как ему жаль.

— Понимаю. Житие-бытие?

— Точно.

— Ну тогда лады. Надеюсь, потом поведаешь о своих подвигах?

— Обязательно.

— Бывай. — Петрович протянул руку.

Майор крепко пожал ее и приказал бойцам собираться в обратный путь. Те, осознавая непростую ситуацию, быстро расселись по уазикам.

На прощание Никифоров бросил на Любу многозначительный взгляд. Но женщина словно ничего не заметила. Наоборот, еще теснее прижалась к Петровичу. «Ох, нарывается баба! Устрою выволочку по возвращении, и Бер не защитит!»

Клановцы

покинули склады без эксцессов. Отогнали машины в заранее намеченное место — в развалины неподалеку. Вячеслав оставил в качестве охраны троих бойцов. А сам с Игорем Подберезиным и Вадимом Ходько пешком вернулся к складам, что было совсем непросто, ведь вотчина Петровича находилась на территории, контролируемой вэвэшниками. Приходилось часто укрываться от патрулей и простых зареченцев.

Забрались в единственный уцелевший подъезд девятиэтажного дома. Второй рухнул от удара стихии. Возможно, в прошлом подрядная строительная организация сэкономила на цементе и материалах, вот дом и не выдержал нагрузок в период катастрофы, похоронив жильцов под слоем лопнувших плит.

Вячеслав нагнулся, подлезая под натянутую ленту с привязанной картонной табличкой «Опасно для жизни. Возможны обрушения». Буквы выцвели под беспощадным солнцем, но разобрать слова было можно. По-видимому, предостерегающая табличка осталась со времен, когда здесь велись спасательные работы.

Игорь и Вадим повторили движение. Оказавшись в подъезде, Никифоров жестами приказал остальным соблюдать тишину и внимательно смотреть под ноги. Вдруг остатки дома напичканы сюрпризами. Растяжек, может, нет, все же жилой район совсем рядом. Сюда наверняка забегает детвора. Непоседливой ребятне всегда по фигу запреты родителей. А вот сигналки вполне могли поставить. Опять же Петрович мог озаботиться своей безопасностью и сохранностью вверенного имущества.

Полуразвалившийся дом был одной из трех точек, откуда возможно наблюдение за складским комплексом. Остальные не годились. Одна уцелевшая высотка была частично заселена и не подходила по этой причине. Второй наблюдательный пункт — обычная неработающая водонапорная башня — находился слишком близко, и места укрыться троим там не было.

Вячеслав не отрицал, что у него паранойя, но исходил из мысли, что здоровая паранойя во вред никому не пошла. Обследовали этаж за этажом. Ничего и никого не обнаружили. Вот и хорошо, можно располагаться. Чем не преминули немедленно воспользоваться.

Обосновались на восьмом этаже в пустой, разграбленной квартире с окнами, выходящими на нужную сторону. Квартиру на девятом сообща забраковали. Откровенно говоря, там было везде насрано. И когда успели? Главное, чтобы никто не пришел продолжать гадить в ненужный момент.

Расстояние до складов оказалось довольно приличным. Невооруженным глазом лиц ни за что не разглядишь. Нестрашно. Никифоров достал бинокль с мощной оптикой и приготовился ждать, поскольку решил дежурить первым.

Изначально договаривались, что будут терпеливо ожидать сигнала от Любы три-четыре дня. Решение мотивировали тем, что женщину могут запереть и ей потребуется время, чтобы выйти за забор, опоясывающий складскую территорию. Если удастся, конечно. В этом случае Любу просто подбирают и увозят. При худшем раскладе женщину придется уводить ночью. Попросту — снова выкрасть.

Никифоров не сомневался в успехе проникновения внутрь. Охрана не вызывала серьезных опасений — обычные амбалы, наполовину охранники, наполовину грузчики. Вот как справиться с собачками, которых наверняка на ночь выпускают из вольера, Вячеслав пока не придумал.

Два дня ничего не происходило. Так, пара грузовиков подъехала, выгрузилась и укатила обратно.

Но жизнь любит мерзопакостные шуточки и регулярно подбрасывает неприятности. На второй день наблюдений, ближе к вечеру, дежуривший в тот момент Вадим подозвал Никифорова.