Чтение онлайн

— Значит, в Хорони сидит предатель? — уточнила она, когда волхв закончил рассказ.

— Всё верно уразумела, любушка. Сидит, да может и не один, и тебе душа моя ненаглядная его на чистую воду вывести надо.

— Да как же так, отче?! — она даже задохнулась от возмущения. — Видано ли, такое дело девке доверять?

— Ты на себя не наговаривай, — неожиданно рассмеялся Твёрд. — Скажешь тоже «девке». Ты ещё скажи, что у тебя сейчас дома опара сбегает из миски. Я тебе цену знаю, не прибедняйся. Кто того вурдалака живьём взял, живота своего не пожалев?

Кто за Лесьяра старого так колдуна отходил, что он даже слова волшбы вымолвить не успел? Ты на себя, лебёдушка, не наговаривай.

— То другое, отче…

— Знаю, что другое. Потому вместе с Радимом пойдёшь. Он муж опытный, да и друг к другу привыкать не потребуется. Мне кроме вас надеяться не на кого.

— Да, как же так, отче? Целая крепость ведь воев бывалых, они и с нечистью, и лазутчиков ловили…

— А вот это уже не твоего девичьего ума дело, — нахмурился волхв. — Сказано, так выполняй безропотно. Не для себя стараемся…

— Прости, отче, — прошептала Цветава.

— Не за что тебе прощения просить. Впереди у тебя дорога опасная, только думаю, среди поганой нечисти сейчас проще пройти, чем по земле светлой.

— Отчего же так?

—Оттого что раньше зло на стены наши кидалось, а сейчас прямо у сердца гнёзда вьёт, да то не твоя забота. Ты с Радимом ещё переговори, он знает всё, что требуется. В крепости человек есть, ему сказано сыскать предателя, его разыщите и вместе за дело беритесь. Кроме него, да Радима никому доверять не вздумай.

— А как же его узнать, отче?

— Узнаешь, — отмахнулся волхв. — И, главное, не позабудь — как только узнаешь кто предатель, сразу беги из крепости. Куда, после узнаешь. Всё поняла?

— Да, как же…

— Отвечай!

— Всё поняла, отче.

— Вот и хорошо, ступай. Всё, что не досказал тебе, десятник растолкует.

Цветава вышла из избушки, ощущая, что по голове ей ударили кузнечным молотом.

Как можно вдвоём в чужой крепости поймать предателя?

Почему никому там верить нельзя?

У чьего это сердца зло своё логовище устроило?

От вопросов голова гудела будто рой пчелиный, и чем больше она думала, тем сильнее этот гул становился. Даже последующий разговор с Радимом мало что прояснил.

— Запомни главное, — велел воин, — моё дело — врага найти, а твоё — из крепости утечь так, чтобы никто следом не увязался. И не вздумай болтать с кем ни попадя, даже с десятником. Поняла?

Она только кивнула в ответ.

А кому разбалтывать? Подружек у неё давным-давно не осталось, а больше она ни с кем и не разговаривала. Но всё-таки странно, что поиски доверили ей. Вон, тот же Радим, воин опытный, уж сколько всего пережил вместе с десятником, и верен Твёрду, но в неведении остался. Такие размышления неизменно порождали глухую, безысходную тревогу, и тревожилась она до самого того дня, когда они ушли за стену.

***

Всё

получилось. Как говорил десятник — перед самой светлой границей чародеи встали лагерем.

— Чего это они? — удивился Войко. — А ежели на них дозорные нарвутся?

— Значит, не нарвутся. Вон, как смело лагерь ставят.

Чародеи действительно располагались основательно и совершенно не озаботились маскировкой, будто и не боялись, ни света, ни воинов из крепости. Берлаки, заняли посты вокруг лагеря, и различить их можно было только потому, что разведчики заранее видели, где твари расположились.

— Опять ждём? — спросил Радим.

— Вечером попробуем захватить одного и сразу к крепости. Отсюда всего полдня хода, твари за нами не кинутся. Уйдём.

Но чародеи не стали ждать вечера. Та самая, древняя старуха, которую сопровождали оборотни, начала что-то чертить чуть в стороне от шатров, позже к ней присоединилось ещё несколько колдунов. Они трудились до самых сумерек, и то, что получилось, Цветаве совсем не понравилось. Она видела магические печати, и в крепости, и когда их чертили боевые чародеи прямо посреди битвы, чтобы пробить прореху в строе врагов или прикрыть соратников, но такого видеть не приходилось. После очередного штриха линии громадного рисунка дрогнули и налились тьмой. Чародеи вскинулись радостно, но старуха что-то злобно гаркнула и снова принялась выводить узоры на земле, остальные последовали её примеру. Старались они до тех пор, пока биение тьмы из дрожи не превратилось в ровную пульсацию.

— Это ещё зачем? — прошептал Ахмыл, которому снова выпало сидеть в карауле вместе с Цветавой.

— Колдуют, — ответила она.

— Вижу, что колдуют, — огрызнулся он. — Нас бы не разметало по скалам от их колдовства.

— Если в серёдку этой пакости не прыгнешь, не разметает.

— Тебе-то почём знать?

Она отвечать не стала, и так же ясно, что не на них волшба направлена, значит, если подальше держаться, глядишь, и не тронет их.

— Не за тем следишь. Гляди, только один остался. Ползи к десятнику.

— А чего я? — возмутился было парень, но Цветава коротко ткнула ему пальцем в шею, он сдавлено охнул и пополз прочь.

Десятник появился скоро. Подполз осторожно и высунулся из-за камня так, чтобы не разглядеть было.

— Что тут?

— Печать нарисовали тёмную, да одного только чародея оставили. Может его попробовать умыкнуть?

— Рисково. Там два берлака шагов за пятьдесят от него.

— Может, и рисковано, но, если момент упустим, можем и с пустыми руками остаться.

— Твоя правда, но тебе там делать нечего. Ползи, кликни да Радима, а сами отходите за границу и нас ждите. Чую до крепости бежать придётся без отдыха.

— Погоди, — ответила Цветава, вглядываясь в то, что творилось в лагере чародеев. — Суетятся что-то…

Среди шатров и правда началась какая-то беготня, чародеи спешно укрывались кто-где, то и дело вспыхивали искры чар. Что их так встревожило?