Безумное обещание
Шрифт:
Поведение Хоукинса показалось ему странным. На лице капитана застыла холодная маска гнева. Брок благодарил судьбу за то, что та привела Джеба прямо к нему в руки, А ведь он уже не надеялся застать его в Новом Орлеане! Целую неделю Брок пребывал в плену собственной ярости, его черная душа жаждала убийства, а в мозгу то и дело возникали самые коварные планы жестокой расправы над Джебом. Его враг быстро напивался, и, судя по всему, алкоголь приносил ему облегчение и успокоение. Брок время от времени поглядывал в его сторону и вдруг увидел, как Джеб поднялся, отдал бутылку соседу и решительно, хотя и пошатываясь, направился к выходу.
Брок выждал несколько минут и последовал за ним.
Ночь давно опустилась на город, было темно, лишь из открытых дверей питейных заведений на безлюдную улицу проливался свет. Брок огляделся, но никого не увидел.
Неужели он прождал слишком долго и упустил его! Вдруг в пятидесяти футах от него в свет дверного проема вступил человек, в котором Брок узнал Джеба. Он бросился вдогонку, стараясь держаться в темноте.
Брок не хотел стрелять в Джеба здесь, где в тавернах было полно народа и выстрел могли услышать. Но вскоре они удалились от шумных припортовых заведений на достаточное расстояние. Брок остановился и стал заряжать пистолет. Это отняло у него много времени, поскольку действовать приходилось в кромешной тьме на ощупь. Вскоре он справился с этим и, крепко сжав рукоятку пистолета, бросился догонять Джеба, который за все это время ни разу не оглянулся, не предполагая, что за ним могут следить.
Что-то в поведении Джеба продолжало удивлять Брока. Куда он идет? Очевидно, Джеб не просто бесцельно прогуливается по городу, а направляется в какое-то определенное место. Может быть, он снял где-то комнату и идет спать? Нет, не похоже. И потом, на борту баржи у него прекрасная каюта, зачем ему снимать комнату. Наверняка его ждет какая-то женщина.
Да, скорее всего так и есть!
Брок злорадно усмехнулся и немного поотстал. Гораздо приятнее будет убить мистера Хоукинса в постели шлюхи… со спущенными штанами! Брок беззвучно расхохотался, на всякий случай прикрыв рот ладонью, чтобы его не услышали. Он решил подождать немного и убедиться в том, что его предположение верно.
Вдруг Джеб Хоукинс остановился возле большого двухэтажного особняка. Брок спрятался за дерево неподалеку от двери. Дом был погружен во мрак, если не считать освещенного свечой окна на втором этаже.
Брок слышал, как Хоукинс постучался, потом прокричал что-то, что именно, ему не удалось разобрать. Он понимал, что упустил прекрасный шанс расправиться с Джебом. Кто бы мог подумать, что он направляется в такой роскошный дом! Даже если его ждет женщина, она наверняка не одна в этом особняке. Теперь, когда Джеб постучался, подкрасться сзади и выстрелить ему в спину было слишком рискованно. Брок тихо выругался. Придется ждать, когда Джеб закончит свои дела здесь и выйдет на улицу.
Брок заметил: свет свечи переместился, затем его отблеск показался в окнах первого этажа. Кто-то шел открывать Джебу дверь, но он продолжал нетерпеливо стучать.
Дверь распахнулась, и на пороге показалась женщина.
Пламя свечи освещало ее лицо.
Брок буквально остолбенел от неожиданности. Этого не может быть! Нет, это невероятно!
И все-таки женщина, которая стояла на пороге, была Сарой Мади!
Черт побери, неужели эта парочка все время будет торчать в его жизни как кость в горле?
Брок прислонился к дереву, чувствуя, что у него подгибаются ноги.
Сара Мали и Джеб Хоукинс вошли внутрь, и дверь за ними захлопнулась.Когда раздался стук в дверь, Сара сидела на диване, тупо глядя в одну точку. Голова у нее раскалывалась от пережитого эмоционального потрясения и слишком большой дозы бренди. В первый момент ей показалось, что стучат не в дверь, а просто кровь пульсирует у нее в висках.
Наконец стало ясно: это не так, и Сара задумалась, стоит ли открывать.
Стук продолжался, затем кто-то закричал под окном.
Сара решила, что какой-нибудь пьянчужка в темноте ошибся домом, взяла свечу, накинула пеньюар и стала спускаться по лестнице.
Только в холле она узнала голос Джеба. Волна радости охватила ее, но она заставила себя встретить его сдержанно.
— Что тебе нужно, Джеб Хоукинс? Разве мы не выяснили наши отношения? — спросила она холодно через дверь.
— Сара… Я не виню тебя за то, что ты не хочешь меня видеть. — В его голосе слышалась мольба. — Но прошу, позволь мне войти. Богом клянусь, ты не услышишь от меня ни одного грубого слова!
Сара задумалась на мгновение, затем отодвинула щеколду и отступила назад.
— А почему вы решили, что я вообще захочу с вами разговаривать, сэр?
— Потому что я люблю тебя, Сара. Я пришел, чтобы просить у тебя прощения, и надеюсь на него. — Джеб сокрушенно опустил голову.
— Хорошо, давай поговорим. Но простить тебя мне будет нелегко, — ответила Сара, чувствуя, что сердце у нее разрывается от нежности к нему.
Она пропустила его вперед и поняла: от него пахнет спиртным.
— Да ты пьян, Джеб!
— Нет, не пьян. Уже не пьян. Я собирался напиться, но здравый смысл вовремя вернулся ко мне.
Сара заперла дверь на щеколду, а когда повернулась к Джебу, он взял ее за руку.
— Сара, я был не прав. Я вел себя как последний идиот и подлец…
— Нам лучше поговорить наверху.
Высоко держа свечу, Сара стала подниматься по лестнице. Вскоре они оказались в гостиной, и Сара решительно повернулась к Джебу.
— Какая же причина побудила вас, сэр, так резко изменить свое отношение ко мне?
Джеб набрал полную грудь воздуха и тихо произнес:
— Причина в том, что я понял некоторые вещи. Ты действительно изменилась, Сара, я не стану этого отрицать. Тебе пришлось пережить бог знает что и остаться при этом гордой и прекрасной женщиной. Когда пришел к тебе сегодня вечером, я снова вообразил себя капитаном «Северной звезды». Тогда, давно, я рассмеялся бы в лицо человеку, который сказал бы мне, что я стану хозяином речной баржи и буду работать наравне с матросами. Я повел себя с тобой как прежний Джеб Хоукинс и даже попытался изнасиловать тебя, как в былые времена. Но того Джеба Хоукинса уже давно нет, его не существует. Последние три года изменили не только тебя, но и меня. Они сделали нас такими, какие мы теперь, и это самое главное.
Поэтому… — Его лицо выражало горькое сожаление. — Скажи, ты могла бы забыть те слова, которые я сказал тебе?
Могла бы простить меня?
Сара молча смотрела на него, сердце рвалось у нее из груди. К ней вернулась почти утраченная надежда и причинила ужасную боль.
— И это все, что тебе нужно? — спросила она.
— Нет, есть еще одна важная вещь. Я люблю тебя, Сара.
Люблю всеми силами души.
— Джеб, дорогой! Конечно, я прощаю тебя! Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя!