Чтение онлайн

– Но если мы победим, кому нужен будет порох? – спросил Дуглас, ложась в траву и глядя на зелено-золотисто-голубое переплетение листьев и неба, яркого, точно глазированное стекло.

Мак-Синн погрустнел.

– Да уж, мне, как всегда, везет. Я владею богатейшими селитровыми залежами во всей стране, но не могу добраться до них, когда нам нужен порох, а как только я получу свою землю обратно, нужда в нем отпадет.

– Нам понадобятся фейерверки, чтобы как следует отпраздновать победу, – возразил Дуглас. – Это будет самый большой фейерверк за всю историю, не правда ли, Ваше Высочество?

Изолт открыла глаза.

– Да,

верно, – сказала она, пытаясь не показать, какую боль ей причиняют сломанные ребра. – Идемте, мы уже достаточно отдыхали. Пора в путь.

Мак-Синн бросил на нее проницательный взгляд.

– Почему бы нам не разбить здесь лагерь? – спросил он. – Сегодня мы прошли уже большое расстояние, и я очень устал.

Она улыбнулась ему.

– И вам так сильно хочется нанести первый удар по врагу, – ответила она с доброй насмешкой. – Нет, милорд. Я слышу воду. Давайте дойдем до реки. До нее уже недалеко, а там я смогу поручить солдатам валить деревья и строить плоты. Почему бы нам не добраться до моря по реке?

– Отличная идея, – ответил Дуглас, вскочив на ноги. Он помог отцу подняться и развернулся, собираясь предложить руку Изолт, но она воспользовалась моментом, пока он был занят, и поднялась самостоятельно, схватившись за бок. С совершенно бесстрастным лицом она очень осторожно закинула на плечо увесистый рюкзак.

– Ваше Высочество! – испуганно вскрикнул Дуглас в тот же миг, когда Каррик Одноглазый выскочил вперед со словами:

– Миледи, пожалуйста, позвольте мне понести его!

– Ты и так уже несешь свой мешок и мешок Гайны, – отказалась Изолт, засовывая руку в лубке обратно в перевязь. – Я знаю, что у тебя широкие плечи, но мои ничем не хуже. Я не могу приказывать солдатам нести такой груз, а сама идти налегке.

– Но миледи…

– Хватит квохтать! – обрезала она. – Пора выходить.

Дуглас и Каррик нехотя пошли за ней, и она крикнула Хан'гараду и остальным Шрамолицым Воинам, чтобы шли впереди.

К заходу солнца Изабо была белой, как мел, а тяжелый рюкзак у нее на спине явно причинял ей боль. Но она не позволила никому помочь ей, и лишь постоянные просьбы Мак-Синна, чтобы она пожалела бедного старика, который не может ходить так резво, как она, и шла помедленнее, давали ей повод время от времени останавливаться и восстанавливать силы.

– Вы не такой уж и старик, – сказала она ему как-то, когда она настоял, чтобы она села рядом с ним на поваленном стволе и выпила стаканчик виски. Сквозь деревья виднелась голубая вьющаяся лента реки, бегущей к широкому переливающемуся на солнце озеру.

– Да, но уже и не юноша, – парировал он. – И определенно не привыкший перебираться через все эти горы. Это вам, молодым, хорошо скакать, как щенята, но я считаю, что моим людям не подобает видеть, как я дышу, словно старая собака. Поэтому пожалуйста, уж уважьте старика и позвольте мне немного отдохнуть и перевести дух.

В мягких сумерках они наконец добрались до берега реки. Изолт смогла сбросить свою ношу и немного посидеть спокойно, составив компанию Мак-Синну, пока солдаты разбивали лагерь. Река тихо бормотала что-то сама себе, журча по мелкой гальке между высокими берегами, увенчанными стройными березами.

Вдали блестело озеро, в безмятежной глади которого отражались высокие горные пики, которые они оставили за спиной, ослепительно сверкающие

в последних лучах догорающего солнца. Подошел Дуглас и сел рядом с отцом, блаженно вздохнув.

– Должно быть, это самое прекрасное место на земле, – сказал он. – Я готов прожить здесь всю жизнь. Мы можем построить здесь замок, дайаден?

Его отец нахмурился.

– Мак-Синны всегда жили на берегу, – сказал он медленно.

– Ну да, наверное, на побережье тоже красиво, – сказал Дуглас, не желая портить мирный вечер.

Его отец хмуро улыбнулся.

– На самом деле, это суровое и дикое место, – признал он. – Скалы по большей части очень высоки, и там лишь совсем немного безопасных бухточек, за которые нам всегда приходилось яростно сражаться, потому что морские демоны тоже хотели ими завладеть. Там нет таких пляжей, какие ты видел в Клахане, с мягким песком, где волны играют друг с другом, точно шаловливые котята. Там лишь камни, бешеные волны и отвесные утесы, а зимой мимо проплывают айсберги, огромные, как замки, а вода такая холодная, что если человек упадет в нее, то через несколько минут умрет.

– Ох, – сказал обескураженный Дуглас.

– Но оно тоже красиво, своей, особой красотой, – сказал Мак-Синн с отсутствующим выражением в глазах. – Но этот ветер зимой! Кажется, как будто он не прекратится до тех пор, пока не выдует из тебя всю душу.

Он взглянул на сына и внезапно улыбнулся, хотя глубокие морщины между его бровями не разгладились.

– Я совсем забыл про ветер, – сказал он. – Пожалуй, стоит построить здесь зимний замок и приезжать сюда рыбачить, охотиться и гулять в горах. Может, ты даже научишься съезжать на салазках, как Хан'кобаны.

Блестящие аквамариновые глаза Дугласа снова засверкали.

– О, это было бы просто замечательно!

Утром долину огласил звон топоров, валящих сосны. Изолт с отцом отправились на прогулку к песчаному берегу реки, обсуждая самый безопасный способ переправиться по реке на плотах. Внезапно Хан'гарад присел на корточки и поднял с земли несколько камешков.

– Что это? – спросила Изолт.

Он обернул к ней свое смуглое, иссеченное шрамами лицо, держа на ладони кучку больших матовых кристаллов.

У Изолт внезапно перехватило дыхание.

– Алмазы?

– Да.

Она взяла у него камни.

– Но они такие тусклые!

– Все необработанные драгоценные камни выглядят приблизительно так. Они как оружие, их нужно точить, шлифовать и полировать. – Он выпрямился одним плавным движением. – Как Шрамолицых Воинов.

Изолт кивнула, взвешивая камни на ладони.

– Пойдем расскажем Мак-Синну, – сказала она, охваченная непонятной радостью. – Если в этой реке есть алмазы, он сможет никогда больше не бояться бедности.

– Если останется в живых, – заметил Хан'гарад.

Нила очнулся. Все тело у него болело. Он почувствовал на своем лбу холодную влагу. Он с трудом разлепил глаза, и ему показалось, что свет ударил прямо в его обнаженный мозг. Застонав, он попытался прикрыть глаза ладонью, но рука не шевельнулась. На него упала чья-то тень. Он шарахнулся, но ласковая рука удержала его. Один из его ралисников склонился над ним, обеспокоенно хмурясь.

– Как вы себя чувствуете, мой принц? – спросил он.