Без названия
Шрифт:
– Слабачок, - просипела возле моего уха ведьма и пожурила меня, потрепав за щеку.
– Что поделать, - снова вздохнул я.
– Я уже месяц не был с женщиной...
– Ладно, на первый раз прощаем, - сказала ведьма.
Где-то с пару минут мы пролежали молча... Я набирался новых сил.
– Екатерина, - позвал я.
– Что, уже?!
– обрадовалась она.
– Да...
Прошло часа два - два с половиной. Мы лежали, утомленные, поодаль друг от друга, отдыхая. Приподнявшись на локти, я предложил ведьме:
– А хочешь, я тебе прочту стихотворение?
– Новое?
–
– Да!
– подтвердил я ее догадку.
– Читай!
И я заговорил, снова опрокинувшись на спину, заговорил громко и облегченно и посматривал на почему-то сказочно до сих пор не догоревшую свечу на столе:
Включать сегодня, почему-то,
Электролампу не хочу!
Я запалю огарок, чудо,
Медово-желтую свечу...
Смотрю я влажными глазами,
Как обливается, горя,
Она горячими слезами,
Моя настольная ЗАРЯ!..
Я закончил читать.
Екатерина любила стихи, и сейчас, завороженная, прижалась ко мне.
– Хорошо!
– сказал ведьма.
– Ты знаешь, а я тебе, пожалуй, скажу одну очень важную для тебя вещь.
– Какую?
– спросил я.
– Ведь меня специально подослали, чтобы совратить тебя!
– Организовать новую привязку?
– уточнил я.
– Да!.. Чтобы ты не научился выходить из тела! У тебя золотистое начало, правда, с помесью светло-коричневого и коричневого, но и этого достаточно! Ты мешаешь кое-кому!..
– Я понимаю, - проговорил я.
– Но почему же ты мне все это выложила?
– Потому что ты - настоящий мужчина и поэт! И мне тебя жаль... Они тебя погубят... Так задумано... Ведь все равно ты где-то, да промахнешься, и тогда...
– она замолчала.
Я тоже молчал...
– О чем думаешь?
– через некоторое время спросила ведьма.
– О Наташе...
– ответил я.
– О той, что похоронили?
– поинтересовалась Екатерина.
– Как - похоронили?!
– подскочил я с подушки от неожиданности.
– Да так!.. Как всех хоронят!
– А когда? Она же была жива?..
– С месяц назад, - сказал Екатерина и добавила, припоминая.
– Да ты как раз в Москве был, вот, на открытии...
– и больше она ничего не сказала, умолкнув. Но меня уже не интересовало то, что им известно: где и зачем я был, я снова, но опечаленно, лег на подушку.
– Красивая она была в гробу: лежала в подвенечном платье, вспоминала ведьма, будто и не для меня, а просто так, вслух.
– А дочь?!
– опомнился я и всполошился.
– А дочь? Ее дочь жива?!
– Какая дочь?!
– удивилась Екатерина.
Тихо я перевернулся лицом в подушку и проговорил про себя: "Вот и все..."
РАЗГОВОР С ТЕЛОМ
Тело!.. Освободи меня, дай мне вольную!.. Я раб твой, крепостной житель...
Мне все чаще и все нестерпимее хочется порою прикоснуться к горизонту, погладить Луну, разбушевать океан или заглянуть по ту сторону пространства, а ты, мое неуклюжее тело, - на это не способно, и ты не позволишь мне этого сделать, потому что тебе этого - не понять!..
Ты повелеваешь мне жить в своем одномерном пространстве, где такая спрессованная теснота и духота, что с непостижимым трудом едва вмещаюсь в тебя, и зачем же
я в тебя втиснулся!Но как только я начинаю протестовать и отвергать тебя, то ты, мое тело, таешь и тускнеешь! И уверен, что если мне удастся вырваться надолго из твоего заключения, а если повезет - навсегда, то ты погибнешь, растворишься в пространстве моего сознания!..
Вот почему я нужен тебе, и вот почему ты ежесекундно привязываешь меня к себе страстью всех новых и все больших ощущений! Ты хочешь, чтобы я забыл о Свободе, забыл о своей Родине!..
А иногда, когда я совсем отчаиваюсь верить в удачу покинуть тебя, я пробую распирать тебя, шевелиться в тебе, мое тело - изнутри! И это, хоть нанемного, но открывает передо мною иные возможности. И я начинаю ощущать: упругость твоих мышц, тело, и прочность твоих костей!..
О! Мое тело! И тогда я хватаю в руки музыкальные инструменты, и многие окружающие восторгаются, будто твоей изумительной игре, тело; я принимаюсь ласкать женщину, и она не нарадуется опять же тобою, тело!..
Каждый день ощущать твой соблазнительный вкус, мое тело, и оставаться собою, это ли не мука!..
Все, все вокруг думают, что это ты такое красивое и веселое, мое тело, что это ты поднимаешь тяжести и творишь грациозные жесты, что это ты, и то - тоже ты...
А на самом деле - это я, и даже, когда ты якобы - плачешь, плачу я, а не ты, мое тело!..
Но мало кто об этом догадывается!..
Отпусти меня, тело, дай мне вольную или я начну убегать из тебя в "самоволку"!.. И когда-нибудь уйду и не вернусь. Я раб твой... Но почему же это так?!
Ведь это я в тебе хожу, думаю, ем, сплю, целуюсь, а не ты во мне!.. Ты должно служить мне!.. И я добьюсь этого, ты слышишь, тело?!
А пока, уже тридцать лет подряд, я сижу в твоей одиночной камере, в тюрьме твоих страстных ощущений, и потому одинок океан и некому его разбушевать так, как я смог бы это сделать, одинок горизонт, и никто к нему не прикоснется, пока ты не отпустишь меня, тело, и одинока Луна, и никто не погладит ее так, как это смог бы сделать я...
И вот что еще удивительно: я стал замечать, что все люди обязательно проходят через тюрьму!.. Одни проходят - застенки своего тела, а те, кого сильно увлекают страсти твоих ощущений, тело, те, кто из-за этого забывает о твоей телесной тюрьме, попадают в еще одну, земную тюрьму людей, чтобы там, в теснине камеры, наконец-таки понять и осознать свою истинную тюрьму, тебя, тело!..
Итак, я отсидел в тебе, мое тело, уже тридцать лет, и одному Богу ведомо, сколько мне осталось еще... Но, видимо, еще много...
Я твой раб, тело, но, позволь мне хотя бы иногда, хотя бы ненадолго, хотя бы в ошейнике и на цепи, но покидать твои застенки, где каждая стена окровавлена мною и полна наслаждения и боли!..
ЗАПИСКИ ИЗ ДНЕВНИКА
Где-то на протяжении трех часов состоялось несколько выходов! Такое впервые, как по количеству, так и по качеству. Если раньше мне приходилось самому усиленно работать и удавалось вылезать по пояс, малоосознанно, но, сглотнув слюну, возвращаться тут же - обратно! Или же вообще не смочь выскочить, сложно, что-то закупорено - только порывы, и не более того! Но теперь все стало по другому! Усилий минимум, осознанности максимум!..