Без Москвы
Шрифт:
Специалистам Кировского завода была поручена работа над многобашенным танком «Сергей Миронович Киров». По собственной инициативе Конструкторское бюро, которым в тесном контакте с Зальцманом руководил конструктор Жорес Котин, создало танк «Клим Ворошилов» – знаменитый КВ. Во время войны с Финляндией Зальцман и Котин выезжали на боевые позиции, чтобы своими глазами увидеть, как их танки проламывают укрепления линии Маннергейма. По итогам боев первенство осталось за КВ, и он был принят на вооружение. На его позднейшей модификации – КВ-2 – установлено столь мощное оружие, что даже танкисты пугались отдачи.
Руководство Советского Союза не сомневалось в превосходстве своего танкового вооружения, и для этого были все основания. Когда 22 июня 1941 года немецкие войска перешли
Немцы не знали ни про Т-34, ни про КВ, поэтому появление таких машин для них было шоком. Их спасло только то, что экипажи были не совсем подготовлены. А также не хватало солярки, снарядов.
Советские войска стремительно отступали, оставляя на полях сражения вооружение и боеприпасы. К концу 1941 года из 20 000 советских танков предвоенного времени осталось всего 1300 машин. Армия была фактически разоружена. Производство новых танков стало условием выживания.
Кировский завод в сентябре 1941 года по существу находился на линии фронта. Хотя передовая проходила в четырех километрах к югу, прямо на территории завода уже была построена оборонительная линия. Все цеха были заминированы, так как было понятно, что завод могут в любой момент занять немцы. Тем не менее, предприятие работало и выпускало танки КВ, которые шли прямо на фронт. Работать было возможно, потому что, хотя немцы и обстреливали завод, делали они это с каким-то идиотским педантизмом – в одно и то же время. Поэтому можно было организовывать работу так, чтобы риск подвергнуться артиллерийскому обстрелу был минимальным. Зальцман продолжал руководить заводом в самое тяжелое для Ленинграда время и, вероятно, оставался бы в блокированном городе, если бы не звонок от Сталина.
Сборка танков КВ-1 на Ленинградском Кировском заводе. 1941 год
Танкоград. Боевая машина сходит с конвейера. 1942 год
Сталин высоко оценил заслуги «кировцев» и поручил Зальцману организовать производство танков в Челябинске. Зальцман немедленно вылетел. Вслед за директором на Урал переправили кадровых рабочих Кировского завода, и Сталин приказал присвоить челябинскому производству привычное для ленинградцев имя Кирова. Однако в военное время это предприятие чаще называли Танкоградом.
Леонид Зальцман, сын Исаака Зальцмана: «В первое время было много оборудования установлено просто на территории, без корпусов. Люди работали под открытым небом».
Татьяна Штанько, дочь Исаака Зальцмана: «Я помню землянки неподалеку от нашего дома. На заводе работало 75 тысяч человек, а жило здесь 300 тысяч, учитывая семьи».
Рабочая смена длилась по 11 часов, люди трудились без выходных и отпусков. Сам Зальцман даже ночью находился на заводе. Не справившихся с заданием начальников цехов увольняли и ставили работать у станка. Во время обсуждений важных вопросов директор завода клал на стол пистолет, грозя провинившимся расстрелом. Впрочем, все знали, что пистолет этот ни разу не выстрелил. В работе Зальцмана строжайшая взыскательность сочеталась с бережным отношением к рабочим.
Леонид Зальцман, сын Исаака Зальцмана: «Когда собирались ветераны, они вспоминали, что во время войны на заводе было много совсем молодых людей, стоящих у станка. Они трудились по 10 и по 12 часов и физически еле это выдерживали. Тогда отец ввел специальные пайки для молодых людей, они назывались УДП. Люди шутливо называли их: “Умрешь днем позже”».
Евгений Зданчук, начальник I отдела ОКБТ Кировского завода: «Время было жесткое, поэтому приказы, тем более верховного главнокомандующего, должны были выполняться, не взирая ни на что и ни на кого. Однажды позвонил Зальцману Сталин и сказал, что, по-моему, 50 танков через 2 или 3 дня должны быть под Москвой. В Танкограде не было двигателей. Зальцман, пользуясь правами замнаркома танковой промышленности, остановил проходящий мимо эшелон с авиационными двигателями и нужное количество взял. Ночь работали конструкторы Котина, и указание верховного главнокомандующего было выполнено в срок. Правда, потом это чуть не закончилось печально, поскольку Министерство авиационной промышленности курировал Берия, а Зальцман увел у Берии его товар. Пришлось заступничества у Сталина просить».
После того как Зальцман организовал работу в Челябинске, в феврале 1942 года его перебросили в Нижний Тагил, где за 2 месяца он наладил массовое производство Т-34.
Летом 1942-го Сталин назначил Зальцмана наркомом танковой промышленности. На своем самолете новый нарком отправился в Сталинград (ныне – Волгоград), организовал производство в Горьком (Нижний Новгород) и Свердловске (Екатеринбурге). При наркоме Зальцмане советская военная промышленность выпускала больше 100 танков в день.
С немецкой стороны производством танкового оружия занимались солидные старые фирмы «Порше», «Круп», «Рейнметалл», однако они были не в состоянии достичь подобного результата.
Поздней осенью 1942 года в кабинете Зальцмана раздался звонок по ВЧ. Вызывал Сталин. Зальцман был очень встревожен, потому что думал, что рабочий день уже закончен и принял 100 грамм, а Сталин этого не любил. Когда он с Жуковым и начальником бронетанкового управления Федоренко оказался в кабинете Сталина, то вот это и составляло предмет его волнений – как бы не унюхал Хозяин. Но Сталину было не до этого. У немцев появился тяжелый танк «тигр». Все свои надежды немецкое командование возлагало на его боевые достоинства. И Советская армия должна была создать оружие, которое бы превосходило бронетанковую мощь немцев.
Летом 1943 года, когда куратором танковой промышленности стал Берия, Зальцману пришлось оставить должность наркома и вернуться в Танкоград. Перед ним была поставлена задача – создать оружие, способное остановить «тигры», броня которых была неуязвима для пушек Т-34 и КВ. Танкоград за месяц освоил производство самоходок «Зверобой». А когда в конце 1943 года на полях сражений появился танк «Иосиф Сталин», стало очевидным: в соперничестве с советскими оружейниками немецкая промышленность проиграла.
На территории Кировского завода стоит танк ИС – «Иосиф Сталин». Это и есть наш ответ «тиграм», танк, с которым Советская армия вошла в Берлин и выиграла войну.
Сборка танков ИС-2 в Танкограде. 1944 год
Сергей Нетребенко, историк: «Есть воспоминания немецкого танкиста Отто Кариуса. Он пишет, что танк ИС-2 являлся единственным достойным соперником танку “Тигр”. Немецких танкистов их командование заставляло уклоняться от открытых боев с этим танком, нужно было действовать только из засад».
Татьяна Штанько, дочь Исаака Зальцмана: «Это был в своем роде звездный час для многих промышленников того времени. Для моего отца эта огромная работа была счастьем».
В музее Кировского завода хранится мундир генерал-майора Зальцмана. Он весь – в орденах и медалях. Между своими тридцатью и сорока годами Зальцман возглавлял Кировский завод, потом – знаменитый Танкоград в Челябинске, затем начинал производство танков в Нижнем Тагиле, после был наркомом танковой промышленности, потом – снова вернулся в Челябинск. Всего под руководством Зальцмана было выпущено 18 000 танков. Неслучайно на Западе журналисты назвали его королем танков.