Без кислорода. Вторая книга
Шрифт:
Поднявшись на ноги, аккуратно подползаю к ней:
— Я не могу говорить за других. Но конкретно я взял против воли и надругался над девушкой, которую не осознавая полюбил всем сердцем. Пожираемый заживо от чувства вины за содеянное, я понимал, что ничего не могу исправить. И забыть тебя не мог, как ни старался. Решил, что эта дурацкая связь поможет стереть тебя из памяти, но ошибся. Прости меня, маленькая, это последняя горькая недосказанность между нами,
Она делает большой вдох, отчего ее плечи приподнимаются и оборачивается ко мне. Когда замечаю ее печальную и даже немного виноватую улыбку, мое дыхание перехватывает и сердце ноет от облегчения. Придвигаюсь, сокращая между нами расстояние и обнимаю ее. Нет никакого протеста, не отталкивает, а удобнее устраивается в коконе моих рук и щекой прижимается к груди. Боже, она сведет меня с ума. Или в могилу. Своим взрывным темпераментом и такими дикими выходками, под воздействием скоропалительным решений. Пусть весь мир катится к черту, когда она просто позволяет держать ее в руках и не кричит о том, что хочет меня бросить.
— Что будем делать?
— В смысле? — бормочет мне в грудь.
— Надо бы сходить разогнать всех, а то там такой балаган. Да маму предупредить, что все отменяется, — риску конечно быть посланным куда подальше, но с толпой людей, снующих по дому и территории, нужно что-то делать.
— Зачем разгонять? Твою маму хватит сердечный приступ! Столько месяцев подготовки и все коту под хвост? Неа.
— После такого ты готова стать моей женой? Мне теперь страшно появиться в обществе дам у тебя на глазах. Не знал, что ты такая ревнивица. Ты обещаешь ни на кого не набрасываться и не вырывать им волосы? — Я просто обязан разредить обстановку и перевести все в шутку. Она не устоит от моего чувства юмора. Всегда так было.
Она хохочет так громко, что я улыбаюсь ей в ответ и на душе становится тепло и спокойно.
— Если я узнаю о твоих делишках за моей спиной, — с прищуром смотрит на меня и чуть отстранившись от меня, грозно качает указательным пальцем, — даю слово, вы умрете от моих рук оба и будете корчиться в муках. Поверь мне, смерть не будет сладкой. — Пытается говорить серьезно, но ей едва удается.
— Верю, и ни за что не буду так рисковать.
— То-то же! — делает мне великое одолжение, и я наклоняюсь к ней, отчего замирает.
— Хорошо, что твой дружок еще не приехал, иначе мне бы пришлось и от него отбиваться. Он за тебя всегда горой.
— Он всегда такой, настоящий друг. Надеюсь
Данька не опоздает на церемонию. С его недавнего переезда сюда, мы виделись всего пару раз. Для него будет сюрпризом, когда узнает, что он вместо отца поведет меня под венец, — полностью увлеченная своими мыслями, делиться со мной и игнорирует меня.— Так ты выйдешь за меня сегодня? — спрашиваю возле самых губ и смотрю в упор, ожидая ответа.
— Выйду, — шепчет и я осыпаю губы мягкими, бережными поцелуями, пока она не раскрывает из, чтобы впустить меня.
Тремя часами позже:
Я даже не слышал речь женщины-регистраторши, после клятв, что повторили за ней. Лера ответила «да», вот что главное. И теперь я во все глаза рассматриваю свою молодую жену. Власова Валерия Сергеевна. Звучит идеально. В белоснежном подвенечном платье она выглядит потрясающе, красивая и вся моя. Отрывает от меня свои невероятные глаза, а потом обернувшись ко мне хмурится и кивает в сторону, заставляя посмотреть. Следую ее взгляду и повернувшись вижу сына, которого за руку ведет его бабушка, по ковровой дорожке, между рядов со стульями, на которых расположены гости. На рукаве его белоснежной рубашки замечаю черный мазок земли, все-таки запачкался. В руке он несет небольшую машинку-коробочку, отделанную бархатом. Они останавливаются возле нас и придерживая коробку, моя мать помогает ему открыть багажник машины, в котором находятся наши кольца. Присев, целую сына в лоб и беру кольцо. Рука Леры ледяная и дрожит, обхватываю ее теплой ладонью и оставляю кольцо на ее пальце. Она дарит мне взволнованную улыбку и взяв мое кольцо, не с первого раза, но все же одевает его на мой палец. Под восторженные крики, свист гостей мы скрепляем наш союз поцелуем и оторвавшись от ее губ, шепчу:
— Как ты, Власова?
— Вроде хорошо, но держись рядом, я не уверенна на счет своих ног, они немного ватные, — шепотом выдыхает.
— Я всегда рядом, даже не сомневайся, — подмигнув, подхватываю ее на руки и кружу, отчего она визжит. Толпа гостей взрывается еще большими возгласами, подбадривая меня.
— Вот и все Лера, теперь ты навеки моя. — Останавливаюсь и поставив ее на ноги притягиваю к себе, обнимая, — И я обещаю, что каждую минуту своей жизни потрачу на то, чтобы сделать вас счастливыми. Любовь моя, ты никогда не пожалеешь, что дала нам этот шанс.
— Знаю. Так и будет, любимый.