Чтение онлайн

Он не понял.

— Про спутника спорить не буду. В одиночку одолеть такой путь будет сложно даже с твоими дарами. Но я о другом. Этот сбой… Нам придётся держать возвращение к тебе дара в тайне. Храм — это Братство. А Серые служат Конклаву. Я по-прежнему не готов им открыться. Нам нельзя допустить, чтобы в городе кто-то лишний узнал то, чего никому знать нельзя. Повторяю вопрос: этот Рохус, ты ему доверяешь?

— Не знаю… Просто он мне плохого не делал. А Конклав… Может после того, как им стало известно про демонов… Ну, про гахаров. Может, теперь их не стоит бояться? Вдруг, они, наоборот, нам помогут? Помогут тебе?

Объяснять

бесполезно. Мальчишке попросту невозможно понять всех нюансов психологии фанатичных царьков отсталых планет. На поклон к местным властям я пойду в самом крайнем случае. Вероятность положительного для меня результата подобных переговоров ничтожно мала.

— Не уверен, что Конклаву известно про демонов. Ковчег прилетел к Выходу следом за нами. Все, кто был мной там оставлен, мертвы, включая порожника и Братьев из крепости. Гахары на Суши. Часть из них прошла сюда тем же путём, что и мы. Думаешь, откуда я взял ту жемчужину?

— Отобрал у гахара? Ого! Дело дрянь…

— Я о том же. Давай так. Мы откроемся твоему Рохусу, и в дороге я с ним познакомлюсь поближе. Если он нам подходит, вольётся в отряд. Если нет… В одиночку идти через пояс, и правда, нелёгкое дело. Напарник нам нужен. Я дам ему шанс.

— А, что с Зайкой? — хмурится изгнавший меня мальчишка. — Сразу предупреждаю: её я убить не дам. Пусть уж лучше здесь остаётся, сородичей ищет. Её с Суши с собой не забрать. Обойдёмся без её ушей. Жалко…

И только теперь Китар возвращает мне управление. Зайка… Он уже раз обмолвился про некую Зайку, но спросить я про неё не успел.

— Что за Зайка?

— Моя подруга. Тушкатка. Она спасла меня. Такая же сирота, как и я. Ей я верю. Клянись, что не тронешь её!

Ну вот и проблема… Мальчишка успел завести себе друга из местных. К друзьям он относится трепетно. Тут выбора нет.

— Обещаю: убивать твою Зайку не будем. А вот насчёт взять с собой… Время дорого. Бери в руки секиру, принимайся за сердце. Пока будешь его шинковать, рассказывай, что у тебя здесь творится.

Китар рад. Моё предложение принято. Стянув с себя лишившийся рукавов балахон, чтобы его не запачкать, мальчишка принимается за работу. Слова полетели. Теперь, когда говорить ему ничего не мешает, носитель частит, как ужаленный. С ним тоже на Суши случилось очень много всего. Постепенно у меня в голове складывается картина происходящего. На повестке дня пятеро.

Двое — стопроцентные трупы, с ними вопрос решён. Последний из хитрых предзов — не зло во плоти. Я бы на месте этой четвёрки поступил точно так же. Но мальчишка уже причислил этого Хэла к отъявленным подлецам, и особого смысла рассматривать эту кандидатуру не вижу. Четвёртым идёт некий Рохус, с пока незапятнанной репутацией. С ним ещё пообщаемся. И пятый оставшийся в живых бывший член отряда погибшего Бона — тушкатка. Её сверх чуткий слух нам полезен. Зайке я скорее всего разрешу пойти с нами. Здесь польза преобладает над рисками.

Нет, всё-таки моё возвращение в Китара — большая удача. И дело не только в том, что я спас основного носителя от неминуемой смерти. С дарами, с возможностью захватывать ходоков и со знанием тайны последней норы, мы покинем Сушь быстро. Вопрос лишь в составе, в котором мы перенесёмся на следующий пояс.

Мне хочется верить, что Вепрь с друзьями прикончили перерождённого Зоха. С великаном-бездарем, каким я на время успел сделать того ходока,

они справятся. В идеале Сепан тоже жив. Надеюсь, они доберутся до города, где мы с ними и встретимся. И мой рюкзак тоже. В нём осталось слишком много ценного: две жемчужины, кубики-пропуски, браслеты-душилки, семена и бобы. Впрочем, последнего у меня теперь будет приличный запас. Один только этот ходок с почти полной звездой на лбу принесёт нам достаточно, что того, что другого.

— Всем добычам добыча! — довольно восклицает Китар, закончив работу. — Целых тридцать три боба и аж девять семян.

Возвращаемся в лагерь. Есть время помыться. Процесс этот долог. Приходится набирать флягу и из неё уже лить на себя воду тоненькой струйкой. Этим делом уже занят я. Параллельно рассказываю Китару о произошедшем на Суши со мной. Мальчишка время от времени перебивает меня. В частности, он поведал мне о верёвочной переправе через Живую реку, налаженную ислинами. К ней для начала мы и отправимся.

Также, Китар порывался позвать свистом Зайку, но я пока запретил это делать. Не стоит ей видеть того, что случится в ближайшее время. К тому же, у меня есть сомнения по поводу результата попытки призыва сейчас. Наделённая таким чутким слухом тушкатка, напуганная приближением ходока, скорее всего убежала чересчур далеко и на зов не откликнется. Займёмся её поиском завтра.

А вот со сроками возвращения в лагерь первых людей-беглецов я ошибся. И пары часов не прошло, как один уже спускается в низину с холма, за которым остался лежать выпотрошенный труп ходока. Наверное, наблюдал за округой с какой-то возвышенности, и пропавший из его поля зрения великан натолкнул человека на мысль о разрешении проблемы неким чудесным образом.

— Как? Как ты смог?

Я отброшен от руля. Китар шепчет:

— Я сам.

Эх… Мальчишка… Китар не меняется.

Всё-таки они с Рохусом бросились в разные стороны. Иначе бы сейчас пришли вместе. А он быстро вернулся. Бровястый смелее других? Или Дерман просто нетерпелив во всём, и любое ожидание заставляет его страдать, а не только воздержание, как можно было подумать? Ну что же, своё он отмучался — его смерть будет быстрой. Хотя… С чего это такие подарки уроду? Нет, насильник так легко не отделается.

— Умею уговаривать.

— Что? — не понял подходящий ко мне Дерман. — Ты о чём? Ходока как убил, тебя спрашиваю.

Сейчас он меня не боится. Но это только пока.

— Так и я о том, — улыбнулся я гаду. — Мне, в отличие от тебя, дают. Попросил отдать сердце, и ходок из груди его вырвал.

Но у Дермана нет настроения «перешучиваться». Да и не понял он мой намёк.

— Что за чушь ты несёшь… Я серьёзно. Как убил ходока?

Кроме ножа у ублюдка нет никакого оружия. Да, если бы и было…

— Не большая чушь, чем твой трёп про залётных тушкатов, — прорычал я, резко переменившись в лице.

Дерман остановился. Десятка шагов до меня не дошёл. Вот теперь ему стало страшно. И пугаю его не столько сам я, сколько страшит гада труп ходока с развороченной грудью. Ведь как-то же я великана прикончил.

— Знаешь, значит, — пробурчал он, косясь на копьё, лежащее у меня за спиной. — Дрог, паскуда, в отместку сдал. За то, что я его ждать не стал. Понимаю… Никудышний из меня друг. Или это был Хэл?