Бессилыш
Шрифт:
Я уверен, что этот дар ходока претерпел те же самые изменения, что и могучий удар Гило, и полёты Дормиана. Гигант может выдыхать свой огонь, хоть весь день напролёт, но с определёнными не слишком длинными перерывами между каждым плевком. Весь вопрос в том — насколько они коротки?
Камней у основания плато достаточно. Стремительными перебежками продвигаюсь вдоль кручи в сторону ходока. С момента нашего обнаружения великана тот успел уже трижды послать в пещеру огненный шар. Ещё пара выстрелов, и я смогу сделать окончательные точные выводы.
Хотя, моя правота и сейчас уже не вызывает сомнений.
Не слишком проворного ходока, если тот не будет иметь преимущества в виде даров, я смогу убить с большой долей вероятности, но и тут остаётся определённая доля риска. Вот только она не настолько велика, чтобы остановить меня. Пусть и маленький, но есть шанс, что в пещеру чудовищем загнан Китар, так что я не могу пройти мимо. Или же в этой ловушке ждёт помощи кто-то из моих ценных соратников, вроде Кэйлора или Терикуса. Впрочем, там может прятаться и гахар, но мне в любом случае придётся проверить, кого стережёт великан.
Всё, я в шестидесяти метрах от ходока. Безмозглый гигант так сильно увлечён наблюдением за пещерой, что в другие стороны даже не смотрит. Подобравшись к данной позиции совершенно бесшумно, я не дал ему шанса заметить себя. С интервалами между плевками я прав — у меня будет на всё про всё три минуты. Успею.
Дожидаюсь очередного выстрела пламенем и бросаюсь к гиганту. Великан резко поднимается на ноги. Его ментальный радар засёк меня с тридцати пяти метров. Наверное, радиус пеленга немного колеблется от ходока к ходоку.
У меня в руках по мечу. Снятые с пояса ножны, чтобы мне ничего не мешало, оставил валяться у камня. В предстоящем бою я планирую одержать победу за счёт преимущества в скорости с ловкостью. Лапы чудища потянулись ко мне. На уродливом лице ходока неподдельное счастье.
Подныриваю под растопыренные пальцы чудовища и прокатываюсь кувырком у ходока между ног. Последние и станут моей первой целью. Резко вскакиваю и в прыжке наношу мощный рубящий удар по поднимающейся вверх на шаге огромной ступне. Вернее, не по самой ступне, а по тому месту, в котором она соединяется с голенью. Клинок входит в плоть великана аккурат над пяткой.
Отлично! Ахил разрублен первым же ударом. Отскакиваю от метнувшейся ко мне лапы довольно проворно развернувшегося на одной ноге ходока и жду, когда раненый гигант наступит на вторую.
Ага! Не упал, но вес мгновенно перенесён обратно. Побегать у этой хромой туши уже не получится. Устремляюсь в атаку. Прыжок в одну сторону — и тут же бросаюсь в другую. Звёзды! Он едва не схватил меня! Впредь нужно свести к минимуму подобные авантюры. Даже ходок-бездарь остаётся опасен. Даже для меня.
Резкий режуще-рубящий удар — и вторая нога великана выведена из строя тем же самым приёмом. Колени ходока подгибаются. На них он и падает. Но этого мало. До жизненно важных органов мне по-прежнему не достать. Лови меня, глупая тварь!
Отбегаю на несколько метров от опустившегося на колени гиганта. Очевидно, что эта тупица будет пытаться меня поймать, даже не имея возможности подняться на ноги. В выпученных глазах
великана не видно, ни страха, ни боли. Ни секунды не думая, ходок бросается ко мне на четвереньках.Скорость так себе. Убежать от опущенного на четыре конечности великана не составляет проблем. Но такой цели передо мной не стоит. Отступая, даю ходоку разогнаться. Всё, висит на хвосте. Рывком разворачиваюсь и бросаюсь в обратную сторону. Только что поднявшаяся для очередного шага рука великана устремляется ко мне. Вторая, упираясь в землю, поддерживает гигантскую тушу. Так и хочется её подрубить, но не вижу смысла затягивать схватку.
Увернувшись от тянущейся ко мне лапы, оказываюсь под недостаточно быстро опускающейся головой чудища, вознамерившегося меня сцапать зубами, и взмываю вверх в высоком прыжке. Отсутствие у огнеплюя бороды — большой плюс. Остриё клинка без помех входит в шею гиганта на локоть и, прочертив дугу, в брызгах крови вырывается из плоти ходока метром дальше.
Рана очень глубокая. Соотнося её с размерами ходока, легко делаю вывод: он — труп. С приземления уйти в кувырок, прокатиться под туловищем великана, вскочить на ноги, отбежать на несколько метров — и можно спокойно любоваться агонией жертвы. Из-под упавшего на землю гиганта расползаются в разные стороны ручейки крови. Очень скоро они разрастутся в огромную лужу.
Быстрый взгляд на пещеру. Выходить из ловушки никто не торопится. Зову своих взмахом руки. Через пару минут мои спутники будут здесь — к тому времени продолжающий дёргаться великан уже точно сдохнет. Я же пока загляну в «мышеловку», чтобы узнать, что за «мышки» там прячутся.
Подошёл ко входу в пещеру. Вот теперь всё понятно. Через дюжину метров узкий лаз поворачивает. Огнеплюй раз за разом отправлял свои снаряды в закопчённую чёрную стену. Если ход не заканчивается тупиком сразу же за изгибом тоннеля, человека или людей, что там прячутся, жар был не должен достать.
— Есть здесь кто?
— Есть! Я! Мы! — тотчас подхватило эхо донёсшийся из пещеры ответ.
Из-за поворота тоннеля выскочил человек с копьём в руках. Увы, его я вижу впервые.
— Кто ещё?
— Ещё двое со мной. Вы убили его? Великана?
— Убили. Зови своих. Выходите.
— Слава Единому! Только… — замялся мужчина. — Выходить больше некому. Со мной здесь два трупа, считай. Огнём их достал. Бедолаги свои последние часы доживают.
Ловушка? Едва ли. Но лучше дождусь своих спутников.
— Тогда жди. Мы сейчас.
Вернувшись к гиганту, я удостоверился в смерти последнего. Вскрывать будем позже. Ну, где там Клещ с Вепрем? Как раз подбегают.
— Хорош! — оценил результат скоротечного боя Гаспар. — Раз, два, три — и готово.
— Беру свои слова про психа обратно. Это было прекрасно, — отвесил мне церемонный поклон Вольфганг. — Моё почтение. Я бы так не сумел.
— Он ещё и не то может, — осклабился довольный до нельзя Клещ.
И только лицо Хайдара не светится радостью.
— Кто в дыре? — спросил Вепрь. — Живы хоть?
— Один цел, двое ранены. Сильно. Вы с Клещём со мной. Идём внутрь, — поманил я за собой мунцев, двинувшись обратно к пещере.
— Значит, надо быстрее потрошить эту тушу, — охнул Гаспар. — Тут возни на полдня.