Чтение онлайн

— У воинов инквизиции на вооружении есть ещё крупнокалиберное ружьё с автоматической подачей зарядов в стол, с применением длинной ленты, снаряжённой медными капсулами с порохом и пулями, — выдал очередной секрет чужестранец.

— Тебе известен принцип действия? — подняв брови, заинтересовался мастер.

— Нет, я видел стрельбу издалека — весьма впечатляющую по скорострельности и убойной силе, — тяжело вздохнув, развёл руками Василиск. Если бы ему удалось достать хотя бы одну пулю, выпущенную из автоматического ствола, то он мог бы узнать всё о секретной разработке инквизиторов, а пока приходилось довольствоваться лишь внешним видом оружия.

— Тогда не будем заморачиваться с неведомой новинкой, а попробуем разобраться с отчасти известной

тебе моделью, — призадумался над интересной задачей Олаф и уже через пару минут высказал свои идеи: — Полости зарядного барабанчика можно с задних концов прикрыть щитками, чтобы порох из камер не просыпался. А в верхней части щитка сделать небольшое отверстие напротив ударника с кремнем. Вот только работа предстоит ювелирная: нужно очень плотно совместить полость барабанчика со стволом, да и ударник с кремнем должен точно бить в запальное отверстие камеры, ведь пороха на полку при каждом выстреле теперь не подсыплешь. Будет долгая морока при заряжании камер, поэтому следует пользоваться сменными барабанчиками. А так как калибр и ствол нашего скорострельного оружия будем делать побольше, то приложенного усилия пальца к спусковой скобе окажется явно недостаточно для проворачивания барабана и взвода кремнёвого курка. Придётся предусмотреть рычаг для изготовки к очередному выстрелу, и пользоваться второй рукой. Да с одной руки и стрелять неудобно, вес нашего изделия получится солидным, даже если сделаем с коротким стволом.

— Для прицельной стрельбы нужен бы складной металлический приклад. Ювелирным изделием я уж точно не стану бить как дубинкой, — улыбнувшись, успокоил мастера Василиск. — И ствол надо бы сделать вдвое длинней обычного пистолетного. Это будет оружие для средней дистанции и против массового противника, — задал характеристику скорострельного короткоствольного карабина Василиск. — И хотелось бы заряжать барабанчик уже заранее снаряжёнными медными гильзами.

Василиск нарисовал на краю листа изображение патрона, который видел в заправленной ленте скорострельного ружья.

Олаф на минуту призадумался над проблемой создания готового к применению заряда.

— Медные капсулы, какие используют инквизиторы, я изготовить не смогу, но начинённый пулей и порохом картонный патрон можно попробовать сделать. При повороте барабанчика острый резец, напротив курка с кремнем и железной пластиной оружейного замка, распорет картонную оболочку, обнажив пороховой заряд. Придётся ещё предусмотреть верхнюю крытую камеру, защищающую порох от просыпания и попадания влаги… Вообще, сложная выйдет конструкция. Ну так я сразу предупредил, что подобные пистолеты делаются под индивидуальный заказ и на любителя. А с твоими требованиями и новшествами работа займёт не один месяц.

— Обойдусь пока обычными пистолетами, — пожал плечами Василиск. — Или, может, на рынке удастся раздобыть арбалет — всё же скорострельность у него выше.

— Добудем, — кивнул Олаф. — Только ты у жадюги Билла денег достань, мои–то накопления реквизировали испаньольцы, а компенсацию Хитрован обещает выплатить только после реализации трофеев.

— Мне тоже, — развёл руками Василиск. — Однако я рассчитываю разжиться денежками в порту.

— Неужто так сразу грабить пойдёшь? — уже зная характер праведного юноши, недоверчиво усмехнулся Олаф.

— Грабить грабителей — не грешно, — подняв указательный палец, изрёк известную пиратскую истину юный экспроприатор неправедно нажитых ценностей.

Однако по приходу в Панский порт, местные деляги сами попытались ограбить удачливых северян. Сначала не впустили фрегат в гавань, а потом, разобравшись с его принадлежностью, приказали стать на внешнем рейде, под пушками оборонительного форта. Части команды разрешили сойти на берег, стремясь тем самым ещё больше ослабить экипаж корабля. Василиск, Олаф, Бедолага и Сармат отправились на рыночную площадь, а капитан Билл направился в городскую управу, для дачи объяснений. Остальные северяне и индские матросы во главе с Горемыкой и Сахилом–мореходом затаились

на борту фрегата. Главы городского совета не могли предположить, что столь крупным кораблём управляет столь малая команда, иначе у них могла бы возникнуть шальная мысль взять фрегат на абордаж.

В кабинете управляющего городом–портом собрались на экстренное совещание главы городского совета. Панский перешеек был под совместным протекторатом государств Морского Союза, состоящего из стран Старого Света, противостоящих испаньольской Метрополии.

— Уважаемый капитан Билл, прошу дать некоторые пояснения по поводу обстоятельств перехода фрегата в вашу собственность, — призвав к тишине рассевшихся по обе стороны длинного стола важных синьоров, постучал деревянным молоточком по подставке тучный мер города в модном белом парике. — Хочу вам напомнить, что Морской Союз не поощряет пиратства, а также, в настоящий момент, не ведёт военных действий с флотом Метрополии в Новом Свете.

Билл, как бывалый пират, конечно же, знал, что мер сильно лукавит насчёт военного нейтралитета и осуждения морского разбоя у берегов Нового Света. Второй по доходности статьёй городского бюджета, после эксклюзивной торговли с купцами из Диких Земель, являлась как раз перепродажа трофеев пиратов Карибских островов. Однако Билл также осознавал, что из–за чужого фрегата никто из местных барыг открыто ссориться с властями Метрополии не станет.

Интересы Метрополии представлял аббат Панского монастыря, непосредственно назначаемый Святым Престолом из Старого Света. Он уже успел получить голубиной почтой известия о захвате испаньольского корабля и бегстве с Северного Архипелага опасного колдуна, разыскиваемого инквизицией.

— А также не даёт пристанища пиратам и колдунам! — погрозив пальцем, решил дополнить реплику мэра, упитанный не менее его, аббат, с трудом втиснутый в чёрную сутану.

— Святой отец, ваши обвинения беспочвенны, — скрестив руки на груди, откинулся на высокую спинку кресла капитан Билл. Кота и попугая он в этот раз брать с собой не стал, ибо мысли и чаяния собравшихся синьоров отлично знал и без всякой телепатии. — Синьоры, я уверяю, что на борту моего корабля только честные моряки.

— Командир таможенного отряда докладывал о группе смуглых дикарей, замеченных им на палубе фрегата, — прищурив глаз, уличил северянина во лжи один из членов совета.

— Это матросы с потерпевшего крушение у островов Архипелага индского торгового судна, — парировал укол капитан Билл. — Мы возвращаем их на родину.

— Ах вот как теперь называется работорговля? — ехидно хихикнул мэр. — Однако мы тут собрались обсуждать не тонкости коммерции, а захват вами испаньольского фрегата. Интересно, как вы ухитрились взять военный корабль на абордаж?

— Никакого абордажа не было, — нагло улыбаясь, развёл руками Хитрован Билл. — Капитан Алонсо Ортис добровольно покинул фрегат, обменяв его на мою шхуну «Морж» и сундук, доверху набитый «солнечным камнем». У меня при себе и подтверждающие документы имеются. — Билл достал из кожаного портфеля две бумаги и попросил рядом сидящих соседей передать их мэру. — Тут и купчая на шхуну в наличии, и расписка в получении на временное хранение сундука с «солнечным камнем» приложена.

Пока обе бумаги прошли по рукам сидящих вдоль длинного стола синьоров, левая половина собравшихся получила возможность лицезреть официальные документы и убедиться в их подлинности: все печати и подписи были поставлены должным образом.

— А почему в расписке указано принятие ценностей на временное хранение? — повертев в руках документ, не понял подвоха мер.

— Да потому, что мой сундук с драгоценными камнями дороже нескольких таких фрегатов, который оставил в залог синьор Ортис. Он клятвенно обещал произвести честную оценку ценностей и, после получения разрешения от испаньольских властей, всё вернуть законному владельцу. Если подлый испаньолец не вернёт мою шхуну и сундук, то я вправе выставить фрегат на продажу, и хотя бы частично компенсировать свои потери.