Чтение онлайн

Я ощущал себя бессильным, но тело гудело решимостью, что была сильной, как магия.

— Даже я не знаю, что за ответственность ложится на Чемпиона, — сказал папа. — И есть политика. Мы не знаем, как именно Круг воспримет твой отказ от их выбора. Доверься мне в этом, Финн.

Нет. Я доверял ему, как и Марго, но как я мог продолжать, когда они не давали мне сделать то, что я хотел? Я сам выбрал этот путь.

— Я не откажусь, — сказал я. — Это мой выбор, и ты не можешь лишить меня его. Если попробуешь, я… расскажу всем, кто слушает, как можно громче, что мне не дали шанса проявить себя…

Шок на лице папы ранил меня. Даже после моего заявления и побега утром он не верил, что я стану перечить ему.

— Прости, — добавил я. — Я приму вину, если что-то пойдет не так. Это мое решение, пап. Не запрещай мне.

Папа еще миг смотрел мне в глаза. Отвел взгляд.

— Мне нужно поговорить с твоей мамой, — сухо сказал он, повернулся и пошел по коридору.

Его ответ не был принятием, но я смотрел ему вслед и знал, что выиграл.

Я хотел бы ощущать от этого больше радости.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Рочио

Папа припарковал нашу старую «Кию» в нескольких футах от моста острова Рикерс. Между небольших рощ деревьев на солнце сияли стальные прутья. На них слабо мерцала защитная магия. Мужчина в простом сером костюме — явно маг — сторожил вход.

Гул магии в воздухе был несравним с напряжением в машине. Двигатель умолк, и тишина гремела. Плечи папы были опущены, мама потирала губы, словно пыталась отыскать слова. Они открыли свои двери и вышли. Нужно было прибыть к девяти к вратам, оставалось двадцать минут.

Папа притянул меня к себе возле машины. Он прижал меня к своей твердой груди.

— Я сделаю все, что нужно, — сказала я, но голос звучал вяло. Я добавила тверже. — Все, чтобы вернуться живой и со своей магией. Обещаю.

— Это твое решение, — папа сказал так же, когда я сообщила о своем решении вечером субботы. — Я верю в тебя, mija. Моя любовь с тобой.

Он отпустил меня, черный седан проехал мимо нас и остановился у входа. Юноша — белый, с короткими волосами — выскочил и пошел к вратам, не прощаясь. Может, ребята старой магии не хотели перегибать с драмой.

— Не дави на них, — сказала мама. — Слушайся, как можешь, и все.

— Знаю, — я не собиралась давать Конфедам повод сомневаться, что я подходила под их требования. Я хотела, чтобы это кончилось, чтобы я вернулась к жизни, которую должна была строить.

Она крепко обняла меня.

— Я горжусь тобой. Моя любовь с тобой. И я хочу, чтобы ты взяла это.

Она отодвинулась и вытащила из кармана золотую цепочку. На ней висел кулон в форме солнца.

— Когда мне было одиннадцать, — сказала она, — Конфеды сказали моим родителям, что у меня есть магия. Тогда я еще могла все, и я купила это, чтобы отпраздновать, потому что кулон напоминал магию, которую я ощущала внутри себя. Береги его. Может, он поможет тебе уберечь магию.

— Мам, — я не могла говорить. Я взяла кулон, посмотрела на них еще раз, выдавила улыбку, едва сдерживая слезы. Не дав себе зарыдать, я пошла к вратам.

Маг пропустил меня.

— Иди по мосту и жди во дворе, — сказал он. —

— Хорошо, — сказала я. Он молчал, и я поспешила внутрь.

Лучики кулона-солнца впивались в ладонь. Я застегнула цепочку на шее, и кулон оказался ниже воротника моей футболки. Кроссовки стучали по асфальту в такт с магией в воздухе. Энергия всегда была там, всегда была со мной.

Деревья остались позади, мост вел над Восточной рекой. Парень из седана шел беспечно, и я поняла бы, что он из старой магии, даже если бы не увидела машину. Я оглянулась. Две бледные фигуры шли за мной: юноша с опасным видом тащил за собой девушку в платье, что казалось ей большеватым. Новая магия. За ними азиатка с напряженным телом и сумочкой, что сияла серебром на солнце, шла неловко, пыталась скрыться. Старая магия.

Мост опускался, белые здания, что я видела с берега, появились в поле зрения. Они стояли плотным полукругом за бетонным двором. Здания поменьше обрамляли большое строение, которое напоминало торговый центр.

Несколько десятков людей уже собрались меж зданий, некоторые стояли одиноко, другие — парами и группами. Разделение старой и новой магии было очевидным даже издалека. Даже самый скромный ребенок старой магии источал беспечность, и ребята новой магии не могли с этим сравниться. Ребята из богатых семей собрались слева, а группа, что выглядела напряженнее, к которой я относилась, была справа.

Я остановилась в конце моста, едва дыша. Я разглядывала двор. Только в двух зданиях была дверь: на них сияли черные прямоугольники, они обрамляли большой комплекс. Другие строения были просто белыми. Солнце сверкало на них.

Тюрьма. Людей закрывали и не выпускали. Дрожь пробежала по рукам, несмотря на жару.

Хавьер стоял тут три года назад.

Юноша и девушкой в мешковатом платье дошли до конца моста и остановились возле меня. Он смотрел на толпу, убирая со лба волосы, промокшие от пота. Девушка стояла рядом с ним, склонив голову, и ее мышиные локоны закрывали почти все лицо. Я не знала, были они парой, друзьями или родственниками.

Парень посмотрел на меня, стоящую ближе всех. Он лениво улыбнулся, но в глазах это не отразилось.

— Это все?

Его поведение заставило меня насторожиться.

— Не знаю, — сказала я. — Вряд ли, — я посмотрела на девушку с сумочкой с серебряными бусами, она как раз сходила с моста. Она пошла влево, и еще несколько фигур появились на вершине моста. Некоторые решили прибыть в последние минуты.

— Эта толпа не выглядит опасной. Конфеды могут сразу сделать меня одним из Чемпионов, — юноша хрустнул костяшками. Он пристально посмотрел на меня. — Или ты думаешь, что можешь меня одолеть?

Я подавила желание отпрянуть.

— Я о таком не думала.

Он рассмеялся.

— Не думала… Откуда ты, слабачка?

— Отсюда. Из Бруклина.

Он покачал головой, его смеясь.

— Соплячка, тебя вот-вот побьет парень с окраины Саскачевана.

Девушка обвила рукой его локоть. На ее запястье были лиловые синяки — следы пальцев, что сжимали слишком сильно.

— Экстон, — сказала она. Звучало как мольба.

— Ладно тебе, Лейси. Посмотрим, что за народ тут собрался.