Чтение онлайн

Наконец, набрав целый пакет всякой всячины, Лидка с удовлетворенным видом пошла прочь с базара. Я, скрывая ироничную улыбку, следом за ней. Наконец, мы добрались до моря. И оказалось, что прогуляться босиком по бережку нам не светит. Он оказался галечным, притом камешки довольно крупными, по таким без обуви прогуляться долго не получится. Почти у всех, кто забирался в воду или выходил из неё, мы заметили резиновую обувь, напоминающую галоши.

– Что же ты не предупредила? – Расстроившись, спросила я подругу.

– Прости, забыла, – ответила она.

Мы прошлись немного взад-вперед и поняли: сегодня нам

окунуться в морскую прохладу не светит. Да и народу было слишком много. Я же, как интроверт, не люблю такое многолюдие. Мне хотелось оказаться в каком-то местечке, где почти никого нет, чтобы ощутить себя единым целым с морским простором, солнцем и пляжем. Прогулявшись по берегу, мы пошли обратно.

Вернулись в гостиницу, и тётя Мила, увидев наши погрустневшие физиономии, спросила, чего мы кислые такие. Узнав причину, громко расхохоталась, а потом обещала выдать две пары того, что нынче называют аквашузами.

– Как? – Спросили мы с Лидкой в унисон.

– Аквашузы, – пояснила тётя Мила. – Это такие резиновые ботиночки без каблуков, с дырочками, чтобы вода вытекала. В них по камушкам ходят, можно купаться – если правильно размер подобрать, то очень плотно сидят, не сваливаются.

Обрадованные тем, что в море мы все-таки попадем, хотя и завтра, мы вернулись в номер, приняли душ (путешествие по Новомихайловскому под палящим солнцем сделало нас потными и липкими), а потом неожиданно захотели спать. Раздевшись до трусиков и футболок, повалились на кровать, включили сплит-систему и провалились в глубокий сон.

Проснулись только к вечеру, обе голодные, как кошки. Потянулись, улыбнулись и отправились в столовую. Тётя Мила, которая к этому времени уже удалилась к себе (в дальнем крыле здания гостиницы у неё оказалась своя квартира), снова позаботилась о нас: девушка на ресепшене сказала, что мы можем взять в холодильнике две порции ужина. Оказалось, это паста с морепродуктами. Объедение! К нему добавилась бутылочка ледяного белого вина, после которого мир снова стал казаться нам обеим прекрасным и удивительно добрым.

– Пойдешь со мной шопиться? – Спросила после ужина Лидка. Вот неуёмная! Мало ей было целого пакета со всякими штучками-дрючками, которые набрала на базаре у моря. Теперь решила к ним добавить ещё какой-нибудь ерунды. Я отказалась. – Ну, тогда оставайся. Смотри, без меня гулять не ходи, заплутаешь! – Посоветовала подруга и удалилась.

Оставшись одна, я решила позагорать немного, тем более что вечернее солнышко не такое палящее. Вернулась в номер, переоделась в купальник, вышла во двор и устроилась на лежаке, стоящем около бассейна. В нем плескались два малыша, мальчик с девочкой. Но мне совершенно не мешали – не кричали, а только брызгались и кидали мячик.

Я блаженно прикрыла глаза и погрузилась в полудрёму. В животике переваривалась паста, в крови бродило легкое вино. Ветерок обдувал кожу, солнце не припекало. Что ещё можно пожелать?

– Привет, – послышался рядом голос. Я разлепила глаза. Рядом стояла и улыбалась девушка. Лет двадцати пяти примерно, стройная, моего роста. С длинными русыми волосами, забранными на затылке в длинный густой хвост. – Можно рядом с вами?

– Пожалуйста, тут свободно, – сказала я и закрыла глаза. Хотела было снова погрузиться в молчаливое блаженство, но…

– Вы здесь в первый раз?

– Да.

– Меня

Катя зовут, а вас?

– Женя.

– Очень приятно познакомиться.

– Взаимно.

– Вы тут одна отдыхаете?

– Нет, с подругой. Мы учимся вместе в университете. Её тётя – хозяйка этой гостиницы. А вы?

– Я с сыном. Вон он, плещется. Ему пять лет, Максом зовут.

У меня дрогнуло сердце. Опять это имя! Да оно преследует меня, что ли? Я помолчала, пытаясь успокоиться.

– А где ваш муж? Простите, если…

– Ничего, всё в порядке. Я от него ушла, – сказала Катя. Голос её при этом стал глуше, тише, грустнее.

– Извините… – пробормотала я. Блин, лучше вообще не спрашивать никого и ни о чем.

– Да что вы. Как говорил Карлсон, дело-то житейское.

– Я понимаю.

– Вряд ли, – сказала Катя. Я с интересом посмотрела на неё. Только теперь обратила внимание, что девушка красива. Косметики она использовала самый минимум: её ресницы и так были достаточно густыми, губы – яркими, кожа ровной и гладкой, так что не было необходимости в пудре и тонике. Большие серые глаза с длинными ресницами, тонкий симметричный носик с чуть приподнятым кончиком, средние губы.

– Почему вы так говорите? – Спросила я.

– Вы ведь не были замужем, – улыбнулась она.

– С чего такой вывод?

– Будь иначе, вы приехали бы сюда с женихом или мужем, – ответила Катя. – Но никак не с подругой.

– А может, мы лесбиянки? – Усмехнулась я.

– И это неправда, – спокойно возразила девушка. – Я видела, как вы общаетесь. Днем, в кафе. Вы на самом деле просто друзья.

– Сдаюсь, – улыбнулась я. – Всё правильно угадали.

– Может, нам перейти на «ты» для простоты общения?

– Хорошо, – ответила я. – Можно тебе вопрос задать?

– Конечно.

– Почему ты сказала, что ушла от мужа?

Катя тяжело вздохнула и посмотрела на искрящуюся на солнце поверхность бассейна. Кажется, дай ей волю, она прямо сейчас нырнула бы туда и погрузилась на самое дно, чтобы ничего не слышать и видеть только прозрачное водное пространство, чистое, незамутненное бытовыми реалиями.

Там, в Новомихайловском, я поняла, почему людей так притягивает к себе море. Оно – колыбель человечества, и погружаясь в него, мы оказываемся в лоне матери-природы. Если выбрать место правильно, подальше от акул и прочих подводных опасностей, то можно оказаться в среде, которая хоть и лишена воздуха, но так напоминает мамин теплый животик. Конечно, мы не можем этого помнить, поскольку когда мы ещё не появились на свет, мозг хотя и закрепляет внутри себя информацию, но в сознательном возрасте выдать её не способен. Но где-то там, в глубинах подсознания, хранится это ощущение тепла и покоя.

Вот и Катя, пока смотрела на воду, казалось, хотела спрятаться от всего вокруг. И я тогда, поняв это её стремление, пожалела о своём вопросе. Увы: слово не воробей, вылетит – не поймаешь. Наверное, моя новая знакомая могла бы и отказаться отвечать, но это по крайней мере было бы невежливо, и она, глубоко вздохнув, сказала тихо:

– Там много причин. Он бил меня и сына, изменял, пил… Словом, полный набор самца в естественной природе.

– Самцы бывают разные. Лебеди, например, выбирают себе пару один раз в жизни и навсегда ей остаются верны, а ещё они очень заботливые, – сказала я.