Бендер
Шрифт:
— Что есть, то есть, Блу, — он пожал плечами, и из-за этого моя кровь просто вскипела.
— Что это за кличка?! — я практически орала.
— Эй, — заговорила Сара с дивана. — Я тут фильм пытаюсь досмотреть.
— Точно, успокойтесь, ребёнок пытается досмотреть кино, — вставил Доджер.
Я совершенно забыла о нём, очень удивлённом нашей жаркой перепалкой с Камденом.
— Заткнись, Додж, — отрезал Камден.
Его младший брат захохотал:
— Неа, чувак. Я согласен: Сара смотрит фильм, а вы двое мешаете ей, — он посмотрел на нас. — Мне кажется, в этой комнате нависло серьёзное
Камден зарычал, проведя руками по тёмным, потным волосам:
— Господи, ты не знаешь, когда, чёрт побери, надо заткнуться!
— Что такое сексуальное напряжение? — любопытные глаза Сары уставились на меня.
Повернувшись, я впилась взглядом в Доджера и Камдена, всплеснув в бессильной злобе руками и сжав зубы:
— О, боже! Спасибо огромное, — тихо прошептала я, указывая на обоих. — Следите за своим ртом! Ей всего восемь!
Я подошла к дивану и сказала:
— Сексуальное напряжение – это когда все счастливы и хорошо проводят время.
Кто-то фыркнул позади меня.
Сара не придёт сюда, пока я не научу этих двоих, как вести себя с маленькой девочкой. Представляю, как маме звонят из школы, сообщая, что моей сестрёнке нравится сексуальное напряжение на игровой площадке.
Я вздохнула.
— Нууу... Это, правда, всё весело, но мне пора уходить. Встреча с девушкой, — сказал Доджер прежде, чем Сара успела ещё что-нибудь спросить.
Проходя мимо меня, он положил мне руку на плечо и поцеловал в макушку. Не знаю, почему это не показалось мне странным, учитывая наше недолгое знакомство, но с Доджем мне было комфортно, и я понимала, что это просто дружеский жест.
— Береги себя, — прошептал он мне на ухо. Я кивнула, наблюдая, как он выходит за дверь.
Я рискнула оглянуться и посмотреть на Камдена. Его взгляд был прикован ко мне. Почему он так смотрит?
Он закрыл свои глаза и вдохнул через нос. Затем открыл и сосредоточился на моей сестрёнке:
— Привет, ребёнок, — он наклонился в сторону телевизора, — что смотришь?
Сара скептически взглянула на него:
— «Крошка из Беверли-Хиллз», хочешь со мной посмотреть? — его поведение явно не напугало её.
— Зависит от того, интересное ли кино, — он двинулся мимо меня в её сторону, к другому краю дивана.
— Ха, это про собак. А всё, что про собак – интересно.
Его тело практически соприкоснулось с моим, когда он проходил мимо. Я нечаянно сделала вдох, и его запах – свежий, с лёгким запахом пота – врезался в меня как тонна кирпичей. Я схватилась за спинку дивана.
Камден сел на противоположной от Сары стороне дивана и продолжил разговор:
— У тебя есть собака?
Сестрёнка покачала головой:
— Неа, мама не разрешает мне заводить собаку. Говорит, что за ней нужно много ухаживать.
Парень кивнул:
— Когда я рос, у меня были собаки, и они, правда, требуют много внимания. Но, возможно, однажды у тебя появится собака.
Он был очень груб со мной, поэтому его мягкость по отношению к Саре была как глоток свежего воздуха.
Прожив здесь всего неделю с человеком, который всегда был раздражителен и молчалив, я поняла, что морально истощена. Я наблюдала, как Камден сидит вместе с Сарой и смотрит комедию, и чувствовала, что
вселенная переворачивается. Как моей сестрёнке удалось проникнуть под его «не говори–со–мной» панцирь? Может быть, он любит детей? Казалось, им было хорошо вместе.Я прошлась рукой по волосам. Похоже, мне придётся принять такой поворот событий. Я не ожидала такого вечера.
Спустя три часа и ещё один фильм Сара задремала. Было уже почти восемь вечера, и мне нужно было отвезти её домой. Я встала, потянувшись. В спине хрустнуло, и я застонала. Кино закончилось, я старалась не смотреть на Камдена. Наверное, он зол на меня, а ещё одного напряжённого разговора сегодня мне не выдержать.
Я подошла к Саре, с намерением взять её на руки, но Камден опередил меня, подняв её с дивана. Мои брови вопросительно приподнялись.
— Открой мне дверь, хорошо? — его голос был громовым, но в нём больше не было раздражения.
Я открыла входную дверь, и направилась к машине, слыша, как Камден следует за мной. Разблокировала двери, и фары сверкнули в темноте стоянки.
Я открыла заднюю дверь и смотрела, как Камден аккуратно, стараясь не разбудить, укладывает Сару на сиденье. Это почти покорило меня.
Почти.
Он закрыл дверцу, повернулся ко мне, и мы оказались лицом к лицу. Его взгляд потеплел, но остался напряжённым. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга, а потом отвели взгляды. Камден открыл было рот, чтобы высказаться, но передумал.
Покачал головой, открыл мне водительскую дверь и отступил на тротуар. Я завела машину, и сдавая назад, увидела в зеркало заднего вида, что Камден не уходит. Несмотря на дискомфорт, который я чувствовала с момента нашей первой встречи, я была благодарна ему за помощь с Сарой. И в то же время это напрягало – по возвращении домой мне придётся сказать ему «спасибо».
Мама наорала на меня, когда я заносила Сару домой. По её словам, мы слишком задержались, и, в таком случае, я должна была оставить сестрёнку у себя. Это было последней каплей. В ответ я обвинила маму в лицемерии: она хотела пойти повеселиться, а теперь не сможет, потому что я привезла ей дочь.
Её запал набирал обороты, и я решила, что больше не хочу этого слышать. Тому, чтобы покинуть мамин дом, было несколько причин, и подобное поведение – одно из них.
Я добралась до своей квартиры почти в одиннадцать. День был тяжёлый, и мне требовался сон.
На первом этаже моей новой квартиры было темно. Камден, должно быть, уже спит или ушёл куда-нибудь. В животе заныло от мысли, что он опять с какой-нибудь девчонкой, но я быстренько справилась с разочарованием. Я не могу требовать от него чего-либо. Но хотела бы...
Он просто мой сосед по квартире. Точно, не буду благодарить его за помощь.
Я прошагала по ступенькам, и только открыла свою дверь, как из ванной, весь в клубах пара, вышел Камден.
Вокруг его талии было обёрнуто полотенце, капельки воды стекали по выступающим кубикам идеально накачанного пресса. Дорожка темных волос на чётко вычерченном V-образном торсе скрывается под тёмно-синей тканью... Я зачарованно оглядывала каждый дюйм его совершенного тела.
Говоря «совершенного», я имела в виду абсолютное отсутствие изъянов на его теле.