Белый некромант
Шрифт:
Мне давно уже нужно было развеяться и попрактиковаться, чего Иронтал мне никак не может устроить. Я оставила ему лишь короткую записку:"Ушла. Вернусь, возможно, мёртвой. Не воскрешать".
Устроившись на хребте Элотри, я сразу почувствовала, как на улице холодно. Но то ли ещё будет! Мы поднялись в небо. Припасённый на всякий случай плащ, спальник и плед были немедленно использованы для согревания моей остывающей особы. А ведь вдобавок, надо было чем-то держаться! Но тут меня выручил посох. Позвоночник ловко обернул шею дракона, клюв вцепился в последний позвонок на манер лошадиной упряжки, чтобы я могла за него держаться.
Летели мы не больше часа, но каждая минута давалась все тяжелее. Снежок, что я так отчаянно ждала, нещадно хлестал по лицу, а ветерок, что так забавно врывался в мою комнату, теперь норовил меня оторвать от дракона.
– Ты как, не принцесса?
– откровенно веселясь, спросил Элотри. И надо ли было ему отвечать? Замёрзла и обречена на скорую смерть. Это и так ясно. Но одно я все же сказала.
– Вон там!!
Дракон снизился, и я смогла приглядеться к чёрному клубку, что крался по долине. Но я недооценила храбрость моего спутника. Когда одно из животных (или это были вовсе не животные, было не понятно), вдруг вырвалось из общей кучи, дракон резко дёрнулся в бок.
Я ошиблась. Эти существа не ползли в сторону драконьего логова. Они стояли на месте, но постоянно шевелились, перелазили друг по другу, рычали, чавкали и чесались, образуя большой чёрный клубок. Когда я нырнула в него, существа разбежались в разные стороны, а я оказалась в ещё теплом мясе их жертвы, которое меня и спасло. Я быстро встала, слегка запутавшись в гигантских костях, и подняла посох. Я обнаружила себя посередине не до конца обглоданного скелета дракона. Элотри наверху не было, но я была не удивлена. Представляю, что было бы со мной, увидь я мёртвого человека. Мёртвого некроманта? Ладно, я и тех и тех видела, ничего не было страшного. Но вот разодранный труп дракона и меня задел за живое. Меж тем убийцы древнего существа, не почувствовав угрозы со стороны неопознанного летающего объекта, то есть меня, вновь повылазили из-под камней и быстро приближались. Так. Сначала надо понять, живы они или мертвы. К черту, их слишком много, сначала нужно свалить, а то сама точно стану неживой, тут и думать не надо. Быстро подобрав сумку и плед (куда ж без него?), я ринулась вперёд, туда, куда, как предполагала, мы летели. Я надеялась, что Элотри вскоре отойдёт от шока и прилетит за мной. Но он все не прилетал, а эти мерзкие животные настигали.
Казалось бы, что может быть хуже? Наверное, расщелина, через которую мне никак не перепрыгнуть. Я остановилась и обернулась. Существа, почувствовав мою безысходность, тоже замерли, а потом, злорадно сопя, стали медленно надвигаться. Лучше бы они сразу меня съели. Гнетущая атмосфера никак не вписывается в мою жизненную гармонию. Я отступала, сколько могла, но и этому пришёл конец. Дальше была только зияющая пропасть. Мне стоило только один раз взглянуть вниз, чтобы услышать, как темнота расщелины уговаривает меня не лезть в эту битву с сомнительным финалом, а покончить со всем разом и спрыгнуть. Но, по какой-то причине, которую я не успела проанализировать, я осталась в компании мерзкошмыгов, как прозвала про себя драконопоедателей. Их было так много, что если смотреть с высоты, как делали это древние ящеры, действительно можно было принять существ за большое чёрное пятно. Это объясняет слова чешуйчатого друга давно мёртвого некроманта.
Одно из животных решило больше не терпеть, и прыгнуло на меня слева. Это послужило сигналом для остальных.
– Это плохо - резюмировал птичий череп.
– Да, нехорошо вышло, - согласилась я и замахнулась посохом. И вовремя. Острый клюв пронзил горло первого нападающего, и из него тут же с хрипами брызнула кровь. А вы не такие мёртвые, как мне говорили. Мы с посохом раскидывали мерзкошмыгов в разные стороны, колотили, сворачивали шеи. Защищать спину не приходилось. Там, кроме пустоты, которая не понимала, почему я дерусь, когда уже без проблем давно можно было умереть, ничего было. А вот спереди на меня навалились изрядно. Если бы не частые деревья, замедляющий общий ход нашего небольшого мероприятия, меня бы давно разорвали в клочья. Поэтому дальше в ход пошли пирожки, каким то коварным способом прокравшиеся в сумку. Я кинула один из них в общую кашу практически не глядя, но, когда над клубком мерзкошмыгов раздался почти ультразвуковой боевой клич, посмотрела на запущенный снаряд. На секунду все обжорыши тоже замерли. Пирожок летел медленно, как будто заранее уверенный в своей победе. В какой то момент, его мягкая оболочка осталась позади, и летел уже не пирожок, а то, что из него вылезло. Маленькое мясное существо с длинными когтями, одним глазом, без кожи. Начинка настигла свою первую жертву и яростно разорвала его на куски. Святой Онис, и с этими существами я живу?!
Все вновь ускорилось. Я запустила оставшиеся пирожки в разные стороны, и те начали быстро и эффективно уменьшать количество моих противников. Напор стал меньше. Теперь до меня добирались не сразу десяток мерзкошмыгов, а лишь единицы, которые я без особых усилий скидывала с обрыва посохом. В какой-то момент я и вправду почувствовала, что у меня получается, и драка даже с таким врагом может закончиться моей победой. Пока что я превосходила мерзкошмыгов. На моем счету было около пятидесяти трупов, если считать успехи пирожков, в то время как меня не убили ни разу. Адреналин бил в голову, давая сил бить в голову остальных. Но и он уже отпускал меня. Ещё бы немного, и драться мерзкошмыгам было бы не с кем. Я бы уже выкинула свой посох и предоставила выбор судьбе, или принесла себя в жертву Онису, чтобы не умирать напрасно. Но тут мерзкошмыги отступили. Я сидела на коленях на облитой кровью земле и крепко держалась за посох, пытаясь унять дрожь во всем теле и восстановить дыхание. Расстроенные таким быстрым исходом сражения пирожки, вновь залезли в свои тестовые шкурки, а потом и попрыгали в сумку. Я вытерла со лба пот, перемешанный с кровью и, наконец, встала. Убеждать себя, что все эти существа, которых я убила, были плохие, и я хорошо поступила, что избавила от них мир, было совершенно бессмысленно. Я была в истерике. Ещё эта курица подливала масло в огонь своим "как же это все-таки плохо".
Я поплакала, попыталась оттереть кровь со своей одежды снегом, даже хотела повоскрешать всех, только бы это ужасное чувство исчезло. Холод довольно быстро выбил из моей головы все, кроме желания поместиться в тепло. Когда это произошло, я подобрала покинутый посох, втянула все позвонки в череп и повесила его на пояс. Теперь стоял вопрос, куда мне идти дальше? С курса я видно сбилась давно, и нужно было что-то решать. Попрощавшись с расщелиной, которая на этот раз меня проигнорировала (наверное, обиделась, что я не спрыгнула), я вернулась к скелету дракона. Наверняка, Элотри сейчас всем доложит о смерти собрата, и кто-нибудь прилетит забрать тело, чтобы нормально похоронить его, а я как раз скажу, что я тут некромант, давайте спасайте меня. Да, так и скажу. Ожидание быстро мне наскучило, и я начала ходить меж огромных костей и осматривать их уже с научной точки зрения. Как в моем рюкзаке оказалось несколько скромных частей драконьего скелета, я не помнила, но решила их оттуда не вытаскивать. Теперь вот и до мародёрства докатилась. Тёмное у меня будет будущее с такими то манерами.
Поднялся ветер, и я была вынуждена уйти к деревьям. А уже там наткнулась на еле видную тропу. По характерным признакам я поняла, что здесь бежали мерзкошмыги. Причём бежали уже после боя, следы свежие. И куда же, а что ещё более интересно, к кому, побежали неприятные твари? Как бы мне сейчас хотелось узнать у Элотри, как именно драконы пытались убить их и не смогли, если я, хрупкая девушка, всего за час изрядно сократила
их популяцию. Бросив короткий взгляд на небо, и вновь ничего там не увидев, кроме снеговых облаков, я побежала по следам. Двигаться нужно было быстро. Во-первых, чтобы согреться, а во-вторых, чтобы не успело запорошить тропу снегом. Устала я быстрее, чем планировала, и через полчаса я уже шла, держась за бок. Говорил мне Иронтал не лениться и бегать по утрам, а я не слушала. Если выживу, обязательно начну. Нет, не начну, я себя знаю. Лягу где-нибудь и буду убеждать себя, что поступаю правильно.Через минуту, услышав знакомое чавканье за спиной, я побежала вновь. Быстро обернувшись, я увидела, что мерзкошмыгов всего двое, и те почему-то бегут не с той стороны откуда я думала. Неужели я в другую сторону шла? Я могла.
Остановилась и потёрла лоб. Животные тоже замерли. Я не стала дожидаться загона жертвы, то есть, меня, в угол, и сняла с пояса череп. Я бросила его вперёд. Позвонки быстро выстроились в длинный ряд, который я тут же подхватила левой рукой и взвыла от боли. Маленькие чудовища с интересом наблюдали за моими стараниями подняться, но боль, пронзившая плечо, заставляла только сидеть, стиснув зубы, чтобы не заплакать. Похоже, я была неправа насчёт медлительности этих тварей и одна-таки успела меня цапнуть. Переложив посох в правую руку, я, наконец, встала на ноги. Звери синхронно наклонили при этом безглазые головы. Удар клюва в шею одного из них не заставил себя ждать. Но мерзошмыг только облизнулся и завилял хвостом. До меня не сразу дошло, почему он не умер.
– Я все-таки их оживила?
– Спросила я вслух.
– Это плохо закончится, - опять вставил клюв. Я помнила все, что было написано о привязках воскрешённых к их хозяевам, но на практике ещё этого не видела. Поидее, сейчас эти мертвецы сами по себе, и должны были давно на меня напасть. Я вытянула руку вперёд и опустила её. Мерзкошмыги сели. Я подняла руку, они встали. Почему? Как это происходит? В учебниках не было ничего о том, что мёртвые автоматически привязываются к некромантам. Значит, я опять все не так делаю. Но не время сейчас. Тропа почти исчезла в снегу. Снова сложив посох и прикрепив его к поясу, я кинула одному из чернышей сумку. Он сразу схватил её в зубы, а на второго я попросту залезла. Не знаю, насколько у мёртвых хорошо работает обоняние, но, по крайней мере, твари должны итак знать, куда побежали живые. По той резвости, с которой мерзкошмыги рванули с места, они знали дорогу. Я, крепко вцепившись в складки на шее животного, пригнулась и просто ждала. Тряска была неимоверной. К тому же начало тошнить. Неужели так сложно бежать прямо? Мерзкие хрюкающие зверки. По пути я сделала два привала. Один чтобы ещё раз обречённо повздыхать и покушать, второй, что бы тут же очистить желудок от недавней пищи. И вот, наконец, мы прибыли. С удовольствием соскочив со спины мерзкошмыга, я потянулась. Потом вновь скрючилась от забытой боли в плече. Немного постояла, переосмыслила всю свою жизнь и осмотрелась. Снега здесь не было. Точнее, его было не видно из за чёрной гнили на земле, которая сразу окрашивала снежинки в тот же цвет. Земля была здесь как-будто продавлена, и при тщательном рассмотрении было видно, что внутри всей прогнившей площади есть дыра. Слишком много чёрного в одном месте. Вернусь, перекрашу. Я уверенно шагнула вперёд, но остановилась, заметив, что мои мёртвые собачки медлят. Поджав хвосты, они стояли, не решаясь переступить черно-белую черту и, впервые за все время, не издавали ни звука. Я вздохнула и выбросила вперёд череп, на лету подхватив уже готовый посох. Такая реакция мне не нравилась, и лучше было сразу подготовиться. Очень неохотно мерзкошмыги пошли за мной. При плавном спуске в нору было ощущение, что её будто не вырыли, а продавили. Черви свисали с потолка и стен, а сапоги утопали во всей этой чёрной мерзости. Полное отсутствие света совершенно мне немешало, и на этот раз я это заметила. Приступ рвоты окончательно пробился к горлу, когда в конце этой бесконечно длинной дыры, я увидела жирного, гигантского мерзкошмыга, сидящего в кругу своих маленьких подчиненных. Мерзкошмыги отрыгивали все, что съели сегодня на пол, а гигантик все это довольно ловко сжирал. Схема была понятна и мерзка. Я тоже приняла участие. Потом отдышалась и осмотрелась получше, стараясь думать о загробной жизни, рядом с Онисом за одним столом, где я буду выпивать нектар Солиандуса и радоваться смерти. Меня пока ещё не заметили. Те, кто выполнил свой долг, жались к стенам. А остальные, как я уже сказала, были заняты. В какой-то момент я почувствовала, как я устала! И эта усталость отключила все. Страх, совесть и мысли о смерти. Поэтому, когда я увидела что-то блестящие рядом с маткой этого милого общества, я пошла прямо на середину зала. Животные были шокированы и не напали. Но это я так думала. На самом же деле из за толстого слоя засохшей крови мерзкошмыгов меня попросту приняли за своего. Слепые дураки. Усевшись на одного из моих воскрешенных и вытянув ноги, я начала рассматривать то, что привлекло мое внимание в этом пропитанном гнилью месте - блестящую гадальную карту с изображением пятиглавого змея. Знак завоевания. Я вертела карту и так и сяк, но больше ничего не обнаружила. А когда подняла глаза, увидела, как гигант, разозлившийся, что еды ему принесли так мало, начал жрать своих же. Это была моя вина. Часть-то я убила, и они не смогли принести то, чего так жаждал зверь. При виде этой картины я предпочла вернуться к карте. И не напрасно. Мои старание избежать ответственности были вознаграждены. Карты было две. Просто одна была приклеена к другой, и её было не видно. Может, даже сам владелец, о котором я сейчас и думаю, не знал о ней. На другой был изображён человеческий силуэт с косой смерти в руках. Он был белый, что уже достаточно необычно, а сама карта была красной, как кровь. Я задумалась. В это время чудище решило съесть меня. Вот так взяло и решило. Не спросило, хочу ли я, не созвало, в конце концов, совет...Эгоист.Я, не отрывая глаз от карты, сунула в тянущуюся ко мне когтистую лапу пирожки. Они ловко и чисто, видимо им тоже эта мерзость поднадоела, расправились с животным, когда оно их заглотило. Тело рухнуло вперёд, придавив тех, кто не успел отбежать. А остальные, лишившись вожака, принялись тут же выбирать нового методом кто всех съест, тот и выиграл. Мешать им я не собиралась. Только встала, спрятала карты в карман и отряхнулась. Не помогло, правда, но я это сделала. А когда самый проглотистый из мерзкошмыгов тех, кто хотел стать вожаком, съел и, тяжело дыша, свалился на землю, вытянув лапы и выпятив огромное пузо, я послала одного из своих подчинённых перегрызть ему глотку. Все, с этим покончено. Быстро надо на воздух. Снаружи была уже ночь. Что меня обрадовало. Не хочу же я, чтобы меня в таком виде кто-нибудь увидел. Далеко уходить я не собиралась, планируя подождать того, кто вызвал сюда эту гадость. Он обязательно должен вернуться и увидеть, что драконы живы. И тогда,по логике, он должен вернуться сюда, проверить, в чем же дело. Помыв сапоги, благо только они пострадали от гнили, и, заняв выгодное место, чтобы меня не было видно, а я видела всю поляну, я расстелила многострадальный плед и, доев остатки еды, попробовала уснуть. Но Боги решили лишить меня сна и сегодня.
Через некоторое время мерзкошмыги захрюкали сильнее обычного. Чтоб они сдохли. Открыв глаза, я обнаружила в паре метров от моего импровизированного ложа человека с натянутым луком в руках. Уши острые. Поправочка - это эльф. В одном из моих воскрешённых мерзкошмыгов торчала стрела.
– Вы нормальный?
– воскликнула я и поспешно вытащила стрелу из нового питомца.
– Зачем портить такой прекрасный материал?
Эльф снова выстрелил.
– Перестаньте, пожалуйста, дырявить моего питомца, - практически вежливо попросила я.