Чтение онлайн

На этом странном замечании закончилась первое, не менее странное, общение с возможным одноклассником. Парень пошёл в одну сторону, а Ник и Гаррик в другую, к тем, у кого, по словам парня, были чистые руки.

– Слушай, может руки всё-таки помыть надо? – сомневался по пути к столу Гаррик, которого с одной стороны гложил голод, а с другой стороны с такой же силой терзали все эти непонятные баллы и волны, от которых, возможно, зависела возможность его утоления.

– Он же на мои руки посмотрел и не сказал, что их надо мыть. Что, у тебя руки грязнее, чем у меня?

Гаррик попытался, на ходу заглянув под поднос, рассмотреть свои руки.

– Нет, – подвёл итог своего

исследования Гаррик, – руки как руки, в принципе чистые.

– Тогда молча садимся за стол и едим. Если будет происходить что-то необычное – не реагируем, – дал указания Ник.

– Да меня сейчас от еды руками за уши не оттащишь, – улыбнулся в предвкушении обеда Гаррик, – не то, что там какими-то волшебными фокусами.

Прозрачный стол был самым коротким. Ник и Гаррик исполнились к отправившему их сюда парню благодарность. Если бы он не предупредил их, что им предстоит обедать за прозрачным столом, они бы точно не поняли, на чем сидят двое взрослых парней и как в воздухе держатся их тарелки. Это непонимание ярким цветом отразилось бы на их лицах и выдало бы новичков с головой. Благодаря своевременному предупреждению, Ник и Гаррик чинно пристроили свой обед на прозрачном, ели различимом столе, после чего разместились на такой же прозрачной скамейке. Парни ничего не сказали, когда Ник и Гаррик пристроились за их стол, только переглянулись.

– Приятного аппетита, – сказал Ник и получил от Гаррика пинок по ноге.

– Спасибо, и вам приятного аппетита, – в разнобой отозвались парни.

Ник скорчил Гаррику рожу, которая говорила, видишь, всё в порядке и приступил к обеду. Гаррик тоже задвигал ложкой. Обед проходил в молчании. Взрослые парни быстро покончили с остатками обеда, и на их месте возникла странная троица: рыжая девица, брюнет с ярко голубыми глазами и невзрачный шатен. Брюнет с аппетитом ел, девица явно пребывала в задумчивости, а шатен ловил каждый её взгляд, чтобы предвосхитить любое желание. Но никаких желаний рыжая не высказывала ни словами, ни глазами. Шатен не выдержал:

– Нельзя сидеть сложа руки!

Девица ничего не ответила, продолжая ковыряться вилкой в салате. Шатен не унимался:

– Хочешь, я схожу к Ридеркоту?

– Не вздумай, – коротко бросила девица.

– Ну, почему ты не хочешь, чтобы я тебе помог? – не понимал шатен. Брюнет, хотя и следил за развитием событий, но явного интереса не проявлял и не вмешивался.

– Потому что это моё личное дело, – девица оторвала взгляд от тарелки и посмотрела на шатена, – и я никому не позволю в него вмешиваться.

– Я не собираюсь вмешиваться, я просто хочу помочь, – не сдавался шатен.

– Лучше бы ты хоть раз сделал так, как хочу я, а не так как хочешь ты, – отрезала девица и резко поднялась из-за стола, даже не тронув второе. Брюнет невозмутимо продолжал обедать. Шатен на секунду замешкавшись, бросился вслед за девицей. Но через пару минут вернулся.

– Куда она пошла? – поинтересовался брюнет.

– Не знаю, – буркнул шатен и уткнулся в тарелку.

– Пойду, пожалуй, вздремну, – объявил брюнет и вышел из-за стола.

– Она не будет с тобой разговаривать, – вдогонку ему крикнул шатен.

Через пару минут он, бросив практически не тронутый обед, тоже покинул Ника и Гаррика.

– Дела! – прокомментировал увиденное Гаррик.

Сытость притупила чувство осторожности, тем более что за столом, кроме Ника и Гарика, никого не осталось, и Гаррик решил вернуться к их баранам:

– Всё-таки мне не понятно, почему всё решает волк, что это за порядки такие?

– В чужой монастырь со своим уставом не суйся, – Никифор не особо любил поговорки, но иногда

они настолько точно отражали суть сложившейся ситуации, что сами слетали с языка.

– При чём тут мой устав? Всё-таки это не зоопарк и не цирк, а учебное заведение, поэтому все решения должны принимать, – Гаррик замолчал на несколько секунд, припоминая фразу, которую он слышал по телевизору, – о! – Гаррик поднял вверх десертную ложку, – компетентные лица, а не какой-то там волк.

– Я тоже считаю, что волк не вправе принимать какие-либо решения! Здравствуйте!

Ребята обернулись и увидели, что к ним идёт невысокий, темноволосый парень. Он улыбнулся:

– Вы извините, я невольно подслушал Ваш разговор о волке, и не мог не выразить своё мнение. Меня зовут Безналынтай, – представился он, поочередно пожав друзьям руки, начав с Гаррика, – можно просто Без.

– Гарри, – для солидности Гаррик представился полным именем.

– Никифор, – последовал его примеру Ник, и вежливо добавил, – очень приятно познакомиться.

– Мне тоже, – всё улыбался Безналынтай, – Вы у нас недавно?

– Да, только сегодня прибыли, – подтвердил Гаррик, не выходя из «солидного» образа.

– По обмену? – почти утвердительно сказал Безналынтай.

– Практически, – туманно подтвердил Гаррик.

– Я всегда поддерживал эту традицию, хотя мне пока не довелось участвовать в обменах.

– А Вы не могли бы показать нам свою гимназию, Без? – Ник решил увести разговор подальше от обменов, на которых они с Гарриком могли проколоться.

– Вам действительно это было бы интересно?

– Безусловно, – подтвердил Гаррик, ни на секунду не выпадая из образа.

И экскурсия началась. Без водил их по бесчисленным коридорам, показывая классы, спальни, спортивные залы, библиотеки, кабинеты учителей и другие помещения, названия которых ни о чём не говорили друзьям, но они с пониманием кивали, требуя всё новых деталей. По дороге Без здоровался направо и налево. Было ощущение, что он знает каждого встречного. Он никому не представлял Ника и Гаррика, но им обязательно назвал имя каждого, с кем он здоровался, и давал сжатую характеристику, которая иногда укладывалась в одно слово вроде врун, неряха, выскочка, зазнайка. Были и нейтральные характеристики следующего содержания: понятия не имею, кто это такой; и чего она со мной поздоровалась, я её первый раз вижу. К удивлению ребят несколько гимназистов всё же удостоилось доброго слова от Беза. Это сгладило общее впечатление от большого количества неумех, простофиль, ябед и дурёх.

Экскурсию прервал крик петуха. Услышав его, Без стал прощаться:

– Вы извините, что не успел Вам всё показать, но пора на занятия. Надеюсь, ещё увидимся?

– Обязательно, Без, не переживай, – покровительственно сказал Гаррик, – и давай перейдём на ты, хорошо?

– Конечно, – расплылся в улыбке Без, – спасибо вам обоим! Я побежал, пока.

– Пока, – дружно отозвались ребята, наблюдая, как гимназический народ спешно покидает коридор, в котором их застал петух. Скоро они остались вдвоём. Петух прокричал ещё два раза, и друзей окутала тишина.

– Странный он какой-то, – поделился впечатлением Ник.

– Станешь тут странным, с их постоянными заклинаниями, фокусами и превращениями. Ещё этот петух орёт как резанный, от одного его голоса можно свихнуться, – заступился за нового знакомого Гаррик, которого передёрнуло при воспоминании о петушином звонке.

– Да, петух у них громкий, и захочешь забыть об уроках, а не получится. Ну, куда теперь?

– Куда глаза глядят. И всё-таки, как они здесь ориентируются? Это лабиринт, а не школа. Хуже нашего универмага!