Чтение онлайн

– Э, брат, что же тебя так напугало? – спросил я вслух.

Покойник мне ничего не ответил, но череп повернул в мою сторону. Я отпрянул назад, упал на спину, подняв облако пыли. В руках я держал уже два пистолета, целясь в покойника. Покойник, в отличие от меня, испугался не сильно. Во всяком случае, вида не показал, сидел и насмешливо скалил белые зубы.

– Парень, ты так больше не шути, я ведь мог начать стрелять, – я сел на землю.

Что это было? Блики света, игра теней? Ну конечно! Я поднялся, убрал пистолеты. Отряхнулся. Конечно, со стороны мой прыжок мог показаться смешным, но я выживаю в зоне именно из-за моей отменной реакции. Покойник продолжал ухмыляться. Чтобы избавится

Почти идеально круглая поляна, вся залитая солнечным светом. Вокруг поляны вековые дубы. Плотный туман продолжает клубиться между деревьев. Не нравится мне этот туман. Подожду, когда он рассеется.

Что-то еще продолжает меня беспокоить. Я привык доверять своему беспокойству. Присмотрелся, что-то здесь не так. Ага, тени, причудливые тени! Верный признак близкой аномалии! Оглядел всю округу, ничего похожего. Я поднял голову и замер как вкопанный – над лесом всходило второе солнце!

Мгновенно я все понял – я вляпался в «Глюку». Значит, Бабай не врал! А я думал, байку травит! Так, что он там рассказывал? В зоне все аномалии убивают. Редко кому удается вырваться из цепких лап аномалий (ну, это и без него всем известно!) Глюка – не исключение, только она убивает по-своему. Выйти из этой аномалии в здравом уме не представляется возможным. Пространство в аномалии искривлено, тут параллельные пересекаются, как у Лобачевского, и местами пространство свернуто в ленту Мебиуса (и откуда этот алкаш такие слова знает?). Глюка пульсирует, особую силу она набирает при восходе второго солнца или второй луны. То есть наоборот, когда Глюка набирает силу, тогда и появляется второе светило. В это время пространство искривляется сильней всего. Но не это самое страшное. В аномалии нельзя думать! В ответ на мысли, Глюка создает гипертрофированные иллюзии. Стоит испугаться и пиши, пропало – башню сорвет. Либо превратишься в безмозглого дебила, навроде зомби. Либо умрешь со страху от разрыва сердца или, как вот этот сталкер, наложишь на себя руки.

Теперь понятно, почему покойник «пошевелился». И понятно, почему он покойник. Ещё Бабай рассказывал, что по воздействию Глюка напоминает Белую горячку, только галлюцинации рождаются не только в голове, но и снаружи – из тумана. Бабай смеялся, рассказывая как он победил Глюку с помощью водки. Когда он расстрелял весь боезапас в зеленых чертей, вертевшихся подле него, у него остался только нож и бутылка водки. Чтобы водка не досталась Врагам, Бабай ее выдул, залпом. И пошел кромсать чертей ножом. Что было потом, и как он нашел проход, он не помнил.

Я тогда не поверил Бабаю, списал все на реальную Белочку. А мне то, что теперь делать? Водки у меня нет. Но и зеленых чертей пока не видать. Так, пока светят два солнца дергаться и искать проход не стоит. Сходил за ящиком, уселся на него возле теплички. В небе, невесть откуда, стало формироваться облако. Есть ещё время всё хорошо обдумать. Стоп, стоп – а вот думать-то как раз и нельзя! А как это, не думать? Думать значит мыслить. Не знаю как другие, но я мыслю через слова. Да я постоянно сам с собой мысленно разговариваю. Вот прячусь, бегу и стреляю я, действительно, без слов. А теперь что же, нельзя уже поговорить с умным человеком.

– А ты умный?

– Да, умный! У меня незаконченное высшее образование – меня турнули из Политеха с третьего курса.

– И что тебе дал Политех?

– Пожалуйста – сопромат, допуски и посадки!

– Вот, вот. Сегодня ты как раз и получишь – «систему вала в систему отверстия»!

– Подожди! «Интеграл – есть сумма дифференциалов»!

– И

– Ну, надо строить маленькие прямоугольные треугольники и идти по прямой линии – «пифагоровы штаны – на все стороны равны».

– Только не здесь! В аномалии нет прямоугольных треугольников, тут сумма углов треугольника в разных местах разная, геометрия тут не работает.

– Астрономия. Можно выйти по солнцу.

– По какому из двух?

– Но есть еще и фундаментальные знания – физика, математика!

– Например?

– Угол падения равен углу отражения!

– Забудь, здесь это не так!

– Дважды два – четыре!

– Ну, чертяка, ты меня срезал! Против арифметики не попрешь! Только вот как это тебе поможет?

О-ой! Как меня торкнуло! Как от косяка! Раздвоение личности, причем вторая личность – наглый неуправляемый шизик. Похоже, Глюка взялась за меня всерьез. Я поднялся с ящика, прислонился спиной к стене теплички. Низкая облачность закрыла всё небо. Туман выполз из леса и стал надвигаться на тепличку. Сейчас начнется! Давай сосредоточься. Медитируй! Сосредоточься на своем пупке. Я – Будда. Пупок, пупок – я больше ничего не вижу. На пупке ремень, а там маленький карманчик с шоколадкой. Ничего страшного не произойдет, если я съем маленький кусочек. Я достал шоколадку и отломил кусок.

– В рюкзаке остались две банки тушенки, а ты подсунул под рюкзак гранату!

– Не трави душу, сам знаю! Некогда мне было думать про тушенку – надо было шкуру спасать!

– Ну что, спас?

– Спас, мы пока живы! Тьфу ты, я жив.

– Живы-то живы, а жрать все равно хочется! Слушай. Я слышал, что из желудей можно сделать прекрасное жаркое. А тут полно дубовых деревьев.

– Эти деревья находятся в тумане. Я туда не пойду.

– Может быть, на поляне есть какие-нибудь грибочки или клубнички-землянички?

– Нет тут грибов, кроме бледных поганок. А из клубничек – только Волчья ягода.

– А почему эта ягода называется волчьей?

– Ах ты, скотина, тебе же сказали не думать!

Я оторвал взгляд от пупка, из тумана сформировался волк. Волк смотрел на меня. Уж, конечно, он пришел не за волчьей ягодой! Моя рука уже щелкала курком пистолета – хорошо, что я его заранее разрядил. Волк оскалился.

– Успокойся! Может, волк просто пришел в шахматы поиграть.

Оба – на! А ведь глупые мысли этого шизика помогают! Волк закрыл пасть, уселся по-человечьи на услужливо появившийся пенек, пошарил лапой в кустах и извлек оттуда шахматную доску с расставленными фигурами. Впрочем, что значит помогают? Шизик сам и вызвал этого волка.

– Слушай, а ты в шахматы играть умеешь? Я кроме детского мата ничего не знаю.

– Прекрати эту херню! – и далее, я обложил шизика не детским матом.

Вот оно! Глюка с матом не справилась. Волк завибрировал и превратился в пар. Туман сомкнулся. Ну конечно, брань и ругань – это броня и оружие. Действительно, сформировать зрительный образ на слово пое#ень, не так-то просто. Да здравствует великий и могучий! Теперь я знаю, как разбивать иллюзии. Вот только, сколько я сумею продержаться? Как заставить шизика заткнуться? Может, самому начать думать о чем-нибудь добром и хорошем, из классической литературы, например?

– У лукоморья дуб зеленый …