Чтение онлайн

— Ваше преподобие, — догнал меня Сергий. — подъезжаем. Жезл.

Угу, как же я без знака своего статуса в обычном дорожном доспехе перед встречающими предстану? Мне ведь ещё и благословлять предстоит собравшихся. Без сутаны, зато хоть с ярким символом аббата. Протягиваю руку и забираю у секретаря тяжёлую золотую цепь.

Уж не знаю, следил ли кто-нибудь за нами — тот же брат Алекс, наш казначей может плести заклинания обзора и разведки местности — или просто брат Михаил угадал со временем, но выехав из леса к поселению вижу выстроившиеся почётным караулом один из взводов моей кавалерийско-егерской роты во главе с лейтенантом Гербертом Вилковым и отряд вооружённых монахов с другой стороны улицы, а за их спинами толпы моих работников и паломников. Самого монастырского начальства не наблюдаю,

но это и понятно, помощники ждут меня, как обычно, на ступенях нашей церкви.

Молодой острый взгляд позволил разглядеть на стене в районе арки ворот двух сфинксов. Ба, да это же мои пушистики Мурзик с Котькой встречают своего старшего друга Степа Неллерского. И ведь как-то же сообразили, догадались, что их хозяин возвращается. Впрочем, в уме этих животных я никогда и не сомневался.

Широким взмахом под радостный крик благословляю собравшихся и говорю милорду Монскому:

— Карл, ты как-нибудь незаметно отделись в этой суматохе и направляйся сразу в лечебницу.

Глава 15

Две недели, прошедшие после моего возвращения со свадьбы Андрэ и Юлианы, пролетели как один день. Даже смешно и грустно думать о своих переживаниях по поводу того, что я тут в средневековом мире загнусь от скуки без интернета и телевизора, без газет и радио. Да уж, скучать мне совсем некогда. Хозяйство у меня большое, дел невпроворот, да и судьба моя не определена, жизнь постоянно какие-то вводные подкидывает.

Сегодня я обедаю один в своих покоях. Все, кто мог бы составить мне компанию, нагружены от меня задачами, что тот ослик. Я и сам только-только освободился. Оказалось, не такое простое дело спроектировать пилораму и внятно объяснить нашим кузнецам, какие детали необходимо в каких размерах делать, определиться самому, что обязательно делать из железа, а где можно использовать бронзу. Увы, устройство дисковой пилорамы я так и не вспомнил, так что, обойдёмся ленточной. И ладно, это и так настоящая революция в деревообработке. Да, у дисковой соотношение получаемого полезного материала к отходам лучше, зато у неё в выбраковку доски и брус чаще уходят, этим и утешусь.

Убедить в необходимости механизации работ с лесом мне даже моего учёного брата Георга получилось не очень просто. Управляющий долго сопротивлялся, объясняя, что проще прикупить новых рабов или обратить в долговое рабство часть крепостных наших Гутово и Монастырки и приставить к распилке стволов, чем тратить ресурсы на мою задумку, резонно отмечая, что туповатые работники станут часто ломать механизмы из-за неправильной эксплуатации. Дескать, есть печальный опыт работы наших водной и ветряной мельниц. Брата Георга поддерживал и брат Алекс, мой казначей. Выслушать их доводы, я выслушал, но распорядился делать по моему.

Радует, что с братом Олегом, желчным и вечно за что-то обиженным на жизнь пожилым мужчиной, придумали не городить новую плотину для моего нового производства, а использовать уже имеющуюся. Там возле мельницы сейчас и готовим площадку. Примерные цены на доски, брус и прочие поделки из дерева брат Алекс принёс, вон свиток на диване валяется, как я его вчера там бросил, так и лежит. Мои девчонки строго-настрого предупреждены, что любые документы, на рабочем столе ли или на диване в столовой — неважно — нельзя ни в коем случае трогать руками. Был уже печальный случай, когда Ангелина прибрала письмо от маркиза Джея, потом полдня искали.

В общем, прибыль от торговли пиломатериалами обещает стать очень весомой, превысив, пожалуй, доходы от переписывания книг. А ведь у меня уже началось производство ходиков, новой, уменьшенной модели, дамских сумочек и саквояжей, подзорных труб и пудрениц, ещё всякого по мелочам. Да, количество моих изделий пока смехотворно, но и продавать я их собираюсь не за зольды, а за десятки-сотни драхм.

— Горячее нести, ваше преподобие? — спрашивает Юлька.

— А для чего я по-твоему сюда в столовую пришёл? — отвечаю вопросом на вопрос.

Провожаю взглядом убежавших служанок и падаю в бессилии на диван, замотался сегодня. Беру в руки свиток брата Алекса и вновь пробегаю глазами приятные цифры. Пожалуй, стану Скруджем этого мира. Буду сахар с золотых блюд есть с утра до вечера. Ладно,

это уж я так. На самом деле значительная часть увеличения доходов аббатства пойдёт моему роду. И так немаленькие цены на покупаемые у герцогских представителей товары я распорядился повысить вдвое.

Казначей только огорчённо вздохнул, выслушав мои указания по поводу закупок, но перечить не посмел, ему эта кухня знакома. Баронет Михаил, наш преднастоятель, настрочил по этому поводу донос прецептору и отправил с одним из паломников-дворян в Рнсбур. Лейтенант сыска вычислил данную ситуацию ещё в момент её развития, но я велел не препятствовать. Пусть жалуется и убедится, что от его кляуз никакого толка. Виконт Николай Гиверский слишком многим мне обязан, чтобы портить наши отношения из-за какого-то злата. К тому же, орден от моей деятельности тоже в накладе не останется. По самым скромным прикидкам, в следующем году Готлинская обитель привезёт в казну нашей церковной структуры сумму как минимум вдвое больше нынешней, и без того немаленькой.

И про себя я не забуду, и про своих людей. Когда пойдут первые поставки сахара, на всё про всё хватит. Эх, заживу! Если доживу. Надо немного темп своей деятельности убавить, а то так и грыжу заработать можно. Съезжу-ка я, и правда, завтра на охоту. Устрою себе пикник на обочине.

Сегодня у меня по плану ещё встреча с богатым скототорговцем из республики Верция. Нет, он не коров или овец к нам в обитель пригнал. Прибыл в качестве паломника с женой, маленькой дочкой и скопищем слуг и охраны, оставив на хозяйстве дома старших сыновей. Хитрый, ну, или мудрый, тут как посмотреть, рассудил, что если святой готлинский источник не поможет ходить его семилетней дочери, то вдруг у прославленного целителя Степа Неллерского получится? Главное, добиться его, то есть, моего согласия.

Да, с целительством у меня нарисовалась огромная моральная проблема. С одной стороны мне подвластно исцеление практически всех больных или увечных, а с другой, займись я лечением без сна, перерывов на обед и отправление естественных надобностей, полностью ставить на ноги я смогу не более шести-семи человек в сутки. А сколько их таких нуждающихся? Вот то-то. Да, у меня большое и доброе сердце, но я тоже жить хочу, а не работать рекреационной камерой.

Рассудил, что тот, кто мне постоянно мешает, он мне и поможет. Баронет Михаил с радостью взялся ограждать меня от потока просителей, определяя, кто достоин того, чтобы мне о них доложить, а кто нет. Молодец я, умею находить применение самым негодным или враждебным инструментам. Теперь весь негатив от тех, кому не посчастливилось добраться до меня с нижайшими просьбами, достаётся преднастоятелю, а счастливчики потом разносят вести о вселенской доброте аббата Готлинского.

Понятно, я не такой наивный, чтобы в таком важном деле во всём доверяться своему недоброжелателю, да ещё и, как недавно выяснилось, доносчику, кляузнику, ябеде. помимо брата Михаила мои ближайшие соратники Эрик и лейтенант сыска тоже контролируют ситуацию с нуждающимися в полном исцелении, только делают это неофициально и докладывают кулуарно.

От Эрика я и узнал про почтенного скототорговца Барта Итрова, про его больную дочь, про его старшего брата — начальника самого крупного порта республики. Подумал, что такие связи мне не помешают. Так что, сегодня мне ещё предстоит трёхчасовой сеанс целительской магии. Мало производить новые качественные товары, нужно расширять и географию их сбыта. Здесь почти половина торговли идёт морем. Впрочем, а в моём родном мире разве не так было? Так, и даже больше половины.

— Вот, плов, как и заказывали! — радостно доложила Юлька, когда с подругой накрыли яствами стол. — А ведь никто не верил, что из маланской крупы можно что-то вкусное приготовить.

Она имела в виду обычный рис, который выращивали в Южном Малансе, это на восточном побережье Итерики, нашего материка. Особым спросом этот злак тут не пользовался, ну, да я быстро изменю такую ситуацию. На монастырской кухне ведь уже не только плов умеют готовить, а и голубцы, и ролы, и ещё пару блюд, где без риса никуда. Сергий уже записывает в отдельную тетрадь все мои рецепты, которые в скором времени, надеюсь, уже в следующем году будут изданы отдельной книгой, которая наверняка станет бестселлером.