Чтение онлайн

Смирнов отключился и набрал номер лаборантки — последней в списке.

— Да?

— Старший лейтенант Смирнов.

— А, это вы. Слушаю.

— Хотел спросить: говорит ли вам что-нибудь слово «Фаэтон»?

— Говорит.

— Что именно?

— Во-первых, это сын Гелиоса.

— Так.

— Во-вторых, так называется теплоход, на котором мы завтра отправляемся в Сургут.

— Что? — Смирнов едва не подскочил.

— Наша лаборатория участвует в симпозиуме, посвященном новейшим подходам в лечении наследственных заболеваний, — объяснила Кушекова. — Мы отплываем завтра в семнадцать двадцать.

— Кто конкретно?

— Вся лаборатория, естественно. Александр Викторович тоже должен был плыть, но, сами понимаете, теперь придется

— Почему вы единственная мне об этом сказали? Я обзвонил всех, но ни один не вспомнил название теплохода.

Лаборантка усмехнулась:

— Ничего удивительного. Билеты заказывала я, и остальные получили их только в пятницу вечером, так что вряд ли успели их внимательно изучить. Обычно их начинают разглядывать перед самым отъездом.

— Понятно. И когда вы заказали билеты?

— Бронь сделала пять дней назад, то есть в четверг, а забрала в пятницу.

— И тогда же всем раздали?

— Точно.

— Простите мое занудство, но я должен уточнить: билеты получили абсолютно все сотрудники вашей лаборатории? Именно в пятницу?

— Да, все были на месте, и я выдала билеты.

— Спасибо.

— Кстати, раз уж вас так интересуют билеты, с нами поплывут еще семьи детей, которых мы лечили и на которых разработанные нами препараты оказали благоприятное воздействие. Они тоже будут участвовать в симпозиуме. В качестве наглядного результата, так сказать.

— И сколько семей плывут с вами? — проговорил Смирнов, чувствуя, как расширяется и в то же время сужается круг подозреваемых.

— Пять. Они любезно согласились сопровождать нас.

— Вы и на них взяли билеты?

— Да.

— А когда вы их отдали?

— Тоже в пятницу.

— Всем?

— Конечно. Родители заехали за ними к нам в НИИ.

— У вас есть список семей?

— Да, он вам нужен?

— Очень хотелось бы получить копию.

— Хорошо, заезжайте завтра утром в лабораторию.

— Спасибо.

Повесив трубку, Смирнов откинулся на спинку стула и уставился в одну точку. В голове бешено вращались мысли. Минимум семнадцать человек знали о том, что лаборатория отправится в плавание на «Фаэтоне», уже в пятницу вечером. За один день убийца подготовился к преступлению и расправился с Марухиным — притом что ему пришлось достать хлороформ, проволоку, нож или пилу и обрезок трубы, сгонять в карьер и набрать глины. Затем он прикончил Липина, отвез его в карьер, уничтожил следы при помощи воды (опять же достав где-то две канистры) и ринулся в монастырь убивать Базарова, по дороге прихватив иллюстрацию из детской книжки с изображением Фаэтона. Словом, преступник трудился без передышки с вечера пятницы до сегодняшнего утра. И теперь он спокойно ждет продолжения своего кровавого банкета на теплоходе. Первую жертву он пытал, очевидно чтобы выяснить подробности, — значит, на Марухина он потратил больше времени, чем на других. Об этом говорит и то, что проволока была намотана на его ногах и руках в три ряда, а на двух других трупах — только в один: убийца торопился, он связывал жертвы только для страховки, на случай, если те придут в себя, несмотря на хлороформ. Возможно, именно ученый выдал ему остальных — Липина и Базарова. Тогда убийца действовал экспромтом, без предварительной подготовки. Просто отправлялся по названным адресам, находил жертву и убивал. Глиной он, очевидно, запасся в карьере, когда отвез туда Липина. Он использовал ее во время убийства монаха и наверняка собирается затолкать ее в горло того, кто намечен им в жертву на «Фаэтоне». Значит, преступник прихватит глину с собой. По идее, обыск мог бы дать многое — даже если бы убийца спрятал улику не в своей каюте, а где-нибудь на теплоходе. Наверняка остались бы следы или свидетели — не так-то просто скрыть что-то на корабле, где полно пассажиров и матросов. И ведь мало скрыть — надо еще достать глину из тайника, чтобы использовать, так сказать, по назначению. Опять же убийце нужно прихватить с собой проволоку и хлороформ. Все это указало бы на него, но нельзя обыскивать всех

Следователь снял трубку и позвонил в справочную, чтобы узнать, по какому номеру можно связаться с кем-нибудь, имеющим отношение к теплоходу «Фаэтон». Через пять минут он уже звонил капитану Капотову. Представившись репортером, следователь поинтересовался, не случалось ли на борту происшествий, несчастных случаев и так далее. Капитан ответил, что, слава богу, нет, и по его голосу Смирнов понял, что тот не врет.

Повесив трубку, он встал и направился в кабинет начальника. Пришло время отчитаться о проделанной работе и обсудить, как действовать дальше. У следователя был план, и он собирался изложить его Петровичу, очень надеясь, что тот с ним согласится. Увидев на пороге Смирнова, начальник махнул рукой и указал на кресло напротив широкого стола. Несметов был человеком семейным, и справа от органайзера всегда стояли две фотографии — жены и дочери. Одну из них он как раз рассматривал, держа двумя пальцами за угол рамки.

— Привет, Валер. — Петрович поставил фотографию на место и сложил руки перед собой, сцепив пальцы в замок. — Ну, как продвигается? Слышал, оказалась серия. — В голосе Петровича звучала досада. — Не везет так не везет.

— Да, Павел Петрович, и это убийство не последнее. Мне кажется, мы имеем дело с зазывалой, — проговорил Смирнов, садясь в кресло.

Начальник закурил сигарету и внимательно взглянул на подчиненного.

— Почему?

— Ну, смотрите сами, — принялся излагать Смирнов. — Глина в горле первого трупа указывала на карьер, где нашли второе тело. В вещах же второй жертвы была брошюра из монастыря, где убили монаха.

— В руке которого оказалась иллюстрация из детской книжки, — закончил за следователя Петрович.

— И это тоже указание на место, где будет следующий труп.

— И где же? — скептически хмыкнул Петрович, постукивая по столу зажигалкой. — Что там на картинке?

— Фаэтон.

— Сын бога солнца?

— Угу.

— Значит, следующий труп там и будем искать, — кивнул начальник.

— Где? — не понял Смирнов.

— На Солнце. — Петрович указал дымящейся сигаретой в потолок.

— Нет, Павел Петрович, следующее убийство планируется на теплоходе «Фаэтон». На нем завтра поплывут коллеги Марухина в Сургут. У них там семинар.

Начальник вытаращил на подчиненного глаза, что доставило следователю немалое удовольствие.

— На нем плывут семь сотрудников НИИ, — уточнил Смирнов. — Они все из лаборатории Марухина. Билеты заказаны еще в четверг, розданы в пятницу вечером. Так что убийца спланировал все еще до выходных. Но действовать ему пришлось очень быстро.

— Значит, убийца назначает нам встречу на «Фаэтоне»? — мрачно констатировал Петрович. Он сразу оценил всю серьезность ситуации.

— Уверен, что да. Там убийства еще не было. Значит, оно произойдет во время плавания. Преступник торопился, убивая первые три жертвы: он хотел успеть на рейс теплохода. Иначе он бы спрятал тела получше и дал себе больше времени.

— А следующая жертва, по-твоему, — один из этих ученых?

— Это логично.

— Согласен. Вопрос в том, входит ли в число этих семерых и преступник. Или он появится со стороны?

— Мы отработаем оба варианта.

— Само собой. Но нужно поговорить со всеми семерыми: возможно, потенциальная жертва сама догадается, что именно она на очереди, и попросит защиты.

— Дай-то бог! — искренне сказал Смирнов.

— И сколько человек ты рассчитываешь задействовать в операции?

— Чем больше, тем лучше.

— Но мы не можем снимать людей с теплохода. Билеты-то уже куплены. Так что придется обойтись всего несколькими сотрудниками. Кого возьмешь?

— Дымина и Павлова, — не задумываясь, ответил Смирнов.

— Одобряю и понимаю, — согласился Петрович. — Сегодня выясню, сколько мест на теплоходе свободно, и тогда, может, втиснем еще кого-нибудь. Вам троим уголок найду в любом случае.