Бас
Шрифт:
Моя спина свалилась на матрас, и он залез на меня, расположившись между ног. Чёрт, он был великолепен. Сильные, чёткие линии его скул и эта «я-собираюсь-трахнуть-тебя» тьма в его глазах. Я не могла перевести дух, да это и не имело значения. Моя грудь, прижатая к его груди, было само по себе наградой. Вполне возможно, что сейчас я обладала самыми жёсткими, самыми счастливыми сосками во всём мироздании. Они были такими чувствительными.
Кто сказал, что беременность — это не весело?
Он накрыл мой рот своим, снова целуя меня, глупышку. Чёрт, он был хорош на вкус. Всё это время он удерживал свой вес на локте, чтобы
— Я уходила. Я собиралась.
Никакого ответа. Вместо этого, он потёрся своим твёрдым членом между моих ног, заставляя мою спину выгнуться. Одна пара джинсов и трусиков — это слишком много. Сейчас они были проблемой.
Я ловила ртом воздух.
— Не думаю, что друзья, которые просто друзья, должны таким заниматься.
Без комментариев он сел, хватая заднюю часть своей рубашки и снимая её через голову. Его грудь была такой красивой. Такой твёрдой и большой и всё в этом духе, из-за чего мой уровень IQ упал ниже плинтуса. Всё, что касалось него, так на меня влияло. Бородатая секс машина превратила меня в запинающуюся дурочку. Печально, но факт.
— Бен, я не могу раздвигать для тебя ноги, как только тебе захочется.
Сидя на корточках, он схватил обе мои ноги, прижимая к себе. Туфли слетели с моих ног, а затем и трусики.
— Погоди.
Он не послушал.
— Возможно, я не заинтересована в сексе с тобой. — Вопиющая ложь. Но я отчаянно нуждалась в каком-то общении с ним, не тактильном. — Тебе это не приходило в голову?
Глядя на меня, он поднёс мои трусики к носу.
— Боже мой, не нюхай мои трусики. Бен!
Медленная улыбка расползлась по его лицу.
— Это ужасно. Я же не занимаюсь такими вещами? Нет. — На мне не было трусиков, поэтому они не могли выдать моё возбуждение. Повезло.
Он отбросил невинный, промокший лоскут в сторону.
— В любом случае, моя вагина вышла из-под контроля. Это ничего не доказывает.
Он поцеловал меня в мою толстую лодыжку, пристально посмотрев на неё.
— И не смотри на мои лодыжки. Ты же знаешь, как я к этому отношусь. — Я попыталась поджать ноги, но он крепко держал их, обернув руками, прижимая к своей горячей груди. — Зачем ты это делаешь?
Медленно, одной рукой он начал массировать мои пальцы. Хорошо, но не по делу.
— Скажи хоть что-нибудь.
— Ты сказала, что вряд ли какие-либо слова смогли бы исправить ситуацию, — пробормотал он, его тёплый, влажный рот целовал мою ступню, его борода так приятно щекотала. — Подумал, что лучше будет показать тебе, почему тебе следует остаться.
— Секс?
— Кажется, это то, чего ты хочешь прямо сейчас.
Я фыркнула.
— Ты первый начал.
Ублюдок ухмыльнулся.
— Расскажи мне подробнее о том, что твоя киска вышла из-под контроля.
— Нет. — Я и мой идиотский рот. — Нечего рассказывать.
Смертельное сочетание его мягких, тёплых губ и изящной бороды погубили меня. Тепло и сила его тела. Каждый раз, когда он прикасался ко мне, я могла поклясться, что по моему телу пробегали искры. Маленькие огоньки сжигали меня самым милым способом. Как, чёрт возьми, девушка
должна была бороться с этим? У мужчины были сексуальные сверхспособности, а я была просто собой, ни на что не способной даже в лучшие времена.— Почему ты хочешь, чтобы я осталась? — спросила я, слегка умоляя. Я сама не понимала почему. Его пальцы, обернулись вокруг моих лодыжек, нежно потирая их. — Из-за ребёнка?
— Нет, — сказал он. — Из-за всего.
— Всё означает...?
— Не знаю. Я имел в виду то, что сказал. Я никогда не хотел быть в отношениях. Но и ты не хотела заводить ребёнка такой молодой. Думаю, нам обоим придётся разобраться с этим по ходу дела.
— Эм, нет. — Я крепко зажмурилась. — Бен, мы уже это проходили. Ты думаешь, что хочешь чего-то со мной, но потом всё это оказывается слишком для тебя, и ты убегаешь. И это нормально. Для тебя нормально просто сосредоточиться на своей музыке, жить легко и свободно, и не хотеть состоять в постоянных отношениях. Что действительно не нормально, так это то, что ты снова даёшь мне ложную надежду, потому что, честно говоря, горькая правда — это отстой.
И это было моё профессиональное мнение студента психологии.
— Лиз.
— Нет. Я не могу проходить через это снова.
Он замолчал.
Слишком много эмоций бушевало во мне, моё тело было не в ладах с чувствами. Чёрт, это было непросто. Я отпрянула от него и начала сползать с кровати. Хорошенько поплакать под горячим душем — это то, что мне нужно. И убраться подальше отсюда. В этом отеле был отличный душ, и я бы использовала его по полной, да. И, возможно, немного мороженого тоже. Это было отличным средством от разбитого сердца.
— Погоди. — Сильная рука остановила меня, притянув обратно к его телу. Я просто поддалась. У мужчины были мышцы, которые позволяли ему посадить меня там, где ему хотелось — он уже неоднократно демонстрировал это. Просто нужно игнорировать то, что мне нравится быть в его объятиях.
— Зачем? — заплакала я. — Да ладно тебе, Бен. Приведи мне хоть один разумный довод. Почему я должна остаться?
— Поэтому. — Его огромная рука раскинулась на моём животе, его загорелая кожа резко контрастирует с моей. — Из-за нас. Мы сделали ребёнка, Лиз. Ты и я.
— Бен…
— Ш-ш-ш. Успокойся. Дай мне минутку.
Легко ему говорить, у него не было очередного эмоционального расстройства. Прядские гормоны. Тот факт, что я хотела его так сильно, вообще не помогал. Сексуальное разочарование, казалось, охватило меня. Но риск эмоционального ущерба был чертовски велик.
— Не знал, что ты стала такой большой. — Его пальцы нежно погладили мой животик. — Прошла всего лишь неделя.
— Да, — я шмыгнула носом. — Он появился словно из ниоткуда.
Он провёл носом по моей шее, прижимаясь губами в нежных поцелуях.
— Ты когда-нибудь видела что-нибудь более удивительное в своей жизни? Наш ребёнок растёт внутри тебя.
Я кивнула, накрывая его руку своей.
— Знаю.
— Тогда раздели это со мной. Я хочу видеть тебя каждый день. Я хочу знать, как вы двое поживаете, и быть частью всего этого. — Несмотря на его успокаивающие слова, моё тело напряглось в его руках. — Ты прекрасна. Расслабься.
— Попытайся расслабиться с огромным стояком, трущимся о твою спину. Я пытаюсь порвать с тобой, — не то чтобы мы вообще были вместе, — и твой пенис не помогает.