Барон ненавидит правила
Шрифт:
А отвечать на оскорбление такие, как он, умели великолепно. Если уж возьмётся мстить, то сделает это со вкусом…
— Слушаю вас, Елизавета! — кивнул Баринов.
— А почему эти Печати опасны?! Нам на уроках про них не рассказывали…
Я мысленно ей поаплодировал. Вопрос прямо в точку!
И, судя по кивкам остальных студентов, они тоже не очень понимали, о чём идёт речь.
Ректор уже открыл рот, чтобы ответить, но его прервало тихое покашливание князя Одинцовского.
— Хотите сами всё объяснить? — Баринов недовольно на него покосился.
— Да,
Говорил он ровным тоном, так что Баринов даже не сразу понял, что это, по сути, было оскорбление.
Он побагровел, но не сказал ни слова. Только отступил в сторону, позволив Одинцовскому говорить.
Из этого я сделал выводы.
Первый — Баринов трус и готов демонстрировать силу только на зависимых от него студентах. Стоило появиться кому-то, обладающему достаточным авторитетом, как он тут же стал кротким и тихим.
Собственно, ничего нового! Я это подозревал с первой же встречи.
А вот второй вывод был для меня новым. Этот Одинцовский — тип крайне влиятельный. И к тому же весьма опасный…
— Господин Ланцов был могущественным магом. Но, увы, перешёл на тёмную сторону. — Одинцовский не использовал магическое усиление голоса, но его и так было прекрасно слышно. — Он стал изучать запрещённую магию и погрузился в самые тёмные её глубины. Вершина его изысканий — это создание собственных Печатей. Их опасность крайне велика. Само их использование может убить всё живое и разорвать ткань реальности. Поэтому они и считаются запрещёнными…
Тааак… Начало мне уже не нравится!
— Ой… — Эта информация напугала впечатлительную Лизу. — А что с этим Ланцовым сейчас?
— Можно сказать, что он исчез. Пропал без вести. — Одинцовский недобро усмехнулся. — Но мы всё ещё продолжаем находить оставленные им записи и артефакты. Да и кое-кто из его учеников всё ещё остаётся среди нас…
Он покосился на Волкова. Тот взгляд выдержал, но я всё равно заметил — Абсолют нервничает.
И не просто нервничает.
Он, дракон его сожри, в панике!
— Следопыт, тебе тоже стоит волноваться! — зашептал дракоша. — Если эти люди поймут, что ты использовал Печати, тебя убьют… Кыш не хочет умирать вместе с тобой! Кыш хочет жить!
— Хвостатый, напомни, что я говорю тебе чаще всего? — ухмыльнулся я.
— Чтобы Кыш помолчал! — уверенно ответил питомец.
— Справедливо. Но всё-таки чаще я советую тебе успокоиться. И сегодня не исключение! Расслабься и наблюдай. Всё с тобой будет хорошо…
Успокаиваться питомец даже не думал. Не такой у него характер, чтобы молча наблюдать! Но говорить он стал тише.
Я этим воспользовался и проанализировал ситуацию.
Значит, Печати Ланцова считаются запрещённой магией. Неожиданно, но, в целом, логично. Учитывая, что я одной простой Печатью разнёс комнату и полстены, а второй практически открыл Воронку в Брешь, то безопасными их точно
было не назвать!Но отказываться от их использования я не планировал.
Всё-таки пару раз они сильно мне помогли. Да что там помогли… Они спасли мне жизнь!
И сейчас задача у меня очень простая — скрыть, что я использовал Печати и не позволить Одинцовскому и его команде найти дневник Ланцова.
Были в моей жизни задачки и посложнее. Справлюсь!
Главное, понять, что именно Одинцовский будет делать.
Это стало ясно практически сразу.
— Итак, учащиеся и преподаватели. Сейчас мы будем вызывать вас по списку! — Одинцовский обвёл нас взглядом. — Тот, чьё имя мы назовём, должен подойти к нам и пройти специальную проверку.
— Ой, а это больно?! — Лиза волновалась больше всех остальных.
— Совсем нет! — усмехнулся Одинцовский. — Больно это будет только для того, у кого мы найдём нужный энергетический след…
Надо признать, что действовали его люди быстро и профессионально.
Из сумок они достали энергетические детекторы и разместили их на принесённых из классов столах. И сразу же начали вызывать присутствующих по длинному списку.
Имена были расставлены не по алфавиту, так что понять, кого вызовут следующим, было невозможно. Первокурсник, старшекурсник, даже преподаватель — в очередь мог попасть кто угодно.
А вот сама процедура оказалась очень простая.
Вызванный становился перед проверяющими, на него направляли артефакт, а уже спустя несколько секунд отпускали, делая пометку в журнале.
Судя по скучающим лицам людей Одинцовского, никто из проверенных их не заинтересовал.
Оно и понятно! Никто из них Печати Ланцова никогда не видел даже на картинках.
Никаких следов их энергии они ни у кого не найдут.
А вот насчёт себя я был совсем не уверен…
— Кыш, спрячь дневник Ланцова к себе! — прошептал я и сразу же почувствовал, как в сумке шебуршит мохнатая лапа.
— Сделано, Следопыт! — отчитался дракоша.
Я удовлетворённо кивнул. Начало положено! В убежище Кыша дневник не найдут.
Осталось только решить вопрос с энергетическим следами…
— Растолкай меня, когда назовут моё имя! — велел я стоящему рядом Алмазову.
— Чего?! — Он не сразу меня понял. — Ястребов, а ты не обнаглел? Сам вообще-то не глухой!
— Слух у меня отличный. Но сейчас могу и не услышать…
Говорил я непонятно, но Алмазов к этому уже привык.
— Ладно, так и быть. Но, чур, если снова использую нашатырку, больше меня энергией не бей!
— Договорились!
Я закрыл глаза и на максимуме использовал сенсорные способности.
Почувствовать частоту, на которую были настроены детекторы, не составило для меня труда.
Я снял с них слепок и осмотрел собственный энергетический рисунок.
— Да чтобы вас всех гули сожрали!
Собственную энергию я не проверял уже очень давно. Энергетические каналы работали как надо, проблем с магией и Даром не было, а воздействие артефактов или чужих техник я считал бы при помощи сенсорных способностей.