Барон Дубов 12
Шрифт:
— Так точно!
— Тогда неси сюда! Его Сиятельство есть изволит!
— Прям так? Сырой, то бишь? — побледнел Никон, а волосы у него на голове явственно зашевелились.
Говорил я громко, так что девушки услышали. Маша и графиня странно на меня посмотрели, а остальные пытались подавить рвотные позывы. И не они одни. Экипаж тоже.
Ну а что не сделаешь ради родной Империи?
Глава 23
Я только за один сегодняшний день столько всего насмотрелся, что меня ничем не проймёшь. А вот остальные… Когда Никон привёз и поставил в центре рубки
Хорошо, что наш дирижабль висел на одном месте, вне досягаемости летающих комков слизи. А то бы влетели в какую-нибудь скалу по курсу.
Мозг Пугала и правда выглядел так себе. Тёмно-серый, склизкий и в бордовых прожилках. Он был похож на продолговатого уродливого слизняка, с которого содрали кожу. При этом пах, как мясо в маринаде. Брусничном. От запаха аж слюнки почти потекли. Если бы не вид мозгов…
Ладно, мне нужен всего один небольшой кусочек. И готовить я буду прямо здесь, чтобы не терять обзор на город.
Выудив из кольца горелку со сковородкой, отрезал от охлаждённого мозга тонкий шматок. Разогрел сковородку и бросил кусок на кипящее масло. Даже подсолил и посыпал специями. Запах пошёл… Я чуть слюной не захлебывался. С утра нормально не ел, а сейчас уже вечер почти.
— Не верю, что говорю это, но, кажется, я хочу это съесть… — пробормотала княжна, не сводя голодных глаз с поджаренного кусочка.
— Я точно получу ещё одну психологическую травму, если съем это… — задумчиво произнесла Лиза, а потом гулко сглотнула. — Но одной больше, одной меньше… Какая, в сущности, разница?
— Эта психологиня дело говорит, — кивала Агнес.
— Если бы было сердце этой твари… — вслух размышляла Лакросса. — Я бы точно его съела, чтобы стать сильнее!
Я хмуро посмотрел на девушек. Нет, пожалуй, оставлять у них перед носом потенциальную еду не стоит. Поэтому я перенёс кусочек к себе в кольцо. Для задуманного должен его съесть только я. Но есть ещё один нюанс, с которым прямо сейчас я и разберусь. А пока… вытащил из кольца британца запас английских сухпайков. Не бог весть что, но запасы еды на дирижабле пополнить не успели. Да и вообще всё лишнее скинули, чтобы взять больше беженцев.
— Никон, — позвал я сотника. — Раздай всем еду. Катя, — обратился к Вдовиной, — на пару слов.
— Да? — подошла она ко мне, пока Никон и остальные разбирали еду.
— Ты единственная из нас, кто умеет менять облик в Духовном пространстве, — начал я шёпотом, чтобы никто посторонний не услышал. — Я хочу научиться так же.
— Но… Разве у нас есть на это время? Нам бы улететь отсюда подальше. Как можно дальше. И не возвращаться…
Катя выглядела усталой и при этом странно взволнованной. Но я этому значения не придал. Может, адреналин не выветрился до сих пор, вот и всё?
— Здесь будет, — отвечал я, вытащив заводной шар.
Нажал несколько кнопок-углублений, повернул по-хитрому два полушария — и вот мы внутри, пока остальные ждут снаружи.
Вокруг цвела сочная зелень, стоял погожий летний денёк, пищали комары, жужжали пчёлы, и одуряюще пахло лесом.
Во время переноса рыжая рефлекторно зажмурилась и сейчас с опаской открыла сначала один карий глаз, похожий на глубокий омут, затем второй.— Фух, не завод Агнес с дымом и заводными тварями, и на том спасибо, — выдохнула она с облегчением. — А что это за место?
— Мой дом, — коротко ответил я, поднялся по ступенькам на крыльцо избушки, стоявшей на покрытых мхом сваях, и открыл дверь, пропуская Катю вперёд.
Заводной апельсин в этот раз счёл мою ауру за главную и отправил нас в мой домик на болотах. Пространство вокруг буквально дышало огромными запасами духовной энергии. Даже просто находясь здесь, я восстанавливал силы.
— Я думала, твой дом — это поместье, — сказала Катя, входя и осматриваясь.
— Моё старое жилище, — отвечал я скупо.
— Здесь… мило. И кровать большая. — Со смешком, словно позабыв о прошедшем дне, села на краешек деревянной постели девушка. — Я бы хотела здесь пожить. Вдали от всего… — И она снова помрачнела. — Знаю, время здесь идёт медленнее, но давай скорее вернёмся и улетим подальше от Питера.
— Да, — согласился я, исподволь оглядывая избушку. Здесь она была такой же, какой я оставил её в конце августа перед отправкой в академию. Правда, сначала меня чуть в тюрьму не посадили… Но это уже старая история. — Научи меня менять свой облик в Духовном пространстве.
— Вот… так?
Катя встала с постели, скинула одежду и в один миг обратилась в трёхметрового монстра, каким я её встретил в первый раз. На задних лапах, с большой зубастой головой и хвостом с когтем на конце. Одна из потолочных балок опасно затрещала, когда голова… кхм, пусть будет, Кати, ладно… вдруг упёрлась в неё. Но через мгновение передо мной вновь стояла прежняя рыжая графиня Вдовина.
— Приблизительно, — кивнул ей, поджав губы.
Девушка оделась и заговорила:
— Не уверена, что смогу помочь тебе, ведь дело в моей… двойственной природе, — Глаза Кати загадочно блеснули. — Но я попробую.
И мы начали.
Трудно объяснить, как именно у Кати получалось менять свой облик, ведь она от рождения обладала этим навыком. Но она всё же попыталась. По её словам, внутри неё словно существовало два разных кусочка Духовного пространства. И это логично, ведь душа — часть этого пространства. Просто отдельная, наделённая своей волей. Катя просто «переключалась» между этими кусочками, и духовная энергия в ней начинала течь по-другому. Отсюда и менялся облик.
В моём случае мне пришлось сперва создать внутри себя изолированный кусочек собственной души, а потом методом научного тыка добиваться нужного результата. А Кате проверять его. Ощущения не из приятных. И это я не про работу рыжей, а про себя. Всё-таки я тут над частью себя измывался. Хорошо, что это обратимый процесс.
Не знаю, сколько мы так провозились…
— Убейте меня… — простонала девушка, упав спиной на кровать. — Я уже ненавижу это место. Лучше бы на завод Агнес попала…
— Ага! — торжествовал я. — Зато теперь ты знаешь, женщина, что я испытываю, когда вы тащите меня по магазинам!
— Да это было всего пару раз! Последний раз вообще сотника вместо себя послал.
— И он чуть в отставку не подал…
— Враньё! Ему, наоборот, понравилось! — резко поднялась Катя и остановила свой взгляд на мне.