Авантюристка
Шрифт:
Каким-то образом нам удавалось продвигаться вперед, а индейцы буквально наступали нам на пятки. Наши лица и тела задевали за выступающие острые камни, а однажды моя нога подогнулась, и я упал на камень внизу и подумал, что у меня перелом, но Гарри помог мне подняться, и я, хоть и с трудом, двинулся дальше.
Казалось, силы Гарри удесятерились и у него была тысяча сердец. Он перетаскивал нас с Дезире, словно перышки, через камни, а как он сам на них взбирался — знает только Господь Бог. Половину времени он нес Дезире, еще половину — поддерживал меня. Его энергия и выносливость были фантастическими, даже отчаянное возбуждение нашего бегства не мешало мне этому удивляться. Но
— Надо спустить ее вниз, — сказал Гарри. Он перевалился через край, повис на руках и спрыгнул вниз. — Все в порядке! — крикнул он снизу, и я лег плашмя на камень, а Дезире перелезла через край, держась за мои руки. Некоторое время она так висела, а потом, по крику Гарри, я ее отпустил. Еще секунда — и я тоже спрыгнул вниз, прямо на Гарри, и повалил его на землю.
К этому времени на уступе над нами уже появились индейцы, и мы повернулись и бросились вперед по проходу. Я бежал впереди, Дезире и Гарри — за мной.
Внезапно, во время бега, я почувствовал, что земля под моими ногами трясется, как мост, по которому проезжает поезд. Потом камни у меня под ногами буквально заходили ходуном, и, осознав опасность, я отчаянно крикнул через плечо Гарри и прыгнул вперед. Еще через мгновение он был рядом со мной, с Дезире на руках.
Земля у нас под ногами колыхалась, как палуба корабля во время шторма. Я подумал, что нам пришел конец, перескочил через небольшую расщелину шириной в фут, и тут моя нога ступила на устойчивый камень. Еще один прыжок к безопасности — и мы на твердой земле, и как раз вовремя: обернувшись, мы увидели, как основание оставшегося за нашими спинами прохода с ужасающим грохотом рухнуло вниз, в разверзшуюся пропасть. Мы стояли у самого ее края, молча благодаря судьбу и смотря друг на друга.
— Теперь эти оборванцы остановлены, — заключил Гарри. — Эта партия — за нами.
Посмотрев назад, мы увидели, что индейцы группами по два-три человека стояли на камнях на другой стороне. Увидев, что между ними и их жертвами зияет глубокая пропасть, они застыли от удивления. К ним подходили все новые инки, и скоро на противоположном краю пропасти, в сотне футов от нас, собралось несколько сот безобразных смуглых тел. Я скользил взглядом по их фигурам, стараясь обнаружить короля, и скоро мои поиски увенчались успехом. Он стоял на возвышении впереди, немного справа. Я показал на него Гарри и Дезире.
— Пора бы ему отсюда убираться, — сказал Гарри.
Дезире поежилась и вдруг решила послать этому дьяволу последний привет. Резко повернувшись к Гарри, она выхватила у него копье. Не успели мы и глазом моргнуть, как она шагнула вперед, на самый край пропасти, и метнула копье прямо в короля инков.
Он остался невредим, но копье пронзило грудь стоявшего с ним рядом индейца. Король мигом повернулся, схватил копье и, оскалив зубы в улыбке ненависти, что есть силы метнул его прямо в Дезире.
Гарри и я издали предупреждающие крики и бросились вперед, но было слишком поздно. Она шагнула к нам, но только для того, чтобы безжизненно упасть на наши руки с пронзенным копьем горлом. Мы положили ее на землю и на мгновение встали рядом с ней на колени, а потом Гарри, с лицом бледным как смерть, поднялся,
и я произнес про себя мстительную молитву, когда он схватил копье и метнул его через пропасть в короля инков. Но до цели было слишком далеко, и копье ударилось о землю у его ног.— А вот тебе еще! — воскликнул Гарри и метнул еще одно копье.
На этот раз он промахнулся всего на несколько дюймов. Копье пролетело над плечом короля и пронзило лицо стоявшего за ним индейца. Поверженный дикарь судорожно вскинул руки к своей голове и повалился вперед, на короля.
В рядах индейцев возникло движение, в отчаянном, но напрасном порыве вытянулись вперед руки. С губ Гарри сорвался дикий крик, и в следующее мгновение король сорвался с края обрыва и упал в бездонную пропасть. Гарри повернулся, его всего, с головы до ног, трясло.
— Хотя бы это, — процедил он сквозь зубы и снова встал на колени перед телом Дезире и взял ее на руки.
Но ее несчастная судьба красноречивее всяких слов говорила и об угрожающей нам опасности, и я его поднял. Вместе мы отнесли нашу погибшую подругу подальше от края. Я колебался, не вытащить ли мне зазубренный наконечник копья. Он мог остаться в горле, от которого к белому плечу тянулась ярко-красная полоска.
Неподалеку мы нашли укрывший нас камень и осторожно положили ее за ним на землю. Ни один из нас не произнес ни слова. Губы Гарри были плотно сжаты, у меня в горле стоял комок, мешая говорить и наполняя мои глаза слезами. Гарри склонился на колени перед ее белым телом и, осторожно взяв его на руки, крепко прижал к груди. Я стоял рядом с ним, полный сочувствия и жалости. Несколько долгих минут мы молчали — установилась абсолютная тишина в пещере, я слышал только судорожный стук своего сердца, а Гарри голосом, полным непередаваемой нежности, промолвил:
— Дезире! — И снова: — Дезире! Дезире!
Так он повторял до тех пор, пока, как я отчасти и ожидал, эмоции его немного не схлынули и он не пришел в себя.
Неожиданно он резко импульсивно дернулся и поднял голову, чтобы взглянуть на меня.
— Она любила тебя, — сказал он, и, хотя в его голосе не было ни ревности, ни гнева, я не мог выдержать его взгляда. — Она любила тебя, — повторил он, отчасти удивленно. — А ты… а ты…
Я ответил на его взгляд.
— Она была твоей, — сказал я, с оттенком горечи, которая убедила его в моей искренности. — И вся эта красота, это полное любви сердце, это обаяние — их больше нет. О! Господи, помоги нам. — Мой голос оборвался, я упал на колени рядом с Гарри и прижал губы к белому лбу и золотистым волосам того, что было Дезире Ле Мир.
В таком положении мы оставались долгое время.
Было невозможно поверить, что смерть действительно взяла себе это вытянувшееся перед нами тело.
Она была еще теплой, и казалось, что жизнь не ушла из нее, но ее глаза уже не были глазами Дезире. Я закрыл их и, насколько было возможно, уложил ее густые спутанные волосы на плечи. Когда я это делал, от движения моих рук золотая прядь у ее губ колыхнулась, и Гарри нетерпеливо бросился вперед, подумав, что она вздохнула.
— Дорогая моя! — пробормотал он. — Дорогая, скажи хоть слово!
Его рука коснулась ее бездыханной груди, а его глаза, смотревшие с надеждой на меня, насквозь пронзили мое сердце. Я поднялся и, едва держась на ногах, отошел в сторону. Но злая судьба, которая наконец нас настигла — слишком поздно, увы, и только одну Дезире, — не оставляла нас своим вниманием и после ее смерти. Даже сейчас не понимаю, что тогда происходило, а в то время осознавал это еще меньше. Гарри сказал, что он оказался в шоке в то же мгновение, когда взял тело Дезире в руки и прижал ее губы к своим.