Авантюрист. Финал
Шрифт:
В Сент-Августине не нашлось никого, кто бы был готов отправиться на Бермуды за моими людьми, пришлось, скрепя сердце, идти на поклон к англичанам, точнее к губернатору Кубы.
Сам я отправится в Гавану не мог, кто знает, что меня ждёт, пришлось отправить вместо себя посланника, и выступил один из спасенных офицеров с погибшего "Сан Хуана". Он отправился на Кубу на английском флейте, который очень удачно стоял в Сент-Августине, бывшие враги, испанцы Флориды и англичане потихоньку наращивали торговлю.
Наш гонец вернулся через три недели. И новости которые он принес, были обескураживающие.
Губернатор
— Губернатор Морроу назначен напрямую из Лондона, минуя Кингстон или Йорк, — рассказал мне Александр Младший. О нём говорят, что он крайне самоуверенный и при этом ограниченный человек, который считает что адмирал Кокрейн не добился успеха в Калифорнии по собственной глупости. Но я уверен что это с деньгами это его личная инициатива. Никто в Лондоне не стал бы сейчас портить с Калифорнией отношения.
— С чего ты взял?
— Я не только с нашими… — с американскими чиновниками, — поправился он, — переговоры вёл в Вашингтоне и Нью-Йорке, но и с английскими дипломатами.
— Ясно, значит это личная инициатива одного жадного упыря. Хорошо.
— Ты же не будешь ему платить?
— Конечно нет, не буду.
— Тогда как ты будешь решать эту проблему?
— Нам нужно снова послать посланника в Гавану. Пусть он сообщит этому Морроу что я отправился в Калифорнию за деньгами. В качестве моей гарантии готовности платить Губернатор Кубы получит тысячу долларов.
— Ты собираешься платить?
— Только эту тысячу.
У этого Морроу, с его точки зрения безупречный план, в котором всё предусмотрено. Ведь если посмотреть на эту ситуацию глазами человека начала девятнадцатого века я и правда ничего не могу сделать.
Но платить я не буду. Не важно частная это инициатива одного жадного дурака, или он действует с разрешения Лондона.
Это терроризм и поступать нужно соответствующе.
Глава 5
Учитывая, что платить я не собираюсь, у меня было три варианта: бросить моих людей, договорится с англичанами, с губернатором Броком, если быть точным, или нанести удар по Гаване.
Первый вариант мне не подходил, мои люди должны знать, что их не бросят, и что за них будят драться. Это важно, потому что через год-два нас ждёт очень большая война на другом конце мира и цели войны для большинства, на самом деле для почти всех, непонятны.
Это когда на нас напали испанцы, англичане и снова испанцы всё было понятно, пришёл враг и его надо уничтожить. Это понятно всем коренным народам Калифорнии: олони, винту, тонгва. Европейским жителям Калифорнии тоже всё ясно: врага пришли отнять наше золото. Непонятная война Европе с непонятными французами это совсем другое. Это чужая война.
Поэтому, мне важно чтобы моя неоднородная армия пошла за мной просто потому, что я так хочу. Сейчас это
так, люди верят мне, я по-настоящему делаю их жизнь лучше, как европейцам, так индейцам. Но если я брошу две сотни моряков, то отношение может измениться.Переговоры с Броком может быть и хорошая идея, но чем-то она мне не нравится, поэтому надо бить. Аккуратно, но сильно.
На восточном побережье у меня после утопления "Сан Хуана" ничего не осталось, гнать боевые корабли с Тихого океана это пара месяцев, да и там сейчас одна "Святая Луиза", "Стелла Марис" сопровождает "Флориду" в её путешествии в Россию, с ними же ушёл "Кадьяк". Остаётся только шестерка наших корветов. Это, конечно, мощь такая, что любого противника сможет раздавить, но проблема в том, что они просто не дойдут до Флориды без угольного транспорта.
Тот, кто спланировал эту операцию, очень хорошо всё просчитал и подловил "Сан Хуан" в очень удобное время. Если прибавить к этому то, что на утопленном испанском фрегате были наши ядра и порох, которые поставляли только в одну страну, то станет ясно: мексиканцы к этому точно причастны.
Когда моя армия отправиться в Россию ей будет нужен надёжный тыл и уверенность что никто на Калифорнию не прыгнет, пока большая часть наших сил будет за океаном. Значит, надо и с южными соседями разобраться.
Пока мы летели домой, я думал, как поступить и в итоге пришёл к выводу, что придётся переменить собственное решение насчёт военного применения цеппелинов. Я решил демонстративно сжечь парочку английских кораблей, которые стоят в порту Гаваны, и одновременно с этим раскидаем над городом листовки, где будет объяснено, в чём дело. Если этот Морроу не поймет что нужно делать, то мы повторим еще раз, а потом, при необходимости еще раз.
А вот после того как мы нанесём удар по Гаване, мой посланник, скорее всего им будет Александр Младший, отправится в Йорк, к губернатору Броку. Задачей у моего сына будет убедить англичан, что всё произошедшее в Гаване это следствие необдуманных поступков губернатора Морроу и после освобождения моих людей и принесения извинений инцидент будет исчерпан.
На первый взгляд задача сложнейшая, всё-таки Великобритания это колосс против Калифорнии, весовые категории просто несопоставимы чтобы в одну каску, без поддержки какой-то могущественной державы делать такие заявления и что-то требовать.
Но это только на первый взгляд, если копнуть чуть глубже, то не всё так однозначно.
Во-первых, у Александра младшего будет очень серьёзный козырь на переговорах с Броком: дамоклов меч бомбардировок всех крупных городов в британских колониях. Чем принципиально отличается Гавана от Монреаля или Йорка? Да ничем.
Во-вторых, и это может быть даже важнее, есть и еще один аргумент: оставленный в Сент-Августине президент США Джеймс Мэдисон.
Характер его повреждений был такой, что совершенно нет никакой разницы, где он будет находиться, во Флориде или в Калифорнии. Все что сейчас требуется это время и покой. Недели через две-три уже будет понятно, пронесло его или нет.
Поэтому я его оставил в поселке при базе цеппелинов. Там есть, кому за ним присмотреть, как-никак мои врачи во Флориде имеются. Да и с охраной всё более чем хорошо: несколько сотен до зубов вооружённых семинолов, которые знают что это очень ценный для Белого Духа человек.