Чтение онлайн

Совершенно неслышно сзади подошёл Антон: он приблизился так тихо, что создалось впечатление, будто он возник прямо из воздуха. Антон остановился рядом с Настей, обернулся, поджидая остальных. Где-то позади плелись Таня с Бирюком, Семён, Слава и Маша, едущая верхом на своей обожаемой медведице, которая, нагнав их по дороге, очень обрадовалась встрече после столь долгого отсутствия. Теперь их осталось только семеро. Семеро и медведь. Звучит, как название какой-нибудь детской книжки – подумал Антон.

Отсутствие среди них Евгения было непривычным, отзываясь грустью и ещё некими странными чувствами, которые невозможно было ни передать, ни объяснить.

Хотя в последние дни они и редко собирались полным составом, но никогда ещё не случалось так, чтобы не было лишь одного человека. Каждый из друзей знал, что остальные тоже переживают по этому поводу, но вслух никто ничего не говорил, и оттого создавалось некоторое ощущение тягости и недосказанности, словно это неожиданно вдруг превратилось в какую-то запретную, постыдную тему, о которой никто не хотел вспоминать. Будто их лучший друг сейчас тяжело заболел, и потому не может быть рядом с ними. Надеюсь, что эта «болезнь» оставляет надежду на выздоровление – как-то решил для себя Антон.

– Уж не Алексис ли ждет нас на ступенях? – голос Настасьи, прервав размышления Антона, прозвучал глухо и как-то слегка испуганно.

– Да, пожалуй, он самый, – сказал, приглядевшись, Антон. – Странно, правда? Не так уж и часто он встречает нас у центральных ворот.

– Может быть, ему уже известно о… – Настя не договорила, но и так было понятно, что именно она имеет в виду.

– Возможно, – нехотя согласился Антон. – С тех пор прошло уже пять дней, наверняка какие-то слухи добрались и сюда.

– Каким образом?

– Не спрашивай меня об этом, Насть. Наши друзья владеют странными силами, как, впрочем, и мы сами, и, смею тебя заверить, они способны получать информацию из многих источников. Ведь Сильфида и Флавиус, к примеру, всегда знали, что происходит в нашем мире. Интересно, какова была бы их реакция на всё произошедшее?

Лицо Настасьи стало слишком уж печальным, и потому Антон поспешно произнёс:

– Извини. Не хотел тебя этим огорчать.

Настя тяжело вздохнула, слегка провела кончиками пальцев под глазами и сказала:

– Ничего. Просто… просто тяжело. Не ты виноват. Все так оборвалось. Внезапно. Я как мотылек, понимаешь? Мотылек, который сгорает в пламени свечи. Уже сгорел.

Антон грустно и понимающе смотрел на неё. Пока они вот так стояли вдвоем, озаряемые молодым солнцем, подтянулись все остальные. Малиновская, восседая на Пончике, внимательно разглядывала Настасью, готовую вот-вот заплакать, и не понимала, в чём, собственно, дело: когда они только выходили из дома, подруга находилась в более-менее приподнятом расположении духа. Или это ей только казалось? Маша не успела у неё ничего спросить, потому что Антон вдруг произнёс, повернувшись к Бирюку:

– Вов, узнай у Алексиса, всё ли в порядке? А то мне как-то…

– Понял, – Бирюк в ответ лишь кивнул и выпустил из своей руки Танину руку. – Я мигом.

Раздался странный звук, как будто медленно вдохнул какой-то огромный зверь; легкое дуновение ветра – и Бирюк телепортировался. Через несколько секунд друзья уже могли наблюдать, как он стоит на каменном крыльце замка, разговаривая с Алексисом.

– Наверное, нам нужно было сюда раньше прийти, – сообщила Малиновская, спрыгивая с Пончика. – А то мы уж очень долго тянули, и теперь Алексис будет недоволен… или кто похуже…

Слава хотел спросить у неё, кого именно она имеет в виду, но тут вернулся обратно Бирюк:

– Алексис просит поторопиться, – отрапортовал он. – Нас ожидает Совет.

– Совет Маханаксара? – нервно

уточнил Сеня.

Бирюк кивнул.

– Как, в общем-то, я и предполагал, – серьезно заметил Антон. – Ну что же, идёмте.

И все они быстрым шагом начали спускаться в долину. Когда Авалон пересек Карнимирию и дошел до центральных врат, где их и поджидал Алексис, тот почтительно, как и всегда, поздоровался с ними, а потом немного сухо произнёс:

– Совет уже ждет вас. Поспешим.

– Алексис, мы… – неуверенно начала Малиновская, попутно пытаясь угадать, как много из всего произошедшего известно конкретно ему.

– Не передо мною вам сегодня держать ответ, – лицо Алексиса оставалось непроницаемым. – Я всего лишь страж Вечной Крепости. Идемте.

«Он все знает» – пронеслось у Маши в голове. Ей отчего-то стало немного неловко, как будто это она – главная виновница всего произошедшего.

Вынужденно оставив Пончика снаружи, которая грустно глядела им вслед, они пошли по прекрасным галереям и залам, гадая о том, что может ожидать их на Совете. Понятно было, что им предстоит обсуждение всех подробностей того, что произошло в ту злополучную новогоднюю ночь, но вот в каком контексте будет построена предстоящая беседа и во что все это может вылиться – большой вопрос.

Мария задумчиво шагала по белоснежным мраморным плитам, устилавшим пол – без инородным вкраплений и трещин, они были такими же идеально-белыми, как и хрустящий, искрящийся снег под её ногами в парке, пока она вместе с друзьями не миновала знакомый Портал, вступив в вечное лето и оставив зиму позади. Маша редко посещала именно эту галерею в последние месяцы, потому что по ней можно было попасть лишь в одно место – Чертоги Маханаксара, а после их посвящения в бессмертные ей больше ни разу не довелось побывать в этом странном зале, – обители загадочных фантомов и таинственных духов.

Малиновская, видя, что все её друзья не намерены общаться, и погрузились в напряженное молчание, старалась самостоятельно отвлечься от мрачных мыслей и начала разглядывать величественные белые скульптуры, мимо которых они проходили. Расставленные меж могучих малахитовых колонн, высеченных в виде древесных стволов, сегодня они отчего-то выглядели совсем иначе: возможно, это была всего лишь странная игра света на холодном камне, но лица застывших навеки изваяний теперь казались мрачными и неприветливыми. Огромные тканые гобелены на стенах будто бы поглощали даже тот немногочисленный свет, что проникал в галерею сквозь узкие своды окон-витражей. Большинство цветных стеклышек дварфы в них уже заменили – по давнему распоряжению Антона, – и теперь были заняты тем, что разбирали строительные леса.

Наконец друзья, следуя за Алексисом, дошли до трех больших фонтанов с ледяною водой – это означало, что они достигли дверей в Чертоги Судьбы. Алексис остановился, встав у входа в зал, и, кивнув на Антона, непререкаемо произнёс:

– Внутрь отправится только он.

Естественно, последовал бурный взрыв негодования.

– Почему это? – первой возмутилась Малиновская. – Мы – Авалон, и нас нельзя разделять! Что это за самоуправство такое?

– Так нечестно! – поддержала её Настасья. – Я, как и остальные, ничуть не боюсь оказаться в этом зале и предстать перед Советом, не хочу уходить от ответственности. Если уж так подумать, то из всех здесь присутствующих я, быть может, более других виновна в случившемся. Так отчего же я не имею права попасть внутрь? Я могла бы рассказать Совету все в подробностях, если они того пожелают.