Атака мертвецов
Шрифт:
— Он жив. Он живет в Эйлистри.
— Она убила его.
— Вараун позволил лишить себя тела, чтобы слиться с ней. Результатом этого союза стали Господин В Маске и Леди Танца в одном божестве. Годятся оба титула. Твоя вера больше уже не матриархат.
— Наша вера, хорошо это или плохо. Мы…
Пара продолжила путь. Халисстра мягко опустилась на тропу, по которой они только что прошли. Взгляд на них сквозь испещренные лунными пятнами ветви подтвердил, что оба они были дроу. Мужчина — в черном кожаном доспехе, мягкой черной маске и с арбалетом на каждой руке. Женщина — в мнфриловой кольчуге поверх одежды и при
Халисстра указала на ветку над головами парочки и чуть сбоку и пропела краткую мелодию. Ветка согнулась и распрямилась снова. Оба дроу вздрогнули, потом разом пришли в движение. Мужчина подал знак «слева» и начал отступать вдоль тропы, прямо туда, где затаилась невидимая Халисстра. Когда женщина осторожно двинулась вперед. Халисстра прошептала свою песнь еще раз, заставив листву шелестеть громче. Женщина пробиралась между деревьями, выискивая то, что, как она полагала, прячется сбоку от тропы.
Через мгновение эти двое поняли бы, что их провели, — но Халисстре и нужно было всего лишь мгновение.
Мужчина окутал себя невидимостью, но взгляд Халисстры проникал сквозь его хлипкую маскировку. Она бросилась на него. Он крутанулся на месте и вскинул кулаки, тенькнули наручные арбалеты. Один дротик скользнул по грубой шкуре Халисстры, не причинив вреда. Второй вонзился ей в тело, прямо под левую грудь. Боль обожгла ее, но рана немедленно начала исцеляться, выталкивая дротик наружу. Яд, которым был смазан наконечник, нисколько не замедлил движений Халисстры. Ухватив клирика за руки, она рывком притянула его ближе и вонзила клыки ему в шею. Боль сковала тело клирика, глаза закатились. Он тихо захрипел и обмяк у нее в руках.
Халисстра, вновь вернувшая себе видимость, осмотрела тело. Ее единственный укус всего лишь лишил клирика чувств. Она обернула его тонким слоем паутины, вращая перед собой. Потом, прижав спеленатое тело к груди своими паучьими лапами, она взлетела на ближайшее дерево. Проворная, как паук, она пробежала по сучьям и пристроила мужчину в развилке ветвей.
В следующий миг внизу вновь появилась жрица Эйлистри.
— Глорст? — прошептала она.
Женщина огляделась, потом присела и потрогала землю. Когда она вскочила, на ее пальцах мерцала паутина. Жрица схватилась за священный символ, что висел у нее на шее, и глянула вверх.
Халисстра помахала ей, породив целый каскад тонюсеньких паутинок.
Жрица пропела пронзительный звук и ухватила лунный луч, вспыхнувший над ее головой. Она метнула его в Халисстру, будто копье. Лунный луч ударил Халисстру в живот, и все ее внутренности наполнились гулом, от которого, казалось, они вот-вот полопаются и превратятся в жижу. Кровавая желчь подступила к горлу. Сглатывая ее, Халисстра почувствовала, как ее поврежденные органы восстанавливаются.
— Почему ты нападаешь на меня, жрица? — выдохнула она. — Я тебе ничего не сделала.
Жрица сорвала с пояса охотничий рог и протрубила пронзительный призыв о помощи. Халисстра знала, что никто не успеет прийти вовремя. Она нарочно выбрала для засады самую окраинную часть территории святилища.
Дротик уже почти вышел из-под ребер Халисстры. Она выдернула его и бросила вниз.
— Твой напарник пытался убить меня, — сказала она жрице. — И все же… — Она
подняла тело клирика и тоже скинула его на землю. — Я пощадила его.Бесчувственное тело билось о ветки, клейкая паутина, покрывающая его, замедляла падение. Оно упало на траву почти без стука.
Жрица истово затянула охранительную песнь.
— Разве ты не знаешь, кто я?! — воскликнула Халисстра. — Почему ты боишься меня?
— Твои уловки не проведут меня, демон, — отозвалась жрица. Она достаточно твердо держала меч в руке, однако голос ее дрожал. Она нагнулась, чтобы легонько коснуться пальцами горла своего напарника.
Этот жест сказал Халисстре все, что ей нужно было знать: эти двое были не просто товарищами по вере. Лишь потерявшая от страсти разум дура могла тратить время на то, чтобы проверять, жив ли ее любовник. Решение Халисстры не убивать мужчину было правильным.
— Я пришла просить твоей помощи, — сказала она жрице. — И вместо того чтобы проявить милосердие Эйлистри, ты и твой мужчина пытаетесь убить меня. — Она спрыгнула на землю, сжавшись перед приземлением и сделав вид, что пошатнулась. Она заставила себя срыгнуть, наполнив воздух резким запахом крови и желчи.
К чести жрицы, она не дрогнула. Хотя Халисстра и высилась над нею, словно гора, женщина встала между ней и парализованным мужчиной.
— Я не причиню вам вреда, — продолжала Халисстра. — Я ищу леди Каватину. Она обещана помочь мне. — Она взглянула на свои изуродованные руки. — Я не всегда была монстром. Я была жрицей, как и ты, пока ужасная магия Ллос не изменила меня.
Во взгляде жрицы впервые промелькнуло сомнение.
— Кто ты?
— Халисстра Меларн.
— Нет! — выдохнула жрица, но в слове этом не было уверенности. Она чуть опустила меч. — Во имя серебристых прядей Эйлистри, это правда?
Халисстра подняла руку, поколебалась и, расставив пальцы, темные от крови из ее ран, пропела:
— Это правда.
В эти два коротких слова она вложила могущественную магию. Лицо жрицы смягчилось. Она убрала меч в ножны.
— Мне очень жаль, — сказала женщина. — Если бы я знала…
Халисстра отмахнулась от извинений. За ее рукой тянулись нити паутины.
— Откуда ты могла знать? Меня схватили йоклол и подвергли… — она понизила голос, перейдя на хриплый шепот, — неописуемым пыткам. Почти два года я томилась в Паутине Демонов, прежде чем смогла наконец бежать.
— Два года? — нахмурилась жрица. — Леди Халисстра, прошло уже почти пять лет, как ты отправилась на Дно Дьявольской Паутины с Лунным Клинком.
— И почти два года, как я бежала — и возвратилась туда с леди Каватиной, чтобы убить Селветарма.
— Но… — Жрица нахмурилась еще больше. — Ведь Селветарма убила леди Каватина, разве нет?
— С моей помощью.
— Почему же тогда в песнях ничего не говорится о…
— Кроме леди Квили, лишь Каватина знала, что я еще жива. А у Рыцаря Темной Песни есть собственная гордость. Вряд ли она призналась бы, что позволила слугам Ллос пленить меня во второй раз, правда? Лучше вообще не упоминать обо мне. Сделать вид, что я погибла годами раньше, во время Молчания Ллос.
При слове «погибла» жрица опустила взгляд на мужчину. Клирик выглядел скверно, глаза его закатились, кожа посерела. Халисстра протянула руку и приподняла голову жрицы за подбородок, заставив ту перевести взгляд.