Аскольдова тризна
Шрифт:
Монашек пожалел её, и с того времени дело пошло на лад. Постоянная близость красивой девушки, её ложное мужское имя, уничтожавшее все препятствия к частым свиданиям, её пылкая страсть в конце концов сломили упорство монашка и заставили его позабыть строгости монастырского устава. И однажды молодые возлюбленные со всей пылкостью отдались греховному наслаждению.
Теперь их видели вместе везде: в церкви, за трапезой, на прогулках; такая слишком нежная дружба двух юношей показалась монахам подозрительной, так как никому и в голову не приходило, что трудолюбивый красивый монашек Иоанн Ланглуа — девушка, ставшая недавно женщиной.
О поведении молодых людей, в котором можно было заподозрить
Агнесса не могла пойти на неслыханную низость — стать монастырской шлюхой или отдать себя на растерзание, чтобы затем погибнуть в огне, и молодые люди ночью под покровом темноты бежали из монастыря бенедиктинцев. Чтобы спастись от преследования, девушка и её любовник перебрались в Англию. Пробыв там несколько лет и надеясь, что этот случай с ними забылся, они вернулись обратно.
Во Франции Агнесса участвовала в публичных диспутах, вызвав восторг герцогини Септиманийской, учёного монаха Бертрама и аббата Лy де Ферьера.
Окрылённая успехом Агнесса вместе с возлюбленным отправилась дальше. Они посетили многие страны, узнали немало интересного, познакомились с нравами и обычаями тех народов, гостями которых были. Всё это пригодилось в первую очередь Агнессе, когда она надела на голову золотую папскую тиару и приняла бразды правления римской церковью.
После многолетних скитаний Агнесса решила остановиться в Афинах, где поступила в философскую школу и блестяще её окончила. Здесь же молодая женщина похоронила своего возлюбленного, который умер от какой-то заразной болезни.
Теперь уже ничто не могло удерживать Агнессу в Афинах. Куда снова отправиться, где можно будет воспользоваться плодами своего всестороннего образования? И она выбирает Рим — «вечный город», бывший в то время центром умственной жизни всей Европы.
Но женщине, каким бы умом она ни обладала и каким бы талантом ни располагала, никогда не сравняться с мужчиной, никогда не выбиться из того унизительного состояния, на которое обрекла она себя перед Богом; и тогда Агнесса по-прежнему выдаёт себя за мужчину.
В Риме она сразу же завязала знакомство с представителями папского двора, сумела очаровать их своей осведомлённостью в вопросах религии, знанием иностранных языков, благодаря чему вскоре получила место нотария в папской канцелярии.
Нотарий — должность сколь почётная, столь и ответственная: человек, состоявший на ней, заведовал папским кабинетом, его финансами, поддерживал сношения с иностранными дворами, принимал прошения, подаваемые на имя его святейшества. Агнесса не только была всесторонне образованна, но и умела схватить на лету даже плохо высказанные мысли папы и вовремя предупредить его желания. Лев Четвёртый до того проникся доверием к молодому обаятельному Иоанну Ланглуа, что стал давать ему поручения иногда очень щекотливого свойства, и новый нотарий с честью выходил из всяческих затруднений. Кроме того, он мог вести философские беседы, и послушать его богословские поучения приезжали в «вечный город» учёные со всего света. Кардиналы да и сам папа в один голос восхищались молодым нотарием.
Успех настолько окрылил Агнессу, что она начала подумывать о сане кардинала. Вскоре честолюбивые мечты необыкновенной женщины исполнились, и теперь взоры Агнессы с вожделением останавливались на...
папской тиаре. Неслыханная дерзость! Но невозможное иногда бывает возможным. Перед смертью Лев Четвёртый прямо указал на кардинала Иоанна Ланглуа как на своего преемника на папском престоле, и конклав единогласно избрал Агнессу.Правда, избрание нового папы (папессы!) сопровождалось всевозможными знамениями, не предвещавшими ничего хорошего. Случилось землетрясение, было разрушено много итальянских городов и сел. И будто шёл в Брессе кровавый дождь; во Франции появилась саранча в необыкновенном количестве, но, согнанная южным ветром в море, а затем выброшенная на берег между Гавром и Кале, гнила, распространяя зловоние, породившее болезнь, от которой умерло много народу.
В это же время в Испании один алчный монах украл мощи святого Винченцо и увёз их в Валенсию, где хотел распродать по частям. Но в небольшом посёлке близ Монтабана святой Винченцо явился воочию верующим возле храма и умолял, чтобы мощи его вернули на место. Злодея-монаха поймали, заключили в колодки, а затем сожгли за святотатство.
Больше того. Рассказывают, что в момент объявления народу имени нового папы в июне 855 года чёрные тучи заволокли ясное небо над Римом и грянул ужасный гром.
Дурные предзнаменования со страхом разделяла и сама Агнесса, но отступать было некуда...
Говорят, что царствование папессы, правда недолгое, было самым справедливым в истории правления пап; буллы Агнессы, уничтоженные после того, как открылся её пол, направленные против грабежей и развращённости духовенства и в защиту простых людей, полны глубочайшего ума и гуманизма.
Первое время всё шло хорошо. Но молодому красивому капеллану Латеранского дворца каким-то образом удалось проникнуть в тайну папессы. Первой об этом узнала сама Агнесса. Что делать? Заключить капеллана в темницу? Только сие вряд ли поможет... Как же заставить его замолчать? Растерянная Агнесса решила использовать тот способ, не самый, правда, лучший, к которому прибегла в монастыре, а именно — соблазнить капеллана... Ещё далеко не старой, обладающей красивым телом Агнессе это легко удалось, и опасный капеллан вскоре становится её преданным союзником. Папа Иоанн Восьмой по-прежнему служит в соборе, принимает верующих, очаровывая их простотой обхождения и приветливостью.
Но судьба готовила Агнессе жестокий удар. Ей надо было присутствовать на церемониях исцеления бесноватых, которые обставлялись очень серьёзно и со всей торжественностью. Так же они проходят и сейчас.
По свершении обрядов к Иоанну Восьмому подвели человека с блуждающим взглядом и пеной у рта, и папа спросил вселившегося в несчастного беса:
— Скоро ли ты оставишь его?
— После того, как ты, отец отцов, покажешь духовенству и народу ребёнка, рождённого папессой, — последовал громкий ответ.
Собравшиеся ничего не поняли, но Агнесса сразу уловила намёк и чуть не лишилась сознания. Да, она уже знала, что станет матерью, и будущее рисовалось ей в самых мрачных красках.
Но любовник, более хладнокровный, успокоил её. Папские широкие одежды надёжно скрывают полнеющую талию, а как придёт время рожать, она, сказавшись больной, скроется в Латеранском дворце. А когда родится ребёнок, капеллан надёжно спрячет его.
Агнесса согласилась с доводами любовника и успокоилась, если бы не этот случай с бесноватым... Рок есть рок. К концу девятого месяца её беременности Рим охватила эпидемия болезни. Возникли смуты, народ потребовал, чтобы папа совершил крестный ход. Отказаться, значит, совершить безумие; согласиться, когда вот-вот начнутся роды, — обречь себя на верную смерть. Агнесса, как могла, оттягивала день проведения крестного хода, но ропот народа заставил её покориться обстоятельствам.