Аристократ
Шрифт:
Замечая портящееся настроение парня, Эйфин аккуратно менял тему. Он был очень чутким человеком. Наиль удивлялся способности принца угадывать даже едва заметные смены настроения людей. Он оказался удивительным и интересным человеком. Лишь взглянув на случайного прохожего, Эйфин приблизительно понимал, о чем тот думал или о чем беспокоился. Эйфин часто устраивал такие, как он называл, «размышления о людях». Наиль проверял его догадки ментальным даром, с удивлением понимая, что принц, если и не точно угадывал, то был довольно близок. Это был настоящий дар читать людей, присущий правящему роду Ритании. Золотые глаза буквально обнажали истинную природу
— Ты пришел! — радостно воскликнул Седьмой принц, встречая Наиля у входа в свой особняк.
— Как и каждый вечер, — хмыкнул Наиль.
— Пойдем, пойдем! Из-за выпавшего снега в саду стало совершенно неудобно, так что я распорядился перенести твою статую в мою мастерскую.
В Альзарде снег выпадал в середине зимы и лежал не более месяца. Эта страна, хоть и не находилась у океана, была к нему близка.
— Хорошо.
Они вдвоем проследовали в мастерскую, где Наиль сбросил с себя теплый плащ. По их соглашению, Наиль приходил в своем мундире. Эйфину очень нравилось, как парень выглядел в офицерской форме, так что именно в этой одежде он и высекал копию Наиля в камне.
— Как долго мне еще придется этим заниматься? — с несчастным видом поинтересовался Наиль.
— Тебе все еще неловко? — рассмеялся принц. — Я почти закончил с лицом. это самое важное. Ах, какое же у тебя прекрасное лицо! И твоя фигура! Мне так и хочется добавить тебе крылья за спиной!
— Вот серьезно, не будь ты таким бабником, я бы заподозрил тебя в чем-то странном.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся принц. — Это не любовь к человеку, это любовь к прекрасному! А твоя внешность прекрасна, не говори, что не знаешь об этом.
— Я знаю, — тихо отозвался Наиль.
А Эйфин вдруг ощутил, что снова коснулся чего-то болезненного. Серьезно, в этом парне собрался комок одиночества и трагедий!
— Ты не любишь свою внешность?
— Не люблю.
— Почему? Если не хочешь — не говори.
— Спасибо. Действительно, не хочу говорить об этом.
— Черт, я надеялся, что расскажешь!
— Не проси, — улыбнулся тот. — Кое-что я не стану рассказывать даже под пытками.
— Я слышал, ты родом из Меграма?
— Да.
— То, что там случилось, было настоящей трагедией.
— Да…
— Ты знаешь, с тобой очень сложно поддерживать беседу!
— Нисколько. Я готов часами обсуждать с тобой перемены погоды. Хочешь? — рассмеялся Наиль. — Приближается весна, у тебя скоро день рождения, верно?
На этот раз помрачнел Седьмой принц.
— Можешь не напоминать мне об этом?
— Ха-ха-ха!
Наиль догадывался, с чем связано нежелание обсуждать наступающий день рождения. Парень был членом королевской семьи и обязан был отправиться на прохождение годичной военной службы. Для совершенно неприспособленного к этому принца такая перспектива казалась настоящей трагедией.
Вначале Эйфин решил сблизиться с Наилем только из-за этой проклятой обязательной службы. Но постепенно он понял, что, с трудом добившись дружбы этого человека, сразу же потеряет ее, как только решит воспользоваться этой связью для решения своей проблемы.
— Это всего год, я справлюсь…
— В службе нет ничего ужасного. Но тебе стоит уже сейчас начать хоть немного заниматься собой, иначе в тренировочном лагере ты будешь самым несчастным принцем на свете.
— Иди к демонам!
Мне предстоит это терпеть год, а ты предлагаешь увеличить мои страдания еще на пару месяцев? Ни за что!— Это был искренний совет, — улыбнулся Наиль. — Следовать ему или нет — тебе решать.
— Вот я и решил. Нужно хорошенько нагуляться перед этим, так что предлагаю совершить визит к мадам Дие. Она открыла новый бордель, а я там еще ни разу не был.
— Я был. Немного не хватает прежнего уюта. Много новых девочек. Непривычно.
— Дай ей время. Не так просто начать все с самого начала.
— Да, понимаю.
— Так что? Сегодня идем?
В этот момент Наиль сорвался с места, чем перепугал до смерти принца Эйфина. Вот он стоял, позируя для скульптуры, а в следующее мгновение за спиной принца послышался придушенный всхлип. Обернувшись, он увидел, как Наиль извлекает свой меч из живота убийцы и подставляет плечо под арбалетный болт второго.
— Тамил!
Поднялся переполох. Послышался топот охраны. Наиль сбил потерянного от происходящего принца на пол, после чего потащил его в угол за подготовленный для резьбы крупный камень. В процессе он прикрывал Эйфина своим телом и отбил еще один арбалетный болт мечом.
— Сиди здесь. Не высовывайся, пока я не скажу, что все закончилось.
— Ты ранен! — воскликнул принц, глядя на торчащий из плеча Наиля арбалетный болт.
— Ерунда. Мундир жалко, новый. Черт!
С этими словами он обломил оперение и резко толкнул древко болта в плечо. Его кончик показался с другой стороны.
— Сможешь вытащить? Мне неудобно самому.
— Ты ненормальный! — воскликнул принц, дрожащими руками подцепляя скользкий от крови кончик болта.
— Давай быстрее вытаскивай! И какого черта тебя постоянно пытаются убить?
— Я не знаю!
Каким-то чудом Эйфин вытянул болт. К горлу подступали приступы тошноты, но глядя на то, как сам Наиль даже глазом не моргнул от этой процедуры, принцу стало стыдно и завидно.
Наиль же, избавившись от неприятного подарка, плеснул на рану лечилку, остаток которой допил.
— Все, сиди здесь, я скоро. Их осталось двое.
Наиль подхватил свой бастард и выскочил из укрытия, после чего аккуратно стал пробираться к месту лежки стрелка. В это время Тамил убил второго еще живого налетчика и также направился в сторону стрелка.
— Тамил! — позвал Наиль. — Надо допросить.
Мужчина понял и молча кивнул. Он продолжил идти прямо в сторону стрелка, а Наиль направился немного в обход, чтобы перекрыть тому попытку побега.
Увы, попытавшись сбежать и обнаружив, что пути отступления перекрыты, последний несостоявшийся убийца покончил с собой. Это ошеломило Наиля. Самоубийство… Зиргрин очень часто рассказывал, чем заканчивается подобное для души. Его рассказы были мрачными, наполненными невыносимой болью и отчаянием. И вот кто-то на глазах у всех просто взял — и покончил с собой.
«Все не так просто», — отозвался одушевленный меч. — «Если за этими ребятами стоит достаточно сильный бог, готовый защитить своих последователей, как это делает Ирша, то такие самоубийства не опасны для души».
Парень нахмурился, направляясь обратно к дрожащему в углу за камнем принцу. Что за бог мог настолько вмешиваться в дела смертных на Восточном континенте?
«Наиль, я перед смертью запретил оставаться на материке темным религиям и фаирам, но не запрещал здесь действовать другим богам. Это было бы невозможно, боги нужны этому миру, как вода земле».