Аргирвита
Шрифт:
— Ладно, час уже поздний, пора уже и баюшки, — Актана улыбнулась.
— Значит, буду укладываться, а то Архегор сказал, что завтра нужно рано вставать.
Арина сняла «Аргирвиту» и положила на стульчик рядом с собой.
— Можно, я подержу её? — Актана взглядом указала на амулет.
— Конечно можно, — разрешила Арина, прыгая под одеяло.
Девушка взяла амулет в руки и стала его разглядывать.
— Надо же, «Аргирвита», оказывается, тёпленькая такая, а раньше была холодной.
Арина медленно, не отрывая от девушки изумленного взгляда, поднялась с кровати.
— Что
— Ничего особенного, — удивилась Актана необычной интонации. — Я просто сказала, что «Аргирвита» тёплая, вот и всё.
— Как это — всё! — воскликнула Арина. — Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что «Аргирвита» тебя признала!
Последняя фраза прозвучала для Актаны, как гром среди ясного неба. Она стояла и хлопала своими длинными ресницами.
— Да, Актана, да! — радовалась девочка. — Теперь ты сможешь открывать подземелья, а я смогу вернуться домой!
Девушка наконец-то поняла смысл услышанного.
— Арина, прошу тебя, ты пока об этом никому не рассказывай, ладно? Мне ещё нужно привыкнуть к этой мысли. Не верится просто: «Аргирвита» и… я…
— А мне верится. И я даже знаю, почему она выбрала тебя!
Актана вопросительно посмотрела на девочку.
— Ты же любишь Добромира, верно? И Добромир тебя любит.
— Да, но причём тут…
— Значит, у вас будет свадьба, и ты станешь царицей Арадии. «Аргирвита» помогает лишь царице — вот так! Так Архегор говорил.
— А как же теперь ты… Арина?
— А что — я? Я в Арадии оказалась случайно. То есть не случайно, конечно, как теперь понимаю, но у меня другой мир. Я живу в другом мире и должна вернуться обратно. Сказать по правде, мне немножко грустно расставаться с «Аргирвите», но теперь она будет принадлежать тебе. Амулет может находиться только у одного человека, так Архегор говорит, и этим человеком теперь являешься ты, Актана!
— Арина, давай подождём до утра, — девушка передала ей в руки амулет. — Подождём, что Архегор скажет.
Актана ушла. Арина ещё полночи не спала, сжимая «Аргирвиту» в ладонях. Только теперь она поняла, насколько дорог ей этот амулет. Но она отдаст его Актане, потому что так надо… Зато теперь ей открыта дорога домой, ведь если она уйдёт вместе с амулетом, то «Аргирвита» останется в её мире и будет потеряна для Арадии, а этого она допустить не могла.
Когда на следующее утро Архегор вошёл в комнату, Арина, уже одетая в свой белый костюм, стояла возле камина. Она смотрела на угли — всё, что осталось от жаркого огня. Душа её трепетала в лёгком волнении от предстоящего разговора об амулете.
— Уже проснулась! — радостно сказал Архегор. — Вот и хорошо. Сегодня нам с тобой предстоит совершить очень непростое действие.
— Архегор! — Арина повернулась к старцу. — Я хочу сказать тебе что-то очень важное. Это касается «Аргирвиты».
— Девочка моя, про «Аргирвиту» я знаю всё. А сейчас нам нужно торопиться — сегодня мы сможем уничтожить талисман Кседора! Идём скорее! — он взял Арину за руку и повёл из комнаты. — Сегодня ночью я перевёл всю книгу Лейкира, и сразу многое стало понятным, — они быстро шагали по коридору дворца. — Помнишь,
я говорил, что никогда ещё снег так рано не выпадал в Трон-граде? Так вот, он выпал не случайно!— Да? И что это означает? — Арина едва успевала за Архегором.
— Оказывается, для того чтобы уничтожить «Вудлак», необходимо, что бы всё вокруг было белое! — волнуясь, объяснял старец. — Всё поле за городом покрыто слоем снега, всё белым-бело! Но сегодня снег уже начал таять, поэтому нужно спешить!
— А куда мы идём?
Волнение старца передалось девочке. Ещё бы! Сегодня может свершиться тысячелетнее желание арадийцев.
— Мы идём в кузницу, и до полудня должны успеть собрать треножник. Форма уже подготовлена, осталось только расплавить серебро.
Архегор открыл дверь, и на девочку пахнуло жаром кузнечного цеха. В печи уже вовсю пылал огонь. Различные инструменты кузнеца аккуратно разложены на столе. Посреди кузницы — довольно просторного помещения — на полу стояла какая-то бесформенная глыба глины с тремя отверстиями, уходившими глубоко внутрь. Кроме Арины и Архегора в помещении больше никого не было.
— Это и есть форма для треножника? — удивлённо спросила девочка, указывая на глыбу.
Старец кивнул головой, прошёл к печи и железными клещами установил на огонь довольно увесистый железный чан, доверху наполненный кусками серебра.
— А это что? — Арина указала на круглый предмет в чане.
— Набалдашник от меча. Здесь лежат те серебряные вещи, которые находились у воинов во время последней битвы с тафгурами.
Через некоторое время серебряные изделия в чане сначала потускнели, а затем начали медленно плавиться, постепенно превращаясь в однородно-блестящую массу.
— Теперь, Арина, держи «Аргирвиту» над формой.
Старец клещами ухватил чан и с трудом поднёс его к глиняной глыбе. Девочка держала амулет над формой и наблюдала, как блестящий металл ярким ручейком исчезает в отверстиях. Всё происходящее для неё оказалось вновинку, она ещё никогда не видела, как льётся металл.
— Вот и всё, — подытожил Архегор, когда чан опустел. — Теперь подождём пока остынет.
Выждав время, старец взял в руки довольно увесистый молот и несколько раз ударил им по глыбе. Куски глины отвалилась. Перед ними проявился треножник — три серебряные стрелы словно поддерживали своими наконечниками круг.
— Не прикасайся! — Архегор отдёрнул руку девочки. — Он ещё слишком горяч, обожжёшься.
Старец осмотрел изделие, взял его щипцами и положил на наковальню.
— Держи треногу, — он передал щипцы Арине.
Архегор небольшим молоточком начал стучать по серебряным стрелам, поправляя только ему видимые неровности. Звон металла заполнил кузницу.
ХХХХI
Четверо всадников быстро продвигались по городу. Арина, в пушистой рыжей шубке, на белой лошади скакала рядом с Архегором, под седлом которого тоже бежал белый конь. Добромир в полном боевом облачении следовал за ними. В руках он держал серебряную треногу. Тефан и Антрий, тоже в доспехах, двигались по обе стороны от арадийца.