Аргирвита
Шрифт:
— Поехали, — Прокор тронул коня.
У подножия холма настороженно поджидал лучник. Всадники спешились: двое воинов остались с лошадьми, остальные бегом направились к вершине и залегли за реденьким кустарником. Их взорам открылась небольшая рощица, перед которой к деревьям были привязаны чёрные как смоль кони. Шестеро тафгуров в чёрных плащах разбирали сумки с припасами — по всей видимости, они собирались обедать. Пять воинов один за другим зашли в рощу. Ещё двое черноплащников стояли перед тремя пленными арадийцами.
Юноша, девушка и почти уже старик, понуро опустив
Наблюдая это, в бессилии помочь, арадийцы стиснули зубы и сжали кулаки — они желали схватки с врагом. Разведчики отползли назад и встали кругом на склоне холма.
— Что будем делать, Баяр? — Прокор пристально посмотрел ему в глаза.
Баяр молчал, и все молчали. Каждый из них понимал, что они должны оставаться незамеченными, что их задача — Змеиные горы, что от них зависит очень многое, возможно даже судьба всей Арадии. Но сердца подсказывали, что нельзя бросать в беде своих соотечественников, у которых с каждой минутой всё сильнее угасает надежда на возвращение к родному дому, надежда на жизнь!
— Арадия — большая страна, — Баяр обвёл взглядом воинов. — А пленных всего трое…
Воины молча смотрели на него: как он скажет, так и будет.
— Но если мы бросим даже троих, имея возможность им помочь, значит, сделаем первый шаг к тому, чтобы в трудный час бросить всю Арадию. И тогда наши имена покроются позором… Готовьтесь к бою, друзья!
Воины сразу оживились, глаза засверкали, пальцы крепко обхватили оружие.
— Прокор, я возьму двоих и зайду со стороны рощи. Сначала прикончим тех, кто находится там. Когда мы выйдем, скачите к нам на подмогу.
— Хорошо, Баяр, будем ждать вашего появления.
Два воина воткнули копья в землю, и направились вслед за Баяром. С обратной стороны холма они вошли в рощицу и, прячась за деревьями, приблизились к неприятелям. Среди стволов раздавалась громкая отрывистая речь и треск сучьев: тафгуры собирали дрова для костра. К дереву, за которым остановился Баяр, приближался воин в чёрном плаще. Он усердно вглядывался в густую траву, создавая вид, что выискивает ветки посуше. Им оказался, наверное, самый ленивый черноплащник, потому как в руке он держал только тоненький прутик, которым, недовольно бормоча себе что-то под нос, он и размахивал. Тафгур поравнялся с деревом. Баяр вышел прямо перед ним.
Черноплащник от неожиданности выронил веточку и, отупело глядя на арадийца, раскрыл рот, чтобы закричать. Он так и повалился в траву с открытым ртом — Баяр прикончил его быстрым ударом короткого меча. Тем временем двое разведчиков успели без лишнего шума уложить по тафгуру. Оставалось ещё два чёрных воина, которые уже набрали по вязанке и собрались выходить из рощи. Медлить было некогда. Баяр,
стараясь не шуметь, побежал за ними и почти догнал, когда под ногой предательски хрустнула сухая ветка. Тафгуры оглянулись, побросали дрова и схватились за мечи.— Арадийцы! — громко завопил один из них.
Баяр нанёс удар по голове черноплащника, но тот отвёл его своим мечом и тут же сделал выпад в сторону арадийца. Баяр взмахнул сталью: меч тафгура вместе с кистью руки упал на землю. Ещё одно движение арадийца — и голова черноплащника покатилась по траве. Быстро развернувшись, Баяр присел на колено и вогнал остриё в живот второго тафгура, занёсшего меч для удара. Тафгур широко раскрыл глаза и выпустил из рук оружие. Уже понимая, что умирает, он медленно осел на землю.
Весь бой продлился считанные секунды, и когда подоспели ещё двое арадийцев, делать им уже было нечего.
Прокор наблюдал с холма. Какое-то время черноплащники вели себя спокойно, потом вдруг все разом повернулись в сторону рощи и схватились за мечи.
— Пора, парни, вперёд! — скомандовал Прокор.
Воины быстро запрыгнули в сёдла и ринулись вниз по склону.
Увидев арадийцев на холме, тафгуры похватали копья со щитами, и приготовились к бою. Двое взялись за луки, и спешно вкладывали стрелы на тетиву. Но выстрелить не успели — арадийские стрелы пробили их тела раньше.
Прокор едва успел увернуться от копья, брошенного тафгуром, и тут же своим копьём проткнул черноплащника. Бой был коротким, и когда Баяр с двумя воинами выбежали из рощи, всё уже закончилось. Среди арадийцев потерь не было, даже раненых: внезапность налёта выдала арадийцам преимущество. Воины спешились и поспешили к пленным. Им развязали руки и теперь, уже свободные, бывшие невольники тафгуров обнимали разведчиков, не стыдясь своих слёз.
— Мы уже и не надеялись на свободу, — всхлипывая, сказала девушка. — Думали, что обречены на муки до конца дней своих, а тут — вы!
Она закрыла лицо ладонями, всё ещё не веря вновь обретённой свободе. Юноша с нежным трепетом прижал её к себе.
— Всё уже, всё! — успокаивал он девушку. — Скоро мы будем дома, ты не плачь только, ладно?
Девушка молча кивнула в ответ.
В это время позади арадийцев раздался стук копыт лошади: один тафгур остался жив и теперь, пользуясь моментом, пытался улизнуть.
— Нельзя его упускать! — Баяр схватил копьё и побежал к своему коню.
Двое лучников-арадийцев деловито достали из колчана по стреле и натянули тетиву. Две стрелы одновременно улетели вслед за тафгуром. Тот взмахнул руками и свалился с коня.
Баяр, едва успев запрыгнуть в седло, слез с лошади.
— Да-а, — сконфуженно протянул он. — Побегал.
— Баяр, — заговорил Прокор. — Среди нас находятся двое чуть ли не самых лучших стрелков Арадии, так что в другой раз, когда ты захочешь побегать просто так, уж предупреди лучников, они стрелять не станут!
Последние слова Прокора растворились во взрыве смеха. Хохотали все, включая смущённого Баяра и троих бывших пленников.
— Как же вы оказались у тафгуров? — обратился к ним Прокор, когда все успокоились.