Чтение онлайн

Хозяин таверны Шай вчера оказался на редкость болтлив и рассказал историю жизни учёного, предварительно взяв с Вас клятву не рассказывать её оркам. Лидонродился семье богатого землевладельца, а некоторые поговаривают, что даже барона. В детстве он был молчаливым и замкнутым. Любил оставаться один. Поговаривают что он проводил время, отлавливая мелких животных, а потом вскрывая их, причём заживо. Мальчик хотел стать алхимиком, однако родители были категорически против. Однажды, когда отца не было дома, а мать развлекалась в охотничьем домике в объятиях молодого учителя танцев, конюху стало нездоровиться. Ничего не помогало. Тогда Лидон заявил, будто он подмешал в еду яд, а противоядие можно купить только в Даларане. Поэтому, если больной желает выздороветь, ему следует отвести хозяйского сыночка

прямиком в Даларан, только тогда он скажет, что надо купить. Делать нечего, конюх, у которого кружилась голова и двоилось перед глазами, повёз Лидона в город магов. Прибыв туда, больной заявил, что выполнил свою часть уговора, на что будущий учёный ответил, что подсыпал ему яда мохового ползуна, который сам прекрасно выводится из организма за три дня. Сказал - и был таков. Про несчастного конюха разное потом рассказывали. Одни говоривали, будто он всё-таки умер от отравы. Другие - что выздоровел. Остальные сходятся во мнении, что ему стало немного лучше, но прожил он после того случая не более года. Тем временем Лидон продал фамильное столовое серебро и устроился в академию изучать алхимию. Трансмутации давались ему легко. Первые пять лет обучения он закончил за три года, следующие пять - за два. Карьера юного исследователя шла в гору. Попался мастер на том, что предлагал семьям безнадёжно задолжавших крестьян внушительные суммы за одного из членов семей. Платил он действительно, только вот поле того, как аптекарь забирал человека, больше его уже никто никогда не видел. Явных улик против него не нашлось - только бредни обезумившей вдовы. Но коллегия фармацевтов Даларана более не желала видеть Лидона в своих рядах, и в один прекрасный день он исчез со всем свои оборудованием и немалым состоянием.

Появился он потом в лагерях для пленных орков. В этом месте Шай лукаво прищурился и усмехнулся: "Догадываешься зачем?" Когда же зеленокожие подняли восстание, Лидон снова исчез. Что он делал потом, никто не знает. Вернулся он уже после смерти без всего - ни оборудования, ни денег, направился в Подгород и вступил в новообразованое Королевское Фармацевтическое общество. По уровню знаний Лидон мог бы оставить конкуренцию самому Фаранеллу за право возглавлять эту организацию. Но увидев в её рядах многих из тех, кто некогда изгнал его из Даларана, Лидон сам изъявил желание видеть их как можно меньше и обосновался здесь, в Таррен Милле.

Вот Вы уже у входа в дом и надеетесь, что сейчас Вам откроют. Дверь распахивает Серж Хинотт и, ничего не говоря, проваливает внутрь. Вы не дожидаетесь приглашения. Лидон встречает Вас косым взглядом из-за штатива с пробирками. Вы приветствуете учёного и вопросительно смотрите на него. Кстати, письмо Фаранелла лежит посреди стола рядом с, должно быть, собственными записями естествоиспытателя. Несколько испорченных гусиных перьев и растаявших свечей говорят о напряжённой работе всю ночь.

Наконец-то аптекарь выходит: "Ах, еще один мерзкий день на мельнице Таррен. От этого чистого воздуха у меня сразу портится настроение. Чем скорее мы заразим здешних людей, тем лучше. Я провожу исследования различных смертоносных веществ, чтобы использовать их в моих составах, но собрать все времени не хватило. Если ты хочешь принести пользу, добудь для меня следующее: 10 языков серых медведей и очень редкую и труднодоступную лимфу паука-охотника. Медведи и пауки-охотники живут рядом с ТарренМиллом".

Бежать, бежать и ещё раз бежать. Только так можно победить хильсбрадского медведя. Вы подкрадываетесь к хищнику с подветренной стороны и медленно творите взрыв разума, затем мгновенно кидаете слово тьмы боль и несётесь со всех ног. В этом заклинании есть множество положительных сторон. Во-первых, оно посылается моментально. Во-вторых, его можно применить на бегу. Ревущий зверь движется огромными прыжками, его заносит на поворотах. Вы же легко огибаете стволы, валежник и заросли кустарника. Если лесному исполину удаётся приблизиться к Вам на опасное расстояние, Вы насылаете на него панический ужас и заставляете убегать в страхе. Когда время действия слова тьмы боль проходит, у Вас всегда в запасе есть новое. Когти медведя Вас так и не достигают. И нет никакого желания проверять, сколько ударов зверя выдержит магический щит.

В

лесу сухо, межу деревьями зеленеет трава. Риск поскользнуться и упасть меньше, чем на прелой пропитанной влагой подстилке Серебряного бора. Будь Вы живы, выдержать такую гонку вряд ли бы удалось. Но сейчас Ваши суставы не знают усталости а дыхание не сбивается. Едва Солнце успевает перевалить за середину пути, а Вы уже стоите на пороге дома Лидона с полным мешком трофеев. Кстати, паучью сыворотку оказалось найти не так уж и сложно. Наверное, удача.

Аптекарь стоит к Вам спиной и медленно процеживает некую светящуюся суспензию. Не оборачиваясь, он говорит: "Я вижу, Вы вернулись. Надеюсь, что Вы смогли собрать достаточно нужных реагентов. А то ещё один день без смертей окончательно испортит мне настроение".

Тем временем Серж Хинотт подставляет большой ржавый лоток, и Вы с грохотом вываливаете в него содержимое мешка. Хозяин лаборатории поворачивается на шум, придирчиво оглядывает языки медведей, а также колбу с лимфой паука-охотника и довольным голосом произносит:

– Отличные компоненты. Что ж, ты умудрился внести хоть немного радости в мой тоскливый день. Благодарю тебя. Мне понадобится совсем немного времени для создания того, что я хочу наречь эликсиром Страдания, - он оценивающе смотрит не Вас и добавляет, - ну что' ж, давай помогай. На сегодня у нас есть интереснейшее дельце.

Лягушка квакает откуда-то из угла.

Ассистент алхимика вручает Вам большое ведро.

– Принеси-ка водицы, да промой всё твоё добро, - кряхтит он. На Ваш недоумённый взгляд Хинотт отвечает: - колодец у нас на площади. Да он до сих по действует.

Вы бредёте к таверне, под насмешливым взором Дарталии опускаете ведро вниз и выкручиваете наверх. На удивление вода оказывается прозрачной, как и всё здесь в Хильсбраде - чистый воздух, чистое небо, читая зелень травы.

Лидон очень требователен:

– Ещё и ещё, - кричит он.

И Вам приходится сделать несколько ходок до колодца и обратно, прежде чем образцы удовлетворят высокие требования мастера. Благо, учёный не слишком заботится о чистоте города и позволяет Вам сливать грязную воду прямо с крыльца на улицу.

– Теперь режь на кусочки, - говорит он, а сам центрифугирует паучью сыворотку.

Ваши руки уже отвыкли от кухонных работ. Последний раз Вы что-то нарезали ещё при жизни. Занятие нудное. Вы краем глаза подглядываете за аптекарем. Он самозабвенно переливает супернатант в новую пробирку а затем откручивает жидкость снова и снова, от чего та делается всё более прозрачной.

Тем временем Серж Хинотт смешивает два порошка, добавляет воды и мгновенно затыкает колбу крышкой, из которой торчит трубка. Последнюю он подсоединяет в другую колбу, через содержимое которой начинает пробулькивать некий газ.

Вы заканчиваете нарезать языки медведей и говорите:

– Готово.

Лидон оглядывает ровные ломтики и произносит:

– Можно было бы и помельче. Ну а ладно, от вас новичков мало толку. Бери ступку и толки.

Вы начинаете орудовать пестом и морщитесь, когда слышите омерзительные чавкающие звуки.

Тем временем Лидон отрывается от надосадочной жидкости и принюхивается.

– Эх, хорошо пошла!
– кричит он с дьявольской улыбкой - Серж, у тебя скоро проблемы.

Ассистент бросается к закупоренной колбе. Вы успеваете заметить, что её стенки запотели, или даже покрылись пеплом. Взрыв. Вы инстинктивно бросаетесь на пол и чувствуете, как на спину падают раскалённые осколки. Едкий дым заполняет комнату. Вы ползёте к двери, толкаете её, створка распахивается, и смертоносные клубы валят на улицу.

Вы поворачиваетесь обратно. Лидон держит в руках колбу через которую Хинотт только что побулькивал газ. Он выливает содержимое в Вашу ступку. Вы встаёте и заглядываете внутрь. Перетёртая плоть сначала набухает а затем постепенно теряет цвет. Алхимик достаёт стеклянную палочку и начинает мешать смесь. Постепенно мясо растворяется, и образуется мутная жидкость.

– Отлично, а теперь нейтрализуем, - радуется учёный и добавляет щепотку белого порошка. Раздаётся громкое шипение. Мгновенно понимается густая пена, а затем резко оседает. А Вы отмечаете, что от всех Ваших языков осталась ровно пинта какого-то странного раствора.